Три года спустя

Джудит с рыжими волосами, небрежно собранными назад, и в удобном хлопковом платье энергично распахнула дверь Серой информационной гильдии. Служащий, читавший газету, тотчас поднялся при её появлении.

— Вы пришли, — произнёс он с тёплой улыбкой. — Мастер вас ждёт.

Обращение, которого она теперь удостаивалась, разительно отличалось от того, что было три года назад.

Три года назад Джудит дерзко вынудила Мастера выйти к ней. С тех пор она стала одной из немногих привилегированных клиентов, кому было позволено встречаться с Мастером напрямую.

«Ещё бы. Вся моя информация до сих пор оказывалась достоверной.»

Повлиять на ход событий до начала основного сюжета было почти невозможно, однако кое-какие крупицы сведений она всё же умудрялась продавать. Тщательно перебирая в памяти детали романа, Джудит обнаружила, что многие второстепенные рассказчики то и дело вскользь упоминали прошлые события.

Никаких блестящих деловых идей или ценных инвестиционных советов у неё не было, зато имелись вот такие полезные мелочи:

«У барона и баронессы Палена были разногласия ещё до свадьбы. Рано или поздно они разведутся.»

Это следовало из строчки в романе: «Барон и баронесса Палена в конце концов развелись из-за давних противоречий, возникших ещё до брака».

«На территории поместья графа Атена есть тайный розарий. Это его личное увлечение, и там собраны редчайшие сорта.»

Эти сведения почерпнуты из строки: «Граф Атен с детства держал тайный розарий в своём поместье».

Само собой, Джудит обращалась со своими знаниями осторожно.

Она намеренно избегала всего, что могло нарушить оригинальный ход событий, — ведь любой сбой мог разрушить её собственные планы. Поэтому она продавала лишь ничего не значащие сведения о второстепенных персонажах, не влиявших на сюжет.

В итоге достоверность её информации была высокой, однако цена — весьма скромной. Хватало лишь на то, чтобы платить проценты по долгу и кое-как сводить концы с концами.

Тем не менее именно благодаря этой точности Мастер неизменно настаивал на личных встречах с Джудит и платил по-честному.

— Баронесса, вы здесь.

Джудит уверенно вошла в кабинет Мастера, и тот встретил её сам.

Он протянул ей пышный букет роз и мягко произнёс:

— Поздравляю со совершеннолетием.

Сегодня Джудит исполнилось двадцать лет — день, когда она официально стала взрослой.

— О, благодарю вас.

Роскошный букет разительно контрастировал с её простым нарядом, но Джудит с радостью приняла розы и широко улыбнулась.

— Только я не припоминаю, чтобы говорила вам о своём дне рождения.

— Владеть информационной гильдией означает знать подобные вещи, — спокойно ответил Мастер. — Тем более что вы сами давно разгадали мой возраст, миледи.

Мастер Серой информационной гильдии.

Его имени Джудит не знала и всегда обращалась к нему просто «Мастер». Он неизменно являлся в маске, так что о внешности его она не имела ни малейшего представления. Перчатки скрывали даже руки. Цвет волос менялся при каждой встрече — похоже, он носил парик. Единственное, в чём она была уверена, — стройная, но крепкая фигура.

Мастер молча наблюдал, как она принимает букет, и вдруг спросил:

— И всё же — как именно вы догадались о моём возрасте?

— Я уже говорила: просто предположила. Откуда мне было знать, что вы и правда несовершеннолетний?

Мастер скептически хмыкнул и сел, явно не вполне убеждённый. По правде говоря, точного возраста его Джудит не знала. Она лишь поняла три года назад, что он ещё не достиг совершеннолетия.

Вывод этот она сделала, опираясь на строчку из романа:

«В момент пожара главе Серой информационной гильдии едва исполнилось восемнадцать. Он погиб слишком молодым. Доживи он до зрелых лет — политический расклад мог быть совсем иным.»

Интуиция её не подвела. Точного возраста она по-прежнему не знала, однако была уверена: разница между ними не больше двух лет.

Как бы то ни было, очевидно одно — в столь юном возрасте основать и вывести гильдию на такой уровень мог лишь человек исключительных способностей. Жаль только, что в оригинальном сюжете его ждёт трагически ранняя гибель…

— Когда мы узнаем друг друга получше, вы расскажете мне правду.

Мастер произнёс это своим обычным плавным тоном — ни на секунду не поверив, что она и вправду просто угадала.

— И, возможно, объясните, откуда берётся столь точная информация.

— Я уже говорила: подбираю по крупицам, пока мотаюсь туда-сюда в попытках расплатиться с долгами. Право, больше и рассказывать нечего.

Джудит пожала плечами и опустилась в кресло напротив. В глазах её мелькнул деловой огонёк, и она сразу перешла к делу.

— Сегодня у меня есть информация на продажу. И кое-что нужно купить.

— О? — Мастер изобразил любопытство. — Впервые слышу, что вы хотите что-то купить.

— Да, впервые. Но то, что я продаю сегодня, стоит немало, так что должно покрыть расходы.

— Что ж, вы уже заинтриговали меня. Дорогостоящая информация, говорите? — произнёс Мастер своим неизменно плавным голосом.

Голос у него был низкий и обволакивающий, однако с одним странным свойством: стоило отвести взгляд — и он уже с трудом вспоминался. Джудит предположила, что он пользуется каким-то магическим артефактом, скрывающим его подлинный облик. Судя по всему, он был серьёзно озабочен сохранением инкогнито, и Джудит мысленно лишь покачала головой.

— Так какую информацию вы хотите приобрести? — спросил Мастер, и голос его струился как шёлк.

Джудит моргнула и ответила:

— Экиан Майюс.

— …Простите?

— Мне нужны сведения об Экиане Майюсе.

Экиан Майюс — старший брат злодея из оригинального романа, упоминавшийся вскользь лишь как сбежавший и бесследно пропавший.

Молодой герцог семьи Майюс, прославившийся выдающимися способностями.

Почему он бросил, казалось бы, блестящую жизнь и скрылся — не знал никто. Чем он занимался всё это время — тоже оставалось загадкой. Эта тайна так и не была раскрыта даже к финалу романа.

Единственное, что не вызывало сомнений: семья Майюс отчаянно его разыскивала. Даже его младший брат, будущий злодей, с нетерпением ждал возвращения Экиана.

— Хм.

Мастер помолчал.

— Вы имеете в виду Экиана Майюса, молодого герцога, пропавшего почти пять лет назад?

— Уточним: не совсем пять — почти пять. Это важно.

По законам империи, если человек отсутствовал пять лет, его официально объявляли мёртвым. Как только это произошло бы, младший брат унаследовал бы титул молодого герцога.

А это сильно осложнило бы положение Экиана, вздумай он вернуться. Ему потребовалось бы взаимное согласие и голосование совета вассалов.

Более того — поскольку он ушёл добровольно, совет вполне мог решить, что никакого намерения возвращаться у него не было, и отклонить его притязания без дальнейшего рассмотрения.

— В любом случае — да, Экиан Майюс. Мне нужны о нём сведения.

Семья Майюс делала всё возможное, чтобы не допустить официального объявления его смерти.

Зачем им так отчаянно держаться за положение Экиана, если тот сам сбежал, — Джудит не понимала. И всё же они шли на всё, лишь бы сохранить за ним титул молодого герцога.

Но время неумолимо утекало, и пятилетний срок неуклонно приближался…

Вот тогда-то в семье Майюс и родился нелепый план: создать фиктивную женщину, объявить её беременной от Экиана и признать невесткой.

Прямые потомки рода Майюс обладали уникальной аурой, которую глава семьи мог почувствовать даже в нерождённом ребёнке. Если герцогиня заявит, что нерождённое дитя — свидетельство того, что Экиан был жив совсем недавно, это даст им время и отсрочит объявление его мёртвым.

«Я займу это место фиктивной невестки», — подумала Джудит, мысленно возвращаясь к плану, который вынашивала все эти годы.

В оригинальном романе семья Майюс отдала эту роль злобной служанке, которая в итоге и искорёжила характер юного злодея…

«Я же просто возьму деньги и тихо уйду.»

Семья Майюс со всеми её богатствами и влиянием была для Джудит спасательным кругом — единственным способом наконец расплатиться с чудовищным долгом. Вместе с тем ей было любопытно узнать об Экиане Майюсе — мужчине, от которого ей вскоре предстояло объявить себя беременной.

«В конце концов, если уж лгать о том, что носишь его ребёнка, — не помешает хоть немного о нём знать, правда?»

Джудит с сияющим взглядом посмотрела прямо на Мастера. Тот глубоко вздохнул.

— С чего вдруг такой интерес к этому человеку?

— О.

Джудит решила приоткрыть карты — всё равно рано или поздно всё выяснится.

— Он мне… интересен.

— Разумеется, раз вы спрашиваете о нём — значит, интерес есть. Но какого рода интерес…

Мастер невозмутимо пригубил чай, однако Джудит перебила его на полуслове.

— Романтический.

Она ведь собирается притворяться, что беременна от него, — стало быть, с её точки зрения, всё вполне логично.

— Он мне нравится. В том смысле.

— Пф-ф!

Мастер поперхнулся чаем.