Глава 28.
ЗА СВОЮ ПЕРВУЮ РАБОТУ в качестве фотографа Новали получила семьдесят долларов. Из них двадцать она потратила на пленку, пять — на бензин, а десять отдала Бенни Гудлаку. Если бы она добавила еще три с половиной доллара за их обед в «Макдоналдсе», то заработала бы чуть больше тридцати долларов. Но это было неважно. Для нее это было совсем неважно.
Она получила эту работу благодаря Бенни, чья учительница математики искала фотографа на свадьбу. У Кэролайн Биддл было не так много денег, а Новали не стремилась заработать много, так что они быстро договорились.
— Я получила работу, Бенни. Я получила работу, — сказала Новали, как только он взял трубку.
— Отлично!
— Свадьба двадцать четвертого, и это идеально, потому что у меня как раз выходные, а Уайткоттоны останутся с Америкус, так что ей не придется ехать со мной.
— Куда?
— В Талекуа. Мисс Биддл собирается выйти замуж в доме своей матери в Талекуа.
— Ты поедешь одна?
— Конечно.
— А что, если у тебя спустит колесо или ещё что-нибудь случится?
— Бенни, я знаю, как менять колесо.
— Да, но я просто подумал, что, может быть...
— Если погода будет хорошая, они поженятся на улице. Она всё спланировала. Она даже попросила меня надеть розовое.
— Зачем?
— Потому что всё будет розовым. Цветы, торт, платья.
— А если кто-то придёт в фиолетовом. Или жёлтом? Что она сделает?
— Бенни, она учительница. Если она говорит: «Надень розовое», значит, надо надеть розовое.
— Да, верно.
— Знаешь, я, пожалуй, буду снимать на «Вериколор». С розовым цветом могут возникнуть сложности, если снимать на солнце.
— Может, я тебе помогу?
— Что?
— Может, я мог бы поехать с тобой. Помогать тебе с камерой. Ну, что-то в этом роде.
— Ну…— Новали постаралась не выдать удивления, но оно все же промелькнуло. — Ну конечно. Конечно, можешь.
— Правда?»
— Я не шучу. Мне понадобится помощь, потому что… только не говори об этом мисс Биддл, но я никогда не была на свадьбе.
— Я тоже.
Новали рассмеялась и сказала:
— Ну, я видела несколько свадеб в сериале «Как вращается мир».
— Наверное, они все одинаковые, да?
— Эти — да. Каждый раз замуж выходила одна и та же женщина.
— Не думаю, что мисс Биддл когда-то была замужем.
— Не волнуйся, Бенни. Мы разберемся, что делать.
— Новали, что мне надеть?
— У тебя ведь нет розового костюма, да?
***
Следующие три недели Новали проводила перерывы в «Уол-Марте», просматривая свадебные журналы в поисках интересных фотографий, но не находила ничего, кроме традиционных снимков. С ними проблем не возникло бы, если бы не подвела камера или пленка, но эти варианты уже начинали ее немного нервировать. Судя по тому, что она видела, женщины сходили с ума из-за своих свадебных фотографий.
А потом, всего за несколько дней до свадьбы Кэролайн Биддл, Мозес рассказал Новали историю о своей тете.
— Эффи, сестра моей матери, — сказал Мозес, — вышла замуж в 1932 году, в самый разгар Великой депрессии, так что вряд ли это была пышная свадьба. Они с мужем были из бедных семей. Но свадьба была в церкви, и, как мне рассказывали, очень красивая. На тете Эффи было атласное платье, сшитое моей матерью, а в те времена у всех были цветники, так что церковь утопала в цветах. Муж тети Эффи погиб десять лет спустя в битве при Мидуэе. Тетя Эффи больше не вышла замуж. Работала домработницей лет до семидесяти. А потом, когда ей было уже за восемьдесят... восемьдесят четыре, восемьдесят пять, у нее загорелся дом. Тетя Эффи была у соседки, когда они увидели пламя, так что ей ничего не угрожало. Совсем ничего. Но знаешь, что она сделала? Побежала домой! Вбежала в горящий дом, чтобы спасти фотографии со своей свадьбы. Фотографии жениха, который умер больше пятидесяти лет назад.
— Она умерла из-за каких-то фотографий, — сказала Новали.
— Нет, тётя Эффи умерла из-за любви. И, думаю, есть вещи и похуже, из-за которых можно умереть. Намного хуже.
Той ночью Новали снились дурные сны — почерневшие фотографии, дымящиеся фотоаппараты и свадебные платья, сгоревшие дотла.
На следующее утро она еще не до конца отошла после беспокойной ночи, когда ей позвонила Лекси с потрясающими новостями.
— Его зовут Роджер. Роджер Бриско. И, Новали, он настоящий профессионал. Бухгалтер. У него свой бизнес в Форт-Уэрте.
— В Форт-Уэрте? Где ты с ним познакомилась?
— На заправке «Тексако». Мы вместе заливали бензин. А теперь послушай! У него новый «Бьюик». Новенький! На нем даже бирка дилера осталась.
— Ну и какой он?
— Умный. Очень умный! Ты бы его видела. Одевается лучше, чем банкир. Но я выглядела ужасно. Без макияжа, с растрепанными волосами. Мы только что из прачечной, и дети были все в грязи. Но Роджер сказал, что они прекрасны, и не мог поверить, что все они мои. Он завел их внутрь, угостил колой, а потом спросил, не хотим ли мы поужинать с ним. Я спросила: «Все вместе? Прямо сейчас?». Он согласился, и мы пошли в «Голден Коррал». Это обошлось ему больше чем в пятьдесят долларов, а я даже не поела.
— Почему бы и нет?
— Я на этой новой грейпфрутовой диете. В общем, угадай, что случилось. Он приедет за нами в следующие выходные и отвезет нас всех в парк аттракционов «Сикс Флэгс». Представляешь, сколько это будет стоить?
— Куча денег.
— Но он ведет себя так, будто деньги для него не главное. Он просто... просто щедрый, добрый человек. Я сразу это поняла. Мы ему тоже понравились. Очень понравились.
— Ну, а почему бы и нет, Лекси?
— Ох, ты же знаешь, какие бывают парни. Они делают вид, что им интересно, пока не узнают, что у тебя есть дети. Но он совсем не такой. Он сказал Брауни, что у него красивые длинные пальцы, как у пианиста, а Пралин он сказал, что она достаточно хороша собой, чтобы сниматься в кино. С ним всем хорошо. Знаешь, никогда не угадаешь, Новали. Может, когда-нибудь ты будешь снимать мою свадьбу.
***
В утро свадьбы Новали проснулась в шесть, за час до того, как должен был сработать будильник. Накануне она составила список всего, что нужно взять с собой, но всю ночь думала о том, что забыла включить в список.
Пока она собирала вещи, пытаясь уложить объективы, позвонил Форни, чтобы пожелать ей удачи. Обычно он вставал поздно, но в этот раз сказал, что проснулся в три часа ночи, хотя и не объяснил почему. Но Новали догадывалась.
За последний месяц Мэри Элизабет устроила пожар на кухне из-за разлитого масла и дважды неудачно упала, из-за чего Форни пришлось срочно везти ее в отделение неотложной помощи. А однажды ранним утром, за неделю до этого, она лежала обнаженная на ступеньках библиотеки, пока Форни не нашел ее, не завернул в одеяло и не увел обратно в дом.
Форни нечасто говорил о своей сестре, а вот другие — говорили.
Новали только что закончила разговор по телефону, когда Сертин приехал за Америкус. Они наскоро позавтракали и попытались поторопить Америкус с её ритуалом прощания со стайкой бездомных животных, число которых стремительно росло. Недавно она приютила беременную кошку, которую назвала Матушкой, и трёхногого бигля по кличке Сэр.
К тому моменту, как Сертин и Америкус уехали, Новали уже опаздывала. Она в спешке собрала остатки снаряжения, натянула розовое платье и помчалась через весь город за Бенни Гудлаком.
Новали и Бенни прибыли в дом Биддлов с запасом времени, но до начала церемонии оставалось меньше часа, когда Новали обнаружила, что забыла пленку дома — та осталась лежать на кровати. Она старалась не поддаваться панике, даже когда Бенни еще раз обыскал машину, но снова ничего не нашел. Ей не хотелось думать о том, как отреагирует мисс Биддл, узнав, что у фотографа нет пленки для камеры.
Впрочем, Новали полагала, что свадьба все равно состоится — с фотографиями или без. В конце концов, священник уже прибыл, да и жених был на месте.
На террасе расставили корзины с цветами, а во дворе подготовили стулья для гостей. Свадебный торт был готов к разрезанию, пунш — охлажден. Свадьба должна была состояться, была ли она полностью готова или нет. Так ли уж важна, размышляла Новали, эта пленка?
И тут она вспомнила тетю Эффи, которая умерла из-за своих свадебных фотографий — тех самых, что были сделаны шестьдесят лет назад.
Новали вдавила педаль газа в пол, следуя полученным указаниям, и нашла крошечный фотомагазин — он был закрыт и надежно заперт. В магазине «7-Элевен» на углу она узнала номер владельца, и уже через десять минут сухонький старичок с бровями, похожими на стальную мочалку, открыл дверь и впустил ее внутрь.
— Я вообще-то спал, — проворчал он.
— Простите, но ваша жена сказала...
— Жена сказала, что вы снимаете свадьбу, но пленку вы не привезли.
— А церемония начинается где-то через полчаса, так что...
— Почему вы не привезли пленку?
— Ну, я собиралась, но забыла. Послушайте, я очень спешу, и...
— Вы фотограф? Профессиональный фотограф? И забыли пленку?
— Это мой первый заказ.
— Может, и последний. Ну так что тебе нужно?
— «Вериколор». Профессиональную упаковку.
— А свет какой используешь?
— Снимаю на улице.
— А заполняющую вспышку применять не собираешься?
— Ну, я...
— Ты вообще понимаешь, о чем я?
— Конечно! — Новали попыталась ответить уверенно, но вышло не слишком убедительно. — Вроде того.
— Черт. — Он сорвал со стены листовку и шлепнул ее на прилавок.
— Доктор Патнэм! Она преподает здесь, в колледже, фотографию.
— А-а.
— С тебя восемнадцать долларов шестьдесят шесть центов, но я возьму двадцать — у меня в кассе нет мелочи. Впрочем, я и не планировал открываться в воскресенье.
— Спасибо вам. — Новали пододвинула по прилавку две десятидолларовые купюры и сделала шаг к выходу.
— Держи! — Он швырнул листовку в ее сторону. — Я ее не для разминки снимал.
— Хорошо. — Новали схватила бумагу и попятилась к двери. — Спасибо, — сказала она, закрыла за собой дверь и побежала к машине.
По дороге обратно на свадьбу Кэролин Биддл Новали придумала дюжину едких ответов старику из фотомагазина — дюжину способов поставить его на место... и все они были очень остроумными.
«Конечно, нет, я не забыл пленку! Ее кто-то украл.»
«Ты с кем вообще разговариваешь? Слыхал когда-нибудь о премии «Большой Юго-Запад»?»
«Черт возьми, конечно, я фотограф! А теперь отдавай пленку, пока я тебе глотку не перерезал.»
Бенни Гудлак перешел на бег, как только «Шеви» показался из-за угла; он распахнул дверцу еще до того, как машина окончательно остановилась.
— Скорей! — сказал он. — Музыка уже заиграла.
Новали заряжала камеру на ходу, направляясь к заднему двору, и сделала первый снимок в тот момент, когда Кэролин Биддл — в розовом платье, полы которого развевались вокруг нее, — вышла из дома матери навстречу солнечному свету своего свадебного дня.
— Да, — сказал Бенни, — я и не знал, что она такая красивая.
— Говорят, женщина прекраснее всего, когда она влюблена.
Бенни доел последний кусочек куриного наггетса, а затем слизал капельку кетчупа в уголке рта.
— Ну, в школе она никогда так не выглядит.
— На. — Новали пододвинула ему через стол порцию картошки фри. — Доедай. Я переела свадебного торта.
Бенни взял картошку, но тут же замер, помахивая ею в воздухе.
— Было так странно смотреть, как моя учительница выходит замуж, как она целуется... — Лицо Бенни покраснело.
— А, по-моему, это было романтично.
— Новали, а ты сама когда-нибудь выйдешь замуж?
— Может быть. Если кто-нибудь позовет.
— Только не я!
— О, однажды ты влюбишься, Бенни, и тогда...
— Я ничего не смыслю в любви.
— Готова поспорить, что смыслишь.
— Нет. Я думал об этом, но никак не могу взять в толк, что это такое.
— В каком смысле?
— Знаешь, иногда любовь кажется простой. Ну, скажем... легко любить дождь... и ястребов. И легко любить дикую сливу... и луну. А вот с людьми... кажется, любовь — штука сложная. Всё так запутанно. В том смысле, что... можно любить одного человека так, а другого — иначе. Но как понять, что любишь того самого — и любишь по-настоящему, во всех смыслах?
— Не знаю точно, но, думаю, ты поймешь. Думаю, если это тот самый человек, то чувство будет лучше, чем дождь, ястребы и дикая слива. Даже лучше, чем луна. Думаю, оно будет лучше, чем всё это вместе взятое.
— Новали, ты... то есть, ты...
— Что?
— Ты в кого-нибудь влюблена?
Новали замерла — так неподвижно, что Бенни на мгновение показалось, будто она его не услышала. Но потом она шевельнулась... повернула лицо навстречу тонкому лучу солнца... перевела взгляд на что-то, чего мальчик пока не видел.
— Думаю, да, Бенни, — сказала она. — Думаю, да.
