Хад смотрел на Мастера с плохо скрытым беспокойством.

«Я спросил что-то не то?»

По лицу в маске было трудно что-либо прочитать, а затянувшееся молчание делало положение ещё более неловким.

«Разве не для этого существуют информационные гильдии — чтобы отвечать на вопросы?»

Хад был прилежным студентом академии и почти не знал жизни за её стенами. После выпуска он быстро устроился в поместье Майюс, так и не успев толком разобраться, как устроена работа информационных гильдий.

«Но мне всё равно нужна эта информация…»

С того самого момента, как он переступил порог здания, его не покидало странное чувство дискомфорта. И источником этого дискомфорта было всепоглощающее присутствие Мастера.

Хад и сам был мужчиной, однако высокое, мощное телосложение Мастера давило на него с какой-то особой, необъяснимой силой.

Он никогда прежде не ощущал физической робости — но сейчас стоял чуть напряжённее, чем обычно. Низкий, гулкий голос Мастера действовал странно: стоило звукам раствориться в воздухе, как в памяти не оставалось почти ничего.

«Кажется, я видел подобные магические артефакты раньше», — подумал Хад, разглядывая маску.

«Этот человек очень серьёзно относится к сокрытию своей личности.»

Несмотря на маску, от Мастера исходила аура власти. Хад уже неловко поднялся, собираясь уходить, когда Мастер вдруг заговорил — голос звучал мрачно, но с неожиданной вежливостью.

— Разумеется, я могу предоставить вам эту информацию.

При всей зловещести голоса в памяти Хада отложилась лишь его учтивость — и он тут же воспрянул духом.

— Ах, благодарю! Женщина, которая меня интересует…

— Вы познакомились с ней в поместье Майюс, не так ли?

— …Простите?

— Разве вы не врач, служащий семье Майюс? Хад Рамис, лучший выпускник медицинской академии. Ах да… и вы недавно работали бок о бок с тем, кто бесследно исчез, верно?

Лицо Хада смертельно побледнело.

«Как это возможно?»

Он слышал, что информационные гильдии могущественны — но то, что они знают об исчезновении Барта, известном лишь горстке людей в поместье Майюс, было попросту пугающим.

— Женщина, которая вас интересует… При нынешних обстоятельствах у вас нет ни малейшего шанса быть с ней.

— Ах, да, я понимаю. Именно поэтому я намерен действовать постепенно.

Хад чувствовал себя так, будто его подменили. Он вовсе не собирался признаваться в чувствах сию же минуту. В конце концов, Джудит по-прежнему играла роль жены Экиана в поместье, и он прекрасно знал: каким бы временным ни был этот контракт, она будет добросовестно исполнять взятые на себя обязательства.

И всё же Хада поражало, насколько точно Мастер, судя по всему, понимал ход его мыслей.

«Это место и правда поразительно. Откуда он столько знает о моих намерениях?»

Теперь во взгляде, которым Хад смотрел на Мастера, читалось нечто близкое к благоговению.

— Но лучше вам от этого отказаться.

Услышав это, Хад расстроился — и сам удивился глубине этого чувства, ведь он не привык слепо следовать чужим советам.

Он пришёл в гильдию лишь за консультацией и вовсе не намеревался безоговорочно выполнять то, что ему скажут.

Но жуткая точность Мастера заставляла принимать его слова почти на веру, без единого возражения.

— …Отказаться?

— Да. Отказаться. Она не из тех женщин, которые способны видеть в вас мужчину.

— Неужели?

Хад не смог скрыть сомнения.

Он знал, что внешность у него вполне приличная. Женщины сами проявляли к нему интерес, и одна из горничных как-то сказала ему, что он похож на тот тип мужчины, которому не даёт проходу ни одна особа женского пола.

Мастер продолжал — твёрдо, не оставляя места для возражений:

— Она никогда не будет воспринимать вас иначе, чем коллегу. В лучшем случае — друга.

— Разумеется. Мы только недавно познакомились. Но разве нельзя сблизиться со временем?

Мастер покачал головой — решительно, не оставляя сомнений.

— Исключено.

— Тогда… какой тип мужчин ей нравится? Неужели трудолюбие и приятная внешность ничего не значат?

— Ну… не могу сказать наверняка, но…

Мастер на мгновение словно замешкался, а затем с силой опустил ладонь на стол.

— Большинство дворян предпочитают людей своего круга.

— …Простите?

— Разве она не дворянка?

Хад растерянно кивнул.

Джудит действительно была баронессой — хотя однажды, за бокалом вина, она в шутку обронила, что с удовольствием продала бы свой бесполезный титул, если бы это было принято, как делают за рубежом.

Кроме того, она была совершенно равнодушна к вещам, которые большинство дворян считает первостепенно важными, — к разводу, повторному браку…

И она без всяких затруднений преподавала простолюдинам в качестве приходящего репетитора…

Хад даже успел решить, что сама она вовсе не думает о себе как о дворянке.

— Большинство дворянок не интересуются мужчинами без титула. Как правило, им нужен виконт как минимум — а то и граф.

— Понимаю… Но она не похожа на остальных.

— Как бы там ни было, именно так мыслит большинство дворянок. Вы достаточно времени провели среди знати, чтобы знать это самому, не правда ли?

— Это… верно…

Хад слегка кивнул, вспоминая свой опыт общения с аристократами. Он удивился тому, как глубоко задели его эти слова.

«Не знал, что мне это так важно.»

Он думал, что его чувства — лишь лёгкое влечение. Но теперь понял: всё было гораздо серьёзнее.

— Да, вы правы.

Это был факт: дворяне и простолюдины живут в разных мирах. Джудит, может быть, и не вела себя как типичная аристократка — но, возможно, в глубине души она всё равно мыслила как одна из них.

— В любом случае, вам лучше отказаться, — произнёс Мастер — плавно, невозмутимо. — Теперь, когда наша консультация окончена, мне нужно заняться поручением Джудит. Я довольно занят.

Хад встряхнулся и потянулся за кошельком.

— Сколько я вам должен за информацию?

— Ничего.

Мастер улыбнулся — загадочно.

— Моя близкая дружба с Джудит позволяет мне оказать эту услугу её коллеге бесплатно.

Взгляд Мастера провожал Хада, понуро вышедшего из здания.

Даже вернувшись в поместье Майюс, Хад чувствовал себя странно опустошённым.

«Простолюдин…»

Разумеется, дворянке несвойственно воспринимать простолюдина как возможного партнёра. Таков уж устроен мир аристократии.

Слова Мастера обдали его словно ведром холодной воды.

Джудит носила изысканные платья и жила в комнате молодого герцога. Пусть она из деликатности и не показывала этого — Хад поневоле задумался: не стала ли она находить привычный уклад этой жизни удобным для себя?

Он передал противоядие герцогу и герцогине, всё ещё отчасти погружённый в собственные мысли.

— Принимайте дважды в день — утром и вечером.

Заметив мрачные лица супругов, Хад взял себя в руки и принялся объяснять ход лечения.

— Детоксикация не представляет особой сложности, однако потребует времени. Яд по своей природе является медленнодействующим.

Герцог и герцогиня облегчённо вздохнули.

— Хад, благодарим тебя.

— Нам повезло, что именно ты лечил Карла. Ты спас нас.

Хад мягко улыбнулся и покачал головой.

— Что вы. Я лишь делал свою работу. Настоящая заслуга принадлежит Джу… то есть молодой герцогине.

Герцог и герцогиня переглянулись и согласно кивнули, признавая роль Джудит в произошедшем.

— Без Джудит всё могло обернуться катастрофой.

— Она что-то почувствовала — и хватило смелости действовать. Поразительная молодая женщина.

Герцог и герцогиня не скупились на похвалу в адрес Джудит — у них просто не было иного выбора, кроме как признать её отвагу.

Хад и сам восхищался её смелостью. Броситься действовать, когда ещё не было никакой уверенности… А вдруг она ошиблась бы?

Но Джудит спокойно ответила тогда: «Когда на кону чья-то жизнь, нельзя оставаться в стороне — независимо ни от чего».

Хад подумал, что на месте герцога и герцогини он тоже захотел бы как следует отблагодарить Джудит.

— Я же говорила, — уверенно произнесла герцогиня, повернувшись к мужу. — Она слишком ценна, чтобы на ней ставили клеймо разведёнки. Нужно устроить её судьбу — хотя бы выдать замуж за виконта.

Герцог, не меняя серьёзного выражения лица, ответил с твёрдостью:

— За виконта? Этого недостаточно. Мы найдём ей достойного графа.