В этом есть доля правды.

Возможно, из-за того, что Афина стояла во главе семьи, она от природы была расчётливой. Руководствовалась не эмоциями, а выгодой, принимая оптимальные решения на основе холодного рассудка.

Когда такая женщина поддержала её любовь, Элизия была немало удивлена. Ей казалось, что сестра скорее поставит интересы семьи и помолвку, заключённую ещё до их рождения, превыше всего.

Но раз сама глава рода выступила за Элизию, окружающие не посмели возразить. В этом смысле Афина внесла огромный вклад в то, чтобы брак Каина и Элизии состоялся.

Тогда, получив одобрение их союзу, Элизия испытывала лишь чистую радость. Но сейчас, оглядываясь назад, она находила в этом кое-что странное. То, с какой готовностью Афина с её характером дала согласие.

Одного того, что Каин был выходцем из малоизвестной семьи, должно было хватить, чтобы вызвать недовольство сестры.

— А где господин Каллистос?

— Уехал на работу. Говорят, в Магической Башне сейчас очень много дел?

— Скоро выборы. Каким бы явным фаворитом он ни был, расслабляться до самого конца не стоит. Я уже пригрозила ему, что, если он вдруг проиграет, я заберу тебя обратно, несмотря ни на какие клятвы.

В этом была вся Афина — так она проявляла заботу об Элизии.

Она прекрасно знала, какое глубокое чувство утраты испытывала младшая сестра, лишившись магической силы. Поэтому ей и пришла в голову эта безумная идея: раз уж магия утрачена, пусть взамен получит должность главы Магической Башни.

Но в таком случае тем более странно, что она поддержала отношения Каина и Элизии с самого начала. Ведь в то время Каин ещё не обладал репутацией, которая позволила бы ему считаться кандидатом на этот пост.

Со сложным выражением лица Элизия обдумала всё это и улыбнулась сестре:

— Говорят, его избрание — дело почти решённое.

— Так и есть.

Раз уж сама Афина так говорит, значит, назначение Каина главой Башни можно считать свершившимся фактом.

Разговаривая на ходу, сёстры вошли в гостиную. На столе уже были аккуратно расставлены свежие угощения. Афина села на диван, высокомерно закинула ногу на ногу и взяла чашку чая.

Поглаживая стенки своей чашки, Элизия задумчиво посмотрела на сестру и спросила:

— Когда я впервые призналась, что мы с Каином вместе, почему ты встала на мою сторону?

Афина удивлённо изогнула бровь. Спрашивать об этом сейчас, когда уже и свадьба сыграна, было поздновато.

— Потому что он способный и выдающийся маг.

— Но…

Что касается способностей и выдающихся талантов, её бывший жених тоже не уступал. И если брать в расчёт происхождение и влияние на всём континенте, то он даже превосходил…

На лице Афины не отразилось ни тени сомнения, она не видела в своём ответе ничего странного. Глядя на неё, Элизия подумала, не придирается ли она к мелочам. Вдруг этот пугающий холодок, который она ощутила прошлой ночью, заставляет искать проблемы там, где их нет?

Возможно, всё дело в кошмарах. Частые странные сны расшатали нервы, и теперь она инстинктивно реагирует на всё с чрезмерной чуткостью.

— Если тебя что-то беспокоит, говори. Я всё улажу.

— Беспокоит? По-твоему, я выгляжу так, будто мне некомфортно живётся?

— Ты уверена?

Заметив что-то неладное в выражении лица сестры, Афина прищурилась. Казалось, дай только повод — и она тут же пойдёт разбираться с Каином.

Потерев лоб, Элизия закусила губу, чтобы успокоиться. Не могла же она признаться, что устала из-за каких-то кошмаров — это звучало бы слишком нелепо.

Ей не хотелось обременять напрасными тревогами сестру, которая специально выкроила время для визита. Тем более что Элизия прекрасно помнила, скольких трудов Афине стоило разорвать её помолвку и заставить всех замолчать.

Поэтому она нарочито лёгким тоном сменила тему:

— Меня ничего не беспокоит. Кстати, сестра, помнишь чердак в особняке Лотт?

— Чердак?

— Ну да. Когда мы были маленькими, мама говорила, что на чердак наложено страшное заклинание, и запрещала нам туда подниматься.

При упоминании о былых днях, когда они бегали и играли в старом особняке, Афина со смехом кивнула:

— На самом деле она просто не хотела, чтобы мы возились в пыли.

— А я так хотела туда залезть, что от запрета мне становилось только любопытнее!

— Да, помню, как ты тайком полезла по приставной лестнице, упала и сломала руку.

Лицо Афины, погрузившейся в воспоминания, смягчилось.

Элизия как раз собиралась сказать, что тот самый чердак теперь полностью замурован, но тут Афина озадаченно пробормотала:

— Погоди, а разве это было в особняке Лотт?

— А?

— Кажется, ты путаешь. В особняке Лотт нет чердака.

— Ох… правда?

Увидев, как Элизия растерянно моргает, Афина нахмурилась:

— Не слишком ли долго ты просидела взаперти в этом уединённом доме? Разве вы не вдоволь насладились медовым месяцем? Не пора ли тебе понемногу возвращаться в свет? Хочешь, я порекомендую тебе хороший званый вечер?

Элизия ненадолго задумалась над её серьёзным предложением и неловко улыбнулась:

— Не нужно. Званые вечера, которые ты можешь порекомендовать, наверняка окажутся сплошной головной болью.

Элизия не хотела, чтобы её таскали по таким мероприятиям, даже если она уже не жила в доме Магнус. После потери магии она почти не выходила в свет, и возвращаться туда теперь, напуская на себя важный вид, было бы слишком неловко.

— Неужели ты думаешь, что я отправлю тебя на такое мероприятие?

— Правда, не стоит, — твёрдо отказавшись, Элизия немного замялась и осторожно добавила: — Скажи, тебе не кажется, что с этим особняком что-то не так?

— В целом он совершенно не в моём вкусе, но это не мой дом, так что мне нечего сказать.

Афина равнодушно окинула взглядом стены, на которых не осталось и следа старины.

Элизия кивнула и посмотрела туда же, куда смотрела сестра. Кажется, раньше на этом месте была прекрасная деревянная резьба в виде виноградной лозы, но теперь стена была белоснежной, оклеенной обоями с ярким узором.

— Я здесь просто гостья, а жить тут тебе.

Особняка Лотт, в котором они бегали детьми, больше не существовало. Теперь это был совершенно новый дом, перестроенный специально для семейной жизни Каина и Элизии.

— Главное, чтобы тебе здесь всё нравилось.

Но, сестра, на самом деле мне кажется, что с этим домом что-то не так.

Элизия сделала глоток остывшего чая.

Но до самого ухода Афины она так и не смогла сказать, что странным ей кажется не только особняк, но и всё, что её окружает.

***

Элизия до сих пор отчётливо помнила тот момент, когда исчезла её магия.

В тот день она, как обычно, тренировалась в лесу, расположенном на землях поместья Магнус. Обычно магов обучают в Магической Башне, но Элизия, страдавшая синдромом потери магической силы, не могла даже переступить её порог.

По правде говоря, называть это тренировками было смешно. Скорее это были отчаянные попытки удержать ускользающее.

Ощущение было такое, будто она пыталась склеить осколки разбитой фарфоровой чаши и наполнить её водой до краев. Как бы она ни старалась, магия, утекающая из её тела, не возвращалась.

Вряд ли кто-либо в этом мире мог понять всю глубину её отчаяния от этой утраты.

В роду великих магов, где из поколения в поколение рождались с колоссальной магической силой и благословением Башни, — семье Магнус, о которой все отзывались с благоговением, — случай Элизии был вопиющим исключением. Настолько, что даже ей самой было трудно принять это.

Не найдя, кого винить в своей беде, она просто продолжала пытаться хоть что-то сделать с оставшимися крохами магии.

— Почему…

Было бы лучше, если бы она с самого начала не знала, каково это — обладать огромной магической силой?

Она была одарена с рождения, и ей было непросто смириться с тем, как её силы стремительно таяли из года в год. Ведь с самого раннего детства все в один голос твердили, что именно она станет следующим главой Магической Башни.

А может, я просто немного особенная?

Может быть, когда магия полностью исчезнет, на меня снизойдёт некое великое озарение?

Кажется, именно эти надежды заставляли её цепляться за тренировки. И вот, после заклинания льда, развернувшегося над зелёными листьями, залитыми тёплыми лучами солнца, её магия исчезла без следа.

Кусочки льда, созданные магией, рассыпались в воздухе и осыпались на неё сверху. Снегопад в густом лесу в ясный безоблачный день был прекрасен, но в то же время отдавал одиночеством.

Магия исчезла, но чуда не произошло. В тот момент, когда растаяла последняя льдинка, надежда, за которую она так отчаянно цеплялась, разлетелась вдребезги, а земля под ногами разверзлась бездной.

— Ха-а…

Стоя в полном оцепенении, Элизия смотрела на тающие следы магии.

И тут до её слуха донеслось вежливое приветствие:

— Здравствуйте.

Обернувшись, она увидела, как кто-то, стоявший в густой тени деревьев, сделал шаг вперёд. Привлекательный маг в безупречной мантии с улыбкой смотрел на неё.

— Приятно познакомиться. Меня зовут Каин Каллистос.

В тот самый день, когда её магия иссякла, она впервые встретила Каина.