Это сон.

Обычно она понимала, что это был кошмар, и вздрагивала только после пробуждения, но сегодня почему-то сразу догадалась, что спит.

Ошеломлённо моргая, Элизия медленно огляделась по сторонам. Она стояла в саду.

На всякий случай она осмотрела свои руки — на удивление, с ними всё было в порядке. Никаких ран, никаких следов крови. Одежда была обычной, а на душе царило спокойствие.

С неловким видом оглядев свои руки, она снова медленно осмотрелась. Сад был полон белоснежных хризантем. Зрелище было по-своему захватывающим, но в то же время от него веяло чем-то жутким.

Убедившись, что, кроме хризантем, в саду нет ничего особенного, Элизия посмотрела в сторону особняка. Видимо, из-за того, что это был сон, здание выглядело так же, как до ремонта.

Её взгляд, медленно скользящий по фасаду, внезапно остановился в одной точке.

— Окно на чердаке…

Крошечное оконце прямо под крышей. Ошибки быть не могло — это окно чердака.

Не раздумывая, Элизия быстрым шагом направилась к дому. В окружающей тишине звук её шагов отдавался необычайно громким эхом.

Она быстро добралась до верхнего этажа. Как она и помнила, в конце коридора находилась лестница, ведущая на чердак. На этот раз вокруг не было ни души, ничьего присутствия не ощущалось.

Чтобы не упасть, как в прошлый раз, она крепко сжала в руках юбки и решительно поднялась по приставной лестнице.

Скрип!

Оттолкнув дверцу и просунув голову, она увидела чердак, покрытый толстым слоем пыли. Элизия взобралась на самый верх стремянки и шагнула внутрь. Из-за этого её волосы и одежда мгновенно покрылись пылью, но её это совершенно не волновало.

— Кажется, это было где-то здесь.

Место, где был нарисован красный магический круг, находилось именно тут.

Элизия кончиками пальцев ощупала пустой пол чердака. На самом деле это было вполне естественно, что там ничего нет. В конце концов, чердак с красным магическим кругом был всего лишь одним из её кошмаров.

Важнее было другое…

— В особняке Лотт точно есть чердак.

Сидя прямо в пыли, Элизия долго осматривала помещение, нахмурив брови.

Как ни крути, на иллюзию это не походило. В её памяти планировка особняка Лотт сохранилась на удивление отчётливо. Хотя после начала их совместной жизни она и не пыталась специально выискивать изменения, чтобы сравнить…

А если подумать, то, что она так ясно помнит устройство особняка Лотт, само по себе было странно. Ведь этот дом был лишь одной из множества усадеб, где она изредка играла в детстве.

Дрожа от необъяснимого предчувствия беды, Элизия перевела взгляд на маленькое чердачное окошко. Некоторое время она разглядывала мутное от пыли и грязи стекло, затем подползла к нему на четвереньках и, приложив силу, толкнула тугую раму.

Перед её глазами как на ладони раскинулся сад, в котором она стояла всего мгновение назад.

Сад, полный белых хризантем.

— Ах…

Все хризантемы пожелтели, завяли и поникли.

Однако внимание Элизии привлекли вовсе не цветы, увядшие в мгновение ока.

Прямо посреди сада стоял кто-то в мантии.

— Кто это?..

Из-за расстояния лица было не разглядеть, но телосложение и одежда явно указывали на мужчину. Глубоко надвинутый капюшон скрывал его лицо, но, судя по всему, он смотрел на клумбу с увядшими хризантемами.

Незнакомец медленно поднял руку. В вытянутой вперёд ладони он сжимал посох. Элизия прищурилась, пытаясь рассмотреть его получше, и в этот момент…

Вшух!

Вырвавшееся из посоха колоссальное заклинание пламени в мгновение ока накрыло сад.

В широко распахнутых глазах Элизии отразилось бушующее пламя. Сад охватил ревущий красный огонь.

Мужчина, вызвавший ровно столько огня, чтобы сжечь цветы, отвернулся, словно закончив своё дело. Элизия, ошеломлённо наблюдавшая за его действиями, внезапно пришла в себя.

— Постойте!

Вцепившись в оконную раму, она закричала ему вслед, но рёв бушующего пламени, казалось, поглотил даже её голос. Элизия торопливо развернулась, собираясь броситься за ним вдогонку.

И тут она столкнулась лицом к лицу с окровавленной женщиной.

— А-а-а!

Задохнувшись от ужаса, Элизия резко открыла глаза.

Она лежала в огромной кровати совершенно одна. Каин, который в прошлый раз переложил все дела на помощника, сегодня был так занят, что так и не смог вернуться домой и остался ночевать на работе. Обычно, просыпаясь от кошмаров, она чувствовала рядом тепло Каина, и это её успокаивало, но сегодня его не было, и комната казалась ледяной.

Совсем как во сне.

От этой мысли по коже побежали мурашки. Она подскочила на кровати, словно в припадке, тяжело дыша, и вдруг резко повернула голову, почувствовав чьё-то присутствие в спальне.

В углу комнаты, слабо освещённом лишь отблесками камина, дрожала молоденькая горничная, прижимая к груди кувшин с водой и не сводя глаз с Элизии. Как только их взгляды встретились, лицо горничной исказилось от такого непередаваемого ужаса, словно она вот-вот упадёт в обморок.

— Что такое? — резко спросила Элизия хриплым со сна голосом.

Горничная застыла, лишь часто моргая.

— Я спрашиваю, что такое. Что ты здесь делаешь? Кто тебя впустил?

Под градом вопросов горничная вжала голову в плечи и ещё крепче прижала к себе кувшин. Любой бы сжалился при виде этой жалкой фигурки с побелевшим от страха лицом. Но взгляд Элизии стал лишь холоднее.

Это была спальня Каина и Элизии, и сейчас была глубокая ночь. Присутствие здесь горничной было крайне подозрительным.

— Впрочем, можешь не отвечать. Я позову Гилларда и спрошу у него.

Элизия потянулась к тумбочке у кровати, и перепуганная насмерть горничная рухнула на колени, распластавшись на полу. Кувшин, который она держала, выскользнул из рук и покатился по паркету.

Дзинь!

Керамика разбилась, и вода лужей растеклась по полу.

— П-простите, госпожа! — заикаясь, произнесла горничная, усердно колотясь лбом об пол. — Я… я просто хотела тихонько поменять кувшин и уйти!.. Я ни в коем случае не собиралась тревожить ваш сон!

— Кувшин?

— М-мне нужно было п-поменять кувшин ещё вечером, но я… я перепутала… Б-боялась, что дворецкий меня отругает, вот и решила всё сделать по-тихому, но…

Элизия молча смотрела на горничную, которая буквально впечатывала голову в пол, а затем перевела взгляд на разбитый кувшин.

Всякий раз, когда она просыпалась от кошмаров, Каин, просыпавшийся почти одновременно с ней, нежно спрашивал, хорошо ли она спала, и подавал ей стакан воды. Она об этом не просила, но благодаря его ежедневной заботе выпивать стакан воды по утрам стало для неё привычкой.

Должно быть, эта вода, залившая теперь пол, предназначалась ей на утро.

Она также часто пила воду, если просыпалась посреди ночи. Кувшин всегда был полон прохладной воды. Каин наложил на него заклинание, чтобы вода всегда оставалась холодной. Эта живительная прохлада очень помогала прогнать остатки кошмара.

Как уж горничная истолковала задумчивость Элизии, неизвестно, но она взмолилась чуть ли не плача:

— У-умоляю, проявите милосердие хотя бы раз! У меня на попечении младшие братья и сёстры!

Не поднимаясь с пола, горничная лишь слегка приподняла голову и посмотрела на Элизию глазами, полными слёз.

— Я служу в особняке совсем недавно, вот и не смогла должным образом следовать правилам. Но если вы дадите мне ещё один шанс, я больше никогда не ошибусь!

— Правилам?

— Я сделаю всё, что прикажете… Что?

Сбивчиво лепетавшая горничная уставилась на Элизию непонимающим взглядом. Не отрывая взгляда от влажных глаз служанки, Элизия снова спокойно спросила:

— Каким правилам?

На мгновение Элизия уловила в глазах горничной промелькнувшую растерянность. Быстро моргая, девушка заикаясь ответила:

— О том, ч-что нельзя… тревожить сон госпожи…

Элизия, глядя на горничную, которая еле выдавливала из себя слова, склонила голову набок.

— То, что нельзя мешать сну хозяев, — это прописная истина. Хочешь сказать, Гиллард составил свод правил, чтобы закрепить такие очевидные вещи?

— Н-ну, я…

— Видимо, дворецкий справляется со своими обязанностями куда хуже, чем я думала. Я слишком доверяла ему и пустила дисциплину прислуги на самотёк. С рассветом мне придётся заняться своими обязанностями хозяйки дома.

При упоминании не только дворецкого, но и всей прислуги особняка горничная затряслась так, словно вот-вот упадёт в обморок. Однако в золотистых глазах Элизии не было ни капли жалости.

Наконец, из глаз горничной брызнули слёзы. Не зная, что делать, она так и не нашла слов и лишь продолжала сыпать извинениями.

— Госпожа, умоляю, смените гнев на милость…

— Как тебя зовут?

— М-Мэйрин.

— Хорошо, Мэйрин.

Спустившись с кровати, Элизия мягким шагом подошла к девушке.

— Если ты будешь благоразумна, то случившееся этой ночью мы сможем счесть просто досадной оплошностью.

— В-ваша правда, госпожа!

— В таком случае ты честно ответишь на мой вопрос?

— Д-да, да!

— Назови мне в точности то правило, которое ты нарушила.

Глаза Мэйрин расширились от ужаса. За долю секунды в них отразился вихрь сомнений. Но это длилось недолго.

— …Особые предписания, обязательные к ознакомлению при работе в особняке Лотт.

«Особые предписания, обязательные к ознакомлению при работе в особняке Лотт»

2.           Если госпожа спит в своей спальне, строго запрещается обращать внимание на любые звуки, доносящиеся изнутри, и приближаться к комнате. Иногда эти звуки могут казаться пугающими, но в особняке всегда царит покой.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver