Каин смотрел прямо на Элизию.
— Я просто хочу тебя, Элизия. Хочу, чтобы ты была счастлива. И по возможности хочу сам стать тем, кто подарит тебе это счастье.
Пока он произносил эти слова — твёрдо, но с нежностью, — Элизию охватили непередаваемые чувства.
Никто не смел пренебрежительно отзываться об имени Магнус. Она и сама всю жизнь прожила под его тяжестью. А потеряв магию, постоянно мучилась из-за того, что не достойна носить эту фамилию.
Но Каин был другим. По общепринятому мнению, чем дальше ветвь отходила от основного древа семьи, тем слабее становился магический талант, однако он стал выдающимся исключением.
Мужчина, который без малейшей поддержки семьи сам вошёл в Магическую Башню и собственными силами поднялся к её вершине. Имя Каллистос, которым он представлялся, никто в Эгире раньше не слышал. Он рассказывал, что рано потерял родителей и остался единственным представителем своего рода.
Каин кардинально отличался от Элизии, с рождения купавшейся в лучах славы и благословений, дарованных фамилией Магнус. Он ничем не был связан и мог свободно двигаться вперёд, полагаясь лишь на свои способности.
То, что Каина не волновало имя Магнус, казалось вполне логичным. И слова о том, что для него это скорее помеха, тоже звучали убедительно. Когда Элизия поняла это, его ухаживания, которые раньше только раздражали, предстали в ином свете.
Чуть приоткрыв губы, она опустила подбородок. Вопрос сорвался с её губ вместе со вздохом:
— Вы уверены, что, если я возьму вас за руку, я буду счастлива?
— Абсолютно.
Каин сделал шаг и оказался прямо перед ней. От него слабо пахло дождём.
— Дайте мне лишь один шанс, и я уверен, что у меня всё получится безупречно.
Тем влажным дождливым днём он всё-таки сумел завоевать её сердце.
***
Элизия никогда не думала, что будет скучать по дому Магнус.
Она одиноко стояла в гардеробной и, внезапно осознав странное волнение, усмехнулась.
В последнее время её родители, передав бразды правления Афине, были заняты тем, что наслаждались спокойной старостью на побережье, а сама сестра погрязла в политике и бесконечных разъездах.
В столичном поместье Элизию вряд ли ждал кто-то из родных, но мысль о визите туда почему-то очень радовала. Дело было не в предвкушении встречи с кем-то конкретным, а скорее в чувстве безопасности, которое дарило возвращение в знакомое место.
Неужели мне было так тревожно жить в особняке Лотт? Если бы не эти кошмары, он стал бы идеальным домом для молодожёнов…
— Госпожа, вам не слишком туго в талии? — мягко спросила Леа, затягивая шнуровку на спине.
Вынырнув из своих мыслей, Элизия кивнула:
— Нет, в самый раз.
— Нигде не давит?
— Всё хорошо.
— На всякий случай затяну чуть слабее.
Тщательно расправив каждую складочку на линии плеч накидки, Леа с гордой улыбкой отступила. Элизия лёгким кивком поблагодарила её за работу и повернулась к зеркалу.
Она давно никуда не выходила. После свободной домашней одежды платье по фигуре дарило новые, необычные ощущения.
Этот наряд она сшила на заказ в любимом ателье ещё в те времена, когда жила в поместье Магнус.
На создание платья ушло несколько месяцев и уйма труда. Элизия помнила, как однажды случайно нашла ткань, которая ей очень понравилась, и решила сшить из неё наряд для особого случая.
Она не любила зелёный цвет, поэтому это было единственное зелёное платье в её гардеробе, и она берегла его как зеницу ока. Ей казалось, что для такого наряда должен найтись совершенно особенный повод.
Сегодня она достала платье вовсе не потому, что этот повод нашёлся.
Просто ей вдруг подумалось, что особенного случая не предвидится уже никогда. Так зачем же прятать красивую вещь в дальнем углу шкафа?
Проведя рукой по подолу и насладившись гладкостью ткани, Элизия взяла перчатки и повернулась.
Каин ждал её в комнате отдыха, примыкающей к гардеробной.
Он уже был полностью готов к выезду и расслабленно сидел на диване. Почувствовав приближение жены, маг оторвался от чашки с чаем и поднял глаза.
Улыбка мгновенно исчезла с его безмятежного лица. Увидев такую реакцию, Элизия почувствовала себя неловко.
— Слишком нарядно? Я перестаралась?
— Ничуть, госпожа. Вы выглядите просто восхитительно, — тут же отозвалась Леа.
И, честно говоря, в глубине души Элизия была с ней согласна.
Дело было не столько в её красоте, сколько в том, что это платье невероятно ей шло.
Основным материалом служил тёмно-зелёный атлас, который мягко переливался при каждом движении. Это был естественный цвет ткани без какой-либо дополнительной обработки, поэтому смотрелся он очень органично. А накидка на плечах была сшита из тончайшего, как крылья бабочки, кружева с изящным золотым шитьём по краям, что придавало наряду особый мистический флёр.
Платье потрясающе подчёркивало яркие алые волосы Элизии.
Ещё раз удовлетворённо оглядев себя, она перевела взгляд на Каина:
— Застегнёшь мне ожерелье?
Каин, который всё это время смотрел на неё как заворожённый, медленно поднялся.
Леа подала ему шкатулку с ожерельем, подобранным заранее. Это было роскошное золотое украшение, плотно облегающее шею и спускающееся к ключицам.
— Леа, выйди, — тихо приказал Каин, доставая ожерелье и задумчиво вертя его в руках.
Главная горничная, как раз собиравшаяся подать Элизии шляпку, немедленно положила её и вышла.
Разумеется, остальные слуги последовали её примеру, и в комнате отдыха остались только супруги.
— Каин?
Элизия позвала мужа с недоумением, но вместо ответа он молча подошёл к ней со спины.
Вскоре холодный металл коснулся кожи. Раздался негромкий щелчок замка.
Но даже застегнув ожерелье, Каин не отстранился, а легко положил руки ей на плечи.
— Щекотно.
Почувствовав, как горячие губы с силой вжимаются в ожерелье, Элизия тихо рассмеялась и втянула шею. Она инстинктивно попыталась вывернуться, но ладони, крепко державшие её за плечи, не дали этого сделать.
— Элизия.
Её имя прозвучало как выдох. Это был не призыв, ожидающий ответа, а скорее непроизвольный стон, вырвавшийся от невозможности сдержать нахлынувшие чувства.
Дыхание мужа, обжигающее шею, было горячим и влажным. Каин, всё ещё не в силах оторвать руки от её плеч, медленно скользнул ими ниже.
Туго затянутая талия ослабла. Лента, которую Леа так старательно завязывала в красивый бант, бесшумно развязалась и упала на ковёр.
— Я просила застегнуть ожерелье, а не раздевать меня.
Увидев на полу ленту, Элизия усмехнулась и обернулась.
Несмотря на её укоризненный взгляд, лицо Каина оставалось абсолютно невинным. Не моргнув и глазом, он с невозмутимым видом легко поцеловал жену и улыбнулся:
— Как насчёт того, чтобы выехать немного позже?
Шнуровка, удерживавшая платье на месте, была ослаблена, и линия плеч плавно скользнула вниз. Воздух, проникший под ткань, показался Элизии слегка прохладным.
Вместо того чтобы поправить наряд, она подняла руки и обвила шею Каина. Это был сигнал, что она наполовину сдалась на милость мужа, который улыбался и ластился к ней словно красивый цветок.
— Леа так старалась, чтобы складки лежали идеально. Она расстроится, когда увидит, что всё испорчено за секунду.
— О, это же её работа, конечно, она должна стараться. — Каин хихикнул и, едва касаясь губ Элизии своими, прошептал: — А раздевать тебя — это моя обязанность.
— Обязанность?
— Ну конечно. Как хороший муж, я обязан доставлять своей жене удовольствие.
Он отвечал так мягко и при этом лукаво. Элизия посмотрела на него со скепсисом — мол, и далеко ты собираешься зайти? — но в итоге тихо рассмеялась:
— А как же твоё удовольствие?
— О, это упрёк в том, что я недостаточно стараюсь? Что ж, видимо, быстро закончить не получится.
— М-м, по-моему, ты уже наслаждаешься процессом.
Вопреки сладким речам, руки Каина методично и уверенно снимали с Элизии платье. Он действовал так быстро и ловко, что сторонний наблюдатель мог бы подумать, будто маг досконально изучил фасон этого наряда.
При этом сам он всё ещё оставался в безупречном выходном костюме. Раздосадованная такой несправедливостью, Элизия слегка дёрнула его за шейный платок.
В ответ Каин притянул её за талию и прошептал:
— Если ты снимешь с меня одежду, процесс станет ещё приятнее.
Отказать такой просьбе было невозможно.
