Контент удален!

Элизия не дала однозначного ответа, но Афина, похоже, не сомневалась, что младшая сестра поступит так, как ей велено.

До сих пор, если не считать вопроса замужества, Элизия почти всегда подчинялась воле семьи, поэтому глава рода вряд ли всерьёз ожидала от неё отказа. К тому же она использовала Каина как рычаг давления.

Афина никогда не бросала слов на ветер. Если она сказала об этом, значит, в худшем случае действительно готова отказаться от поддержки лорда Каллистоса.

Прошло уже много времени после ухода сестры, а Элизия всё сидела на том же месте. Устало потерев лицо руками, она глубоко вздохнула:

— Ха-а…

Афина утверждала, что Элизия «выбрала любовь», но сама Элизия видела это иначе. Дариусы — выдающаяся семья, но она не считала, что один Каин стоит меньше, чем весь их род.

Маг, способный подняться на вершину Башни в одиночку, без всякой поддержки влиятельной семьи, — где ещё можно найти столь драгоценный талант?

Однако Элизия прекрасно понимала, насколько в этой стране помешаны на статусе и родословной. И сама она пользовалась благами этой культуры и атмосферы больше, чем кто-либо другой.

Каин, лишённый поддержки семьи Магнус…

Как он отреагирует, если узнает об этом?

Скорее всего, он скажет, что ему плевать на Магнусов, ведь он с самого начала поднимался по иерархии Башни, не опираясь на громкие имена.

Но что тогда будет с самой Элизией?

Слова Афины о лишении Каина поддержки означали не только отказ от политического союза. Это касалось и самой Элизии. Если дело действительно дойдёт до этого, сестра поставит её перед жестоким выбором: пожертвовать влиянием семьи ради мужа или пожертвовать браком ради того, чтобы остаться под крылом Магнусов.

Самым ценным даром, который Элизия могла преподнести супругу, было её имя. Каин говорил, что ему всё равно, даже если она не будет носить фамилию Магнус, но ведь полюбил он её именно такой, верно?

Чего стоит «просто» Элизия, за спиной которой нет рода Магнус?

— Госпожа…

Услышав осторожный голос, Элизия вздрогнула и подняла голову. Встретившись с обеспокоенным взглядом Леи, она наконец поняла, что просидела в гостиной гораздо дольше, чем казалось.

За окном уже сгущались сумерки.

— Надо же, как быстро летит время.

С трудом поднявшись, Элизия почувствовала, как на плечи навалилась невыносимая усталость.

Близилось время ужина, но аппетита не было. Хотелось только одного — спать. И хотя она понимала, что сон не смоет эту изматывающую тяжесть…

Осознание собственной беспомощности давило на психику с такой силой, что становилось невыносимо.

Уж лучше видеть кошмары, чем чувствовать это.

***

Комната отдыха на третьем этаже.

Медленно моргая, Элизия осознала, что находится именно там. Обведя помещение мутным взглядом, она вдруг почувствовала, как в груди вспыхнуло и начало разрастаться удушающее отчаяние. Она сжалась в комок.

Разум заволокло таким беспросветным мраком, разочарованием и грустью, что она даже не помнила, что делала мгновение назад.

Дрожа от рыданий, Элизия вдруг поняла, что плачет. Слёзы падали прямо перед её ногами.

Толстый ковёр бесшумно впитывал капли, не оставляя и следа. Глядя на эти исчезающие мокрые пятна, госпожа судорожно вздохнула.

Неужели я настолько ничтожна, что даже от моих слёз не остаётся следа?

Отчаяние, бившееся внутри, теперь разрослось до неконтролируемых масштабов. Липкое чёрное чувство полностью поглотило её разум.

О, она прекрасно знала, как положить конец этой никчёмной, загубленной жизни.

Пошатываясь, Элизия поднялась на ноги.

Я потерпела неудачу, но это можно исправить. Моя жизнь не может закончиться так жалко. Я могу всё отменить.

Я знаю, что могу всё исправить.

Она распахнула огромное окно, и пронизывающий ледяной ветер ударил сквозь тонкую ткань ночной рубашки. Холодный воздух резал кожу так резко, что стало больно.

Стоя перед открытым окном, Элизия вдруг задумалась.

А есть ли у меня силы всё это исправить?

Разве это возможно?

Ответ на внезапно вспыхнувший вопрос был отрицательным.

Она потерпит неудачу. Она уже знала, что обречена.

С приоткрытых губ сорвался стон, полный отчаяния. За окном царила кромешная тьма, такая густая, что земли не было видно. Глядя в эту бездну, Элизия вдруг рассмеялась как безумная.

Ха-ха-ха!

И правда, как сумасшедшая!

Да нет же, я уже давно сошла с ума. Как бы я ещё вынесла такую жизнь, если бы не спятила?

Её пугающе исхудавшее хрупкое тело опасно покачнулось перед открытым окном. А затем начало медленно крениться наружу.

Холодный ветер овевал лицо. Казалось, сама тьма внизу протянула руки и ласково гладит её по щекам.

Словно призывая броситься в её объятия.

— Элизия!

Она закрыла глаза. Тьма была ей рада.

***

На этот раз она не проснулась в холодном поту, судорожно глотая воздух.

Элизия открыла глаза в темноте тихо и спокойно, словно и не спала вовсе. Несмотря на то что ей снился кошмар о падении, тело и разум были поразительно безмятежны.

Но правильно ли называть это безмятежностью?

Бесшумно сев, Элизия оглядела полутёмную спальню. Сегодня комната казалась ещё более просторной и пустой, чем обычно. Огромная кровать, на которой с запасом хватало места для двоих, сейчас выглядела издевательски большой. Элизия была не в силах согреть её своим теплом.

Она протянула руку и провела пальцами по смятым простыням на пустой половине.

Ей не хватало Каина.

Она безумно скучала по его теплу и ласковому голосу.

Не в силах больше выносить эту щемящую тоску, Элизия решительно откинула одеяло и встала. Он всегда, всегда оказывался рядом в те моменты, когда она больше всего в нём нуждалась. Может, и сейчас муж, словно по волшебству, появится перед ней?

Будь она хоть немного в своём уме, то сразу поняла бы, что это нелепый детский каприз. Но, к сожалению, только что проснувшейся Элизии было не до здравого смысла.

В одной лишь тонкой белой сорочке она, словно в трансе, вышла из спальни. В коридоре горело лишь дежурное освещение, и без свечи идти было темновато, но для леди Каллистос это не имело значения. Никто не знал планировку этого особняка лучше неё.

Она почти бегом добралась до комнаты отдыха.

Несмотря на то что обстановка разительно отличалась от той, что она видела во сне, Элизия точно знала: это та самая комната из её кошмара.

Её взгляд метнулся к плотно закрытому окну. За прозрачным стеклом была лишь непроглядная тьма.

А что там, за окном?

Элизия медленно подошла к стеклу. Несмотря на то что окно было заперто, сквозь щели сочился прохладный воздух, пробираясь под тонкую сорочку.

Из-за разницы температур стекло слегка запотело. Склонив голову, Элизия провела кончиками пальцев по холодной поверхности. Казалось, ледяной холод режет кожу.

Что там, за окном?

Вопрос снова всплыл в голове. Ей было любопытно, но из-за кромешной тьмы разглядеть что-либо было невозможно.

Медленно моргнув, Элизия потянулась к защёлке. Крепко ухватившись за металлическую ручку, она с силой дёрнула её на себя.

Лязг.

Защёлка лишь лязгнула, но не поддалась.

Нахмурившись, Элизия потянула сильнее.

Лязг, лязг.

Окно по-прежнему не открывалось.

И в этот момент затуманенный разум Элизии начал проясняться. Отпустив намертво застрявшую задвижку, она, побледнев как полотно, медленно попятилась.

Зачем я пыталась его открыть?

От страшной мысли по спине пробежал мороз. Дыхание, ещё секунду назад бывшее спокойным, сбилось, а ноги, казавшиеся лёгкими как пёрышко, вдруг налились свинцом и приросли к полу.

— Ты сошла с ума, Элизия, — прошептала она себе под нос.

Ей было страшно даже представить, к чему бы привела её иррациональная попытка, не будь окно заперто. Как бы она ни была напряжена в последнее время, что за безумие на неё нашло?

— Спятила.

Она стояла посреди комнаты и дрожащим голосом корила себя раз за разом.

Спятила. Окончательно спятила и больше не может отличить кошмар от реальности.

Я думала, что Каин появится, если я встану перед этим окном?

Только потому, что в кошмаре, за секунду до падения, именно он окликнул меня?