Лю Юйжу что-то тихо пробормотала в ответ. Сердечно распрощавшись с Су Вань, она встала и вышла. Гу Цзюсы вместе с Ян Вэньчаном и Чэнь Сюнем стояли у входа и о чем-то тихо переговаривались. Как только Лю Юйжу вышла, Ян Вэньчан и Чэнь Сюнь немедленно поздоровались с ней: «Приветствуем, невестка».
Лю Юйжу почувствовала себя немного неловко. Она опустила голову и коротко ответила, затем встала за спиной Гу Цзюсы, тихо позвав:
- Муж мой.
- Пойдем, сегодня я отведу тебя повеселиться, - весело сказал Гу Цзюсы. - Ты, наверное, никогда не испытывала подобного раньше, ты не представляешь, сколько всего интересного есть в мире. Мне давно следовало пригласить тебя куда-нибудь потратить немного денег.
Лю Юйжу поджала губы и улыбнулась. Гу Цзюсы вытащил из-за пазухи пачку банкнот и сказал:
- Сегодня я взял много денег, давайте тратить их налево и направо!
Услышав это, Лю Юйжу тихо вздохнула, но, увидев сияющее лицо Гу Цзюсы, она не смогла заставить себя оборвать его. Она сжала губы и улыбнулась, ничего не сказав.
Сначала Гу Цзюсы повел группу из четырех человек на арену для петушиных боев. Следуя за ним, Лю Юйжу нашла это несколько необычным. Гу Цзюсы с важным видом зашел внутрь и объяснил ей: «Сюда обычно приходят люди, чтобы устроить бои петухов и сверчков. Вы покупаете петуха или сверчка, и все делают на них ставки. Мой петух - король этого места, в свое время я потратил тысячу таэлей золота, чтобы выкупить его».
С этими словами Гу Цзюсы подвел ее к петуху к клетке с золотой отделкой. Неподалеку стоял на страже слуга, и, когда Гу Цзюсы вручил ему серебряную монету, тот горячо поблагодарил его и вытащил петуха из золотой клетки. Гу Цзюсы с гордостью показал петуха Лю Юйжу:
- Видишь? Это мой петух, Золотой маршал!
Лю Юйжу с улыбкой переспросила:
- Его зовут Золотой маршал?
- Да, - немедленно вмешался Ян Вэньчан, - мы с Чэнь Сюнем дали ему это имя. Цзюсы изначально хотел назвать его Железным генералом, но разве железо может сравниться с величием золота? И какой генерал может сравниться по престижу с маршалом?
- Ты прав, - кивнула Лю Юйжу.
Гу Цзюсы, держа петуха, сказал ей:
- Пойдем, я отведу тебя на петушиные бои.
Группа, явно знакомая с этим местом, прибыла на арену для петушиных боев. Лю Юйжу наблюдала, как Гу Цзюсы осторожно отвёл Золотого маршала в сторону и тщательно вытер ему перышки, сказав: «Приятель, я рассчитываю на тебя сегодня. Тебе лучше как следует постараться, хорошо? Когда мы вернемся, у тебя будет самый лучший корм, так что не подведи».
С этими словами Гу Цзюсы даже наклонился и поцеловал петуха. Лю Юйжу прикрыла улыбку веером, а когда Гу Цзюсы подошел, она легонько похлопала его по плечу и сказала:
- Он же грязный.
- Что? Да нет же! - Гу Цзюсы поспешил возразить: - О Золотом маршале заботятся каждый день. Он не похож на обычного петуха, он не грязный.
Лю Юйжу не была уверена, был ли петух грязным или нет, но это определенно был не обычный петух.
Золотой маршал не был особенно крупным, но по сравнению с пухлым петухом напротив, он был гораздо более мускулистым. Как только петух вышел на ринг, он выпрямился во весь рост, преисполненный решимости, и горделиво приосанился. Его надменное поведение заставило Лю Юйжу усмехнуться: «Теперь я действительно верю, что это твой петух».
Гу Цзюсы, понимая, что она дразнит его, презрительно фыркнул. Два петуха начали драться. Упитанный петух бросился на Золотого маршала, но Золотой маршал ловко облетел вокруг ринга. Лю Юйжу нахмурилась:
- Он испугался?
- Испугался? Ни за что! - Гу Цзюсы был в восторге. - Маршал, в атаку! Не бойся, нападай!
Толпа разразилась радостными возгласами, и Лю Юйжу, захваченная этой атмосферой, тоже почувствовала волну возбуждения. Она не могла удержаться и начала аплодировать Золотому маршалу. Гу Цзюсы вложил ей в руку немного серебра, призывая:
- Скорее, делай ставку, делай ставку!
Лю Юйжу была немного ошеломлена, поэтому Гу Цзюсы вытащил ее руку из-за спины и хлопнул ею по ближайшему столу. Затем, склонившись над ней, он крикнул:
- Маршал! Да! Давай, атакуй его! Вперёд!
- Нападай! - Как только деньги были внесены, Лю Юйжу внезапно почувствовала себя по-другому. Она начала предвкушать выигрыш и бояться проигрыша. Ее взгляд был прикован к петухам, когда они вместе с Гу Цзюсы болели за Золотого маршала.
Золотой маршал внезапно яростно клюнул противника, полностью одолев его, и погнался за пухлым петухом по рингу. Лю Юйжу присоединилась к ликующим крикам Гу Цзюсы. На глазах у всех Гу Цзюсы крепко обнял ее, и они оба радостно закричали:
- Мы победили! Мы победили!
Ян Вэньчан и Чэнь Сюнь тоже обнялись. Через мгновение Ян Вэньчан вдруг сказал: «Почему у меня такое чувство, будто что-то не так?»
Чэнь Сюнь оглянулся на Гу Цзюсы и Лю Юйжу. Действие, которое на протяжении более десяти лет было совершенно нормальным выражением братской дружбы, теперь вдруг показалось немного странным.
Они быстро отпустили друг друга, прочистив горло. Только тогда Лю Юйжу поняла, что что-то не так. Она поспешно отступила назад и сказала Гу Цзюсы: «Хм, только что я была слишком напориста».
Гу Цзюсы тоже чувствовал себя немного смущенным, но не мог этого показать — иначе ситуация стала бы еще более неловкой. Поэтому он быстро похлопал Лю Юйжу по плечу и сказал: «Не беспокойся, мы же товарищи. Просто представь, что ты теперь один из моих товарищей. Давайте, приведите сюда моего маршала — бедняжка, должно быть, в ужасе».
Закончив с петушиными боями, Гу Цзюсы повел Лю Юйжу в игорный дом. Группа провела день, погрузившись в азартные игры. Лю Юйжу, воодушевленная, сделала пару ставок на игру в кости и научилась играть в маджонг. К тому времени, когда они закончили, было уже поздно, и друзья направилась в таверну, чтобы выпить и спеть. Когда у Гу Цзюсы открылось второе дыхание, он решил увезти Лю Юйжу, Ян Вэньчана и Чэнь Сюня из города.
Лю Юйжу не умела ездить верхом, но Гу Цзюсы и двое его друзей были опытными наездниками. Гу Цзюсы усадил Лю Юйжу перед собой, а сам обнял ее сзади, и вместе со своими двумя братьями они галопом выехали из города.
Сидя на лошади, Лю Юйжу чувствовала себя немного неловко. Ночной ветер приносил прохладу, но тепло человека, сидевшего позади нее, делало ночь мягкой и ласковой.
Ее волосы слегка касались лица, когда она смотрела в бескрайнее ночное небо, на простиравшуюся перед ней открытую местность. Она слушала кваканье лягушек, стрекотание цикад и пение Ян Вэньчана и Чэнь Сюня позади себя.
Ее охватило чувство безграничной свободы, как будто что-то волнующее и неописуемое вот-вот вырвется из ее груди.
- Давай, давай! - Ян Вэньчан погнался за Гу Цзюсы, крича: - Цзюсы, спой нам песню!
Гу Цзюсы расхохотался:
- Ты просто пытаешься обманом заставить меня петь.
- Здесь невестка, - подхватил Чэнь Сюнь, улыбаясь и глядя на Лю Юйжу. - Я уверен, она хочет послушать, как ты поешь, верно?
- О, это так? - Гу Цзюсы посмотрел на Лю Юйжу сверху вниз. - Моя маленькая женушка еще не слышала, как я пою. Что ж, сегодня вечером я спою только для тебя.
Лю Юйжу слегка покраснела. Зная игривый нрав Гу Цзюсы, она ожидала, что он споет что-нибудь, чтобы подразнить ее. Но, к ее удивлению, молодой человек вдруг возвысил голос и начал смело петь:
Неужто вы не видите, друзья,
Как воды знаменитой Хуанхэ,
С небесной низвергаясь высоты,
Стремятся бурно в море,
Чтоб не вернуться больше?
Неужто вы не видите, друзья,
Как в царственных покоях зеркала
Скорбят о волосах, - они вчера
Чернее шелка были,
А ныне стали снегом?
Достигнув жизни счастья,
Испей его до дна,
Пусть полон будет кубок
Под молодой луной.
Мне небом дар отпущен,
Чтоб расточать его.
Истраченным богатством
Я овладею вновь.
Его голос был громким и полным юного, неукротимого духа. Казалось, что никакая печаль или беспокойство в мире не могут тронуть его. Были только необузданность и гордость юности, чувства, которые будоражили кровь самой Лю Юйжу.
И затем, когда его голос достиг крещендо, он запел:
- Вот быстрый конь,
Вот новый плащ, -
Пошлем слугу-мальчишку
Пусть обменяет их.
С игривой улыбкой Гу Цзюсы опустил голову, его глаза мерцали, как звездный свет. Его голос стал мягким и нежным, когда он пробормотал последнюю строчку:
- И вновь, друзья, забудем
Мы о своих скорбях*.
* Ли Бо «Поднося вино» в перев. А.Ахматовой.
Сердце Лю Юйжу бешено заколотилось, и в смущении она поспешно опустила голову, слишком взволнованная, чтобы встретиться с ним взглядом.
Ян Вэньчан и Чэнь Сюнь расхохотались: «Невестка такая застенчивая!»
Взволнованная Лю Юйжу бросила на них быстрый взгляд, тихо пробормотав:
- Вы ведете себя неподобающе!
- Вы слышали это? - Гу Цзюсы поднял брови и с полуулыбкой взглянул на них обоих. - Моя жена говорит, что вы ведете себя неподобающе.
- Цзюсы, невестка не называла нас неподобающими, - быстро вмешался Ян Вэньчан, - она имела в виду тебя!
Группа продолжала подтрунивать и шутить, пока они ехали на своих лошадях. В конце концов, лошади устали, когда они добрались до берега реки на окраине города. Гу Цзюсы спешился и, видя, что Лю Юйжу, возможно, слишком устала, чтобы идти пешком, предложил ей сесть на лошадь, а сам повел ее под уздцы, медленно и спокойно прогуливаясь вдоль реки.
Через некоторое время они проверили время, и Чэнь Сюнь понял, что ему нужно вернуться домой до наступления комендантского часа. Ян Вэньчан сопровождал его, и перед уходом они вручили Лю Юйжу подарок. Чэнь Сюнь почтительно сказал: «Невестка, с днем рождения. Хотя наш старший брат иногда может показаться ненадежным, в душе он действительно хороший человек. Я желаю вам обоим долгой и счастливой совместной жизни. И пусть в твоей жизни всегда будут радость и покой».
- Почему ты так много болтаешь? - Проворчал Гу Цзюсы, шутливо пнув его. - Поторопись и уходи, а то твоя матушка снова надерет тебе задницу.
Чэнь Сюнь рассмеялся и ушел. Гу Цзюсы, который теперь стоял рядом с лошадью, на которой все еще сидела Лю Юйжу, на мгновение задумался и сказал:
- Хм, может, позабавимся еще немного? Что будем делать дальше?
- Я последую твоему примеру, - ответила Лю Юйжу.
- Тогда как насчет того, чтобы научить тебя ездить верхом? - Мягко предложил Гу Цзюсы. - В жизни всегда будут трудности, и незнание того, как ездить верхом, всегда будет минусом. Я поведу лошадь, пока ты будешь осваиваться с ней.
Лю Юйжу согласилась, и они вдвоем продолжили путь обратно в город. Лю Юйжу ехала верхом, а Гу Цзюсы шёл рядом. Он снова запел, на этот раз мягкую, ласковую песню, его голос сливался с лунной ночью, добавляя ощущение тепла и безмятежности окружающему миру.
- Муж мой, - Лю Юйжу не удержалась и спросила, - буду ли я по-прежнему праздновать свой день рождения в следующем году?
Услышав это, Гу Цзюсы усмехнулся. Он слегка повернул голову:
- Глупышка, конечно, будешь. Каждый год, - продолжил Гу Цзюсы, снова повернувшись лицом вперед и говоря небрежным тоном, - я буду отмечать твой день рождения. Каждый год будет отличаться от других, и каждый год будет наполнен радостью. Как тебе такая идея?
Лю Юйжу тихо усмехнулась, но ничего не ответила.
Однако в глубине души она подумала: «Хорошо».
Ей хотелось бы всегда так жить - чтобы кто-то ехал впереди нее, направлял лошадь, пел песни, заботился о том, чтобы каждый год был таким же, как этот, и каждое мгновение было таким же счастливым, как сегодня.