Что ещё можно было сказать ласково улыбающемуся мужу?
Галлюцинации — это всего лишь галлюцинации, а кошмары — только кошмары.
Просить его отнестись к этому серьёзнее и объяснять, что всё не так просто, бесполезно — он не поймёт.
Когда Элизия замолчала, Каин осыпал её нежными поцелуями и посоветовал ещё немного отдохнуть. Она послушно легла обратно в постель.
— Мне нужно закончить кое-какие дела в кабинете. Сможешь побыть одна?
— Конечно. Я же не ребёнок, почему я не могу побыть одна?
Видимо, её спокойный вид оказался достаточно убедительным. Каин, хоть и с тревогой во взгляде, оставил жену и вышел из спальни.
Оставшись одна, Элизия долго лежала в кровати без сна. Усталости не было и в помине, напротив, мысли стали кристально ясными. Очередная вспышка нежности со стороны мужа оставила в её душе колючий осадок недоверия.
Пока они разговаривали, она безоговорочно верила ему, но теперь, прокручивая диалог в голове, снова начала сомневаться. И дело было именно в его подозрительно спокойном и мягком поведении.
Разумеется, Каин всё это время выглядел обеспокоенным, но...
Ради меня он готов бросить работу и примчаться в любую минуту.
Будучи столь склонным к гиперопеке, почему-то на слова жены о еженощных кошмарах он отреагировал слишком уж спокойно.
Можно было бы списать это на то, что он обо всём догадывался, но ведь он должен был каждую ночь видеть: его сонное заклинание не работает. И, услышав, что кошмары мешают ей нормально жить, он лишь предложил сменить заклинание или выписать успокоительное.
Это совершенно не вязалось с его привычной, порой чрезмерной заботой.
Элизия тяжело вздохнула.
Не прошло и часа с тех пор, как я пообещала себе верить ему, а уже снова сомневаюсь. Как бы он расстроился, если бы узнал.
Надо послушать его и попросить выписать мне лекарство.
В конце концов, Элизия решила хоть так взять под контроль свои скачущие эмоции.
Похоже, из-за постоянных кошмаров её нервы действительно расшатались, поэтому ей не помешало бы успокоительное, чтобы вернуть объективность и душевный покой. Даже если существует некая тайна, о которой она не догадывается, в нынешнем состоянии ей всё равно ничего не выяснить.
Она хотела позвонить в колокольчик и позвать прислугу, но решила сходить сама, чтобы заодно немного развеяться.
Приведя в порядок платье, Элизия уже собиралась выйти из спальни, как вдруг...
Уловив тихий звук, она рефлекторно замерла.
Моргнув, Элизия медленно огляделась. В просторной спальне больше никого не было.
Но ей только что явственно послышался слабый звук, очень похожий на человеческий голос.
Окинув взглядом пустую комнату, она посмотрела на дверь смежной гардеробной. Если бы кто-то хотел спрятаться, это место подошло бы лучше всего.
А?
Словно в подтверждение её догадки, из гардеробной донёсся приглушённый голос. Он был слишком тихим, чтобы разобрать слова.
Сглотнув пересохшим горлом, Элизия бесшумно подошла к двери. Но даже прижавшись к ней вплотную, она не могла чётко расслышать говорящего. Однако, судя по безостановочному бормотанию, невидимый гость не догадывался, что его подслушивают.
— ...хотя бы попытайся...
Слова стали чуть разборчивее. Казалось, там идёт ссора. Точнее, кто-то в одностороннем порядке сыпал упрёками. И голос был только один.
— Какой позор и унижение!
Чёткие и резкие слова вонзились Элизии в уши. Узнав этот голос, она побледнела, а её лицо исказилось от потрясения.
— Эта безродная девка!..
Она слишком хорошо знала этот яростный тон.
— Как ты смеешь так издеваться надо мной и родом Магнус?!
Это был её собственный голос.
С побелевшим лицом Элизия недоверчиво уставилась на закрытую дверь и схватилась за ручку.
Рывок!
Распахнутая дверь открыла вид на тесную гардеробную. Всё было именно так, как она помнила: аккуратно развешанная одежда, шкатулки с украшениями, которые она часто носила.
И никаких следов чужого присутствия.
Тяжело дыша, Элизия переступила порог. Беспорядочно раздвигая висящие платья, она отчаянно пыталась найти того, чей голос только что слышала. Но как бы она ни рылась в вещах, там не было ни намёка на присутствие кого-то постороннего.
Элизия стиснула зубы. До крови прикусив губу, она резко развернулась и вдруг замерла. Её туфля наткнулась на что-то твёрдое.
Приподняв подол платья и сделав шаг назад, она увидела предмет, валявшийся на полу. Она не заметила его, когда входила.
Элизия наклонилась и подняла находку.
Посох.
Гладкая чёрная трость чуть длиннее ладони, украшенная узорами из золотой пыли. Это был магический посох.
Её собственный посох. Тот самый, которым она пользовалась до потери магии.
Откуда он здесь?
С недоумением разглядывая артефакт, она ещё раз обвела взглядом гардеробную. Ничьего присутствия по-прежнему не ощущалось.
Пальцы с силой сжали гладкое дерево.
Для сотворения магии всегда нужен проводник.
Это своего рода катализатор, материализующий магическую энергию из тела, и он абсолютно необходим для её стабильного использования. В качестве таких проводников маги используют посохи.
Материалы для их создания могут быть самыми разными, но финальный этап всегда один: маг впечатывает свою ману в поверхность артефакта, словно нанося татуировку. Поэтому посохом может пользоваться только его истинный владелец. Точнее, лишь тот, чья мана идентична по свойствам энергии, заложенной в проводнике.
Кроме того, по длине посоха можно судить о мастерстве владельца. Чем он короче и тоньше, тем сильнее маг — это означает меньшую зависимость от «костыля». Одни использовали длинные посохи, на которые в повседневной жизни можно опираться как на трость, а другие предпочитали короткие, удобные для ношения.
Посох Элизии был одним из самых коротких даже по меркам магов.
Пожалуй, такой же длины, как у Каина? И толщина, наверное, похожая.
Может, он просто перепутал свой посох с моим и...
Да не может быть, чтобы он перепутал.
Выдвинув самое правдоподобное предположение, Элизия тут же горько усмехнулась. Поверхность её посоха была испещрена золотыми магическими узорами, которые сразу бросались в глаза.
Магов с золотой маной в Эгире было днём с огнём не сыскать, так что Каин не мог не узнать вещь. К тому же мана самого Каина была ярко-синей — цвета, который так ему подходил.
Элизия помнила, что хранила артефакт в своём кабинете.
Для неё, больше не способной колдовать, он давно превратился в бесполезную деревяшку, но она никак не могла заставить себя выбросить его и хранила чисто из сентиментальности.
Каин, у которого каждая минута на счету, ни за что не стал бы рыться в её кабинете, чтобы притащить посох в гардеробную.
Сама Элизия тоже его не доставала. В этом просто не было нужды.
Должна ли я сказать Каину...
Даже если закрыть глаза на всё остальное, посох — крайне важная вещь для мага. Если к нему кто-то прикоснулся, нужно обязательно во всём разобраться. Пусть даже теперь он не более чем бесполезная безделушка, которой никто не может воспользоваться.
Если кто-то из слуг посмел тронуть вещи хозяйки, да ещё и такой важный предмет, Каину следовало сообщить об этом немедленно. Вернувшись пораньше, он как раз должен был быть в своём кабинете, так что Элизии оставалось лишь пойти к нему с находкой.
Но она колебалась. Она не была уверена, как муж на это отреагирует.
Он любит меня, но...
А что, если посох принёс сюда не кто-то из слуг, а какая-то неведомая сила?
Если я выскажу такое предположение, воспримет ли он мои слова всерьёз?
Можно ли быть уверенной, что Каин, управляющий всей магией в особняке, действительно не имеет никакого отношения к этим странностям?
На Boosty уже выложена вся история. Читайте продолжение первыми и без ожидания:
boosty.to/fableweaver
