Деньги семьи Чжао были доставлены в полном объеме, и, когда эта задача была выполнена, все богатое торговое сообщество Ванду испытало мандраж.
В Ванду царила суматоха, и все готовились к худшему. Подсчитывая серебро, они также повсюду старались завязать контакты.
Хуцзы передал Гу Цзюсы информацию о ежедневных маршрутах этих богатых торговцев, и Гу Цзюсы незаметно расплатился с ним деньгами. Теперь Хуцзы был едва ли не лидером всех беженцев в Ванду. Гу Цзюсы внимательно изучил действия торговцев, долго хмурил брови и вздохнул: «Понятно. Не спускайте глаз и с госпожи».
Лю Юйжу тоже почувствовала что-то неладное. Впервые она заметила, что вокруг нее стало виться больше нищих и беженцев, которые, казалось, каждый день несли караул.
Поэтому она стиснула зубы, потратив деньги на то, чтобы нанять нескольких телохранителей, и постоянно была в курсе событий в городе.
Ее дело продолжало развиваться. Лю Юйжу ежедневно увеличивала объем поставок и открыла отделение неподалеку, в Аньяне. Она часто курсировала между Аньяном и Ванду, занимаясь делами магазина. Иногда она не могла удержаться и спрашивала Гу Цзюсы: «У Фань Сюаня и Чжоу Гаолана есть какие-нибудь планы? Почему они до сих пор не сообщили тебе никаких новостей?»
Гу Цзюсы отвечал: «Возможно, они все еще обдумывают это».
Фань Сюань и Чжоу Гаолан долго обсуждали ситуацию, и спустя почти десять дней они, наконец, сообщили Гу Цзюсы последние новости.
В тот день Фань Сюань пришел лично. После долгих обсуждений он и Гу Цзюсы подтвердили его план, и когда все было улажено, он, наконец, сказал:
- Этот метод слишком рискованный, но это действительно решение. Вы можете попробовать его в Ванду. Если это сработает здесь, мы сможем развивать его дальше.
- Понял. - Гу Цзюсы вздохнул с облегчением. Этот результат оказался намного лучше, чем он первоначально ожидал.
- Однако, поскольку мы опробуем этот метод, он должен принести результаты в Ванду. К концу года налоговые поступления в Ванду должны превысить эту сумму.
Фань Сюань записал цифру.
Восемь миллионов. Три тысячи даней*.
* dàn книжн. shí дань, ши (единица исчисления оклада чиновника, размера его кормления, около 0,35 доу риса)
Ежегодный налоговый доход Великой Жун составлял 80 миллионов таэлей серебром, а на ежемесячное обеспечение продовольствием ста тысяч солдат требовалось трии тысячи даней. В Ючжоу было более двухсот уездов, и Фань Сюань требовал, чтобы один только Ванду обеспечивал десятую часть налоговых поступлений в бюджет страны и достаточно зерна, чтобы на четверть обеспечить продовольствием стотысячное войско.
Гу Цзюсы молча посмотрел на цифру. Фань Сюань отложил кисть и спокойно сказал:
- Мне нужно это количество серебра. Эта цифра не включает пожертвования от вашей семьи Гу. Если вы сможете собрать средства, мне все равно, каким способом вы воспользуетесь. Я оставляю Ванду на вас. Делайте всё, что необходимо. Я препоручу вам всю работу касательно дел военной обороны и финансов в Ванду. Если вы добьетесь успеха...
Фань Сюань серьезно посмотрел на Гу Цзюсы и продолжил: «Министерство финансов будет носить ваше имя».
Гу Цзюсы сжал губы, через мгновение глубоко вздохнул и сказал: «Этот подчинённый понимает».
Проводив Фань Сюаня, Гу Цзюсы встал.
Он был подготовлен и просто ждал слов Фань Сюаня. Как только Фань Сюань ушел, Гу Цзюсы немедленно навестил основные семьи Ванду.
Был только сентябрь, и до конца года оставалось три месяца. На данный момент налоговые поступления в Ванду составляли всего двести тысяч таэлей. Если добавить пожертвования от семей Гу и Чжао, это составило лишь семьсот тысяч. Богатые купцы в основном владели землей, и у них было очень мало готового серебра. Хотя семья Гу утверждала, что может покрыть годовые налоговые поступления Великой Жун за счет своего богатства, большую часть этого богатства составляла земля, и они едва ли могли получить в Ючжоу восемь миллионов таэлей серебра. Заработать восемь миллионов таэлей было совсем нелегко, тем более, не нанося ущерба интересам торговцев.
Тем не менее, это было необходимо сделать. Первый визит Гу Цзюсы состоялся к семье Яо. Семья Яо главенствовала среди предпринимателей Ванду, члены этой семьи были родом из Ванду и занимали должности в местных органах власти. Даже Фань Сюаню пришлось проявить к ним некоторое уважение.
К визиту Гу Цзюсы семья Яо отнеслась довольно хорошо. После того, как Гу Цзюсы объяснил свой план, члены семьи Яо на мгновение засомневались и, наконец, сказали: «Мы понимаем намерения мастера Гу». Они вздохнули и добавили: «Это последнее средство. Мастер Гу действительно беспокоился о нас».
При поддержке семьи Яо несколько других семей также одна за другой выступили с предложением приобрести «Облигации Ючжоу» Гу Цзюсы еще до того, как он завершил свой обход.
Гу Цзюсы разделил долг в размере 7 300 000 таэлей на две части. 6 миллионов таэлей были долгосрочными облигациями. Почти сто семей торговцев были вынуждены приобрести их, исходя из своих финансовых возможностей. Оставшиеся 1 300 000 таэлей были краткосрочными облигациями, которые Гу Цзюсы выставил на открытый рынок для публичной продажи.
Он оборудовал помещение в правительственном учреждении специально для продажи «облигаций Ючжоу». Не было никаких ограничений на покупку краткосрочных облигаций Ючжоу, и их можно было купить совсем недорого. Те, кто купил их в первые три месяца, не только имели высокие процентные ставки, но и приводили родственников и друзей, и часть процентов родственников и друзей также должна была быть переведена на их счета.
Это создало особенно сложную ситуацию с бухгалтерией. Гу Цзюсы нужно было нанять кого-то специально для управления этими счетами.
Лю Юйжу заметила это и привела специального человека к Гу Цзюсы, чтобы тот занялся счетами.
В первый месяц людей было немного. Лю Юйжу работала над управлением счетами, одновременно изучая способы повышения эффективности. Она присвоила каждому покупателю облигации токен, бумажный контракт и номер и систематически записывала их.
Лю Юйжу занималась краткосрочными облигациями, в то время как Гу Цзюсы каждый день посещал торговцев, чтобы убедить их купить долгосрочные облигации.
Через полмесяца краткосрочные облигации Лю Юйжу продавались не очень хорошо, в основном небольшие суммы тратили на покупку любопытные простые люди. Тем временем, после завершения продаж с несколькими первыми семьями, Гу Цзюсы столкнулся с более жестким сопротивлением.
Семью Лян поддерживали военные из Ючжоу, поэтому, как бы Гу Цзюсы ни пытался убедить их, они делали вид, что не слышат.
Во время третьего визита Гу Цзюсы в семью Лян старший сын, говоривший на чистом диалекте Ючжоу, нетерпеливо спросил: «Почему ты, деревенщина из Янчжоу, не понимаешь ни слова? Тебе нужны деньги, верно? Если ты продолжишь доставлять неприятности, я позабочусь о том, чтобы тебе не было здесь жизни!»
Такие угрозы не испугали Гу Цзюсы. Он понял, что более мягкий подход к семье Лян может не сработать.
Той ночью он долго ворочался в постели. Видя, что он не может уснуть, Лю Юйжу взяла его за руку и сказала: «Муж мой, не волнуйся. Ты уже давно занимаешь свое положение. Пришло время применить жесткие меры».
Гу Цзюсы поджал губы. Лю Юйжу прижалась к его груди и тихо рассмеялась: «Я знаю, что у тебя доброе сердце. Если ты действительно не можешь этого вынести, отдохни. Через несколько дней, когда проценты за первый месяц будут распределены среди простых людей, начнется продажа краткосрочных облигаций. Я непременно что-нибудь для тебя придумаю».
Гу Цзюсы промолчал. Он посмотрел на девушку, прижавшуюся к его груди, и его сердце дрогнуло. Когда он держал в объятиях такую красивую женщину, его, естественно, посещали иные мысли. Но он не знал, почему всякий раз, когда возникали эти мысли, он чувствовал, что его что-то сдерживает. Он казался себе немного грязным и предпочитал, чтобы Лю Юйжу просто льнула к нему вот так, наслаждаясь покоем в своем сердце, которое было умиротворенным, нежным, светлым и ясным.
Итак, он крепко прижал ее к себе и спустя долгое время вздохнул: «Хорошо, я подумаю о решении завтра».
На следующий день, когда он вернулся к семье Лян, они просто закрыли двери перед его носом. Гу Цзюсы долго стоял у входа, чувствуя себя беспомощным, и, наконец, вернулся в окружной ямэнь.
Как новый чиновник, он не только гонялся за деньгами, но и пересматривал множество нормативных актов. Он провел целый день в правительственном учреждении. Во второй половине дня, когда в комнату хлынул теплый солнечный свет, он внезапно почувствовал укол тревоги и ошеломленно посмотрел на колышущуюся растительность за окном.
Через некоторое время Хуан Лун поспешно вошел снаружи и с тревогой сообщил: «Господин, случилась беда!»
Гу Цзюсы поднял глаза, несколько ошеломленный, и услышал, как Хуан Лун продолжил: «Госпожа попала в засаду по дороге в Аньян!»
Рука Гу Цзюсы слегка задрожала, и чернила пролились на бумагу, выдав всё его смятение и ужас.
Лю Юйжу открыла новый магазин в Аньяне.
Изначально она не планировала далеко уезжать, но в связи с открытием нового магазина ей пришлось посетить его. Поэтому она специально наняла людей из охранного агентства* и взяла с собой много крепких мужчин, прежде чем отправиться в путь.
* стар. фирма, предоставляющая телохранителей (охрану для сопровождения путешественников или товаров).
Она решила отправиться в путь днем, намереваясь быстро проехать туда и обратно и хотя бы получить представление о ситуации в Аньяне.
Несмотря на столь тщательное планирование, противники были совершенно бесстрашны. Десятки неотёсанных мужланов спустились с гор и вступили в схватку с телохранителями. После беспорядочной битвы* в карете остались только Лю Юйжу и Иньхун, две женщины.
* когда люди ― навзничь, кони ― кувырком - обр. в знач.: полная неразбериха, хаос; в крайнем смятении; полный разгром.
Иньхун задрожала от страха, а лицо Лю Юйжу побледнело, но она старалась держать себя в руках. Она поправила платье и, заставив себя сохранять спокойствие, сказала: «Если вам, господам смельчакам, нужны деньги, то в карете их немного. Возможно, я могла бы послать кого-нибудь за ними для вас».
Услышав это, все расхохотались. Мужчина с помощью ножа приподнял занавеску и заглянул внутрь.
Лю Юйжу подняла глаза. Её собеседнику на вид было не больше двадцати, он был довольно красив, с присущей северянам мужественностью, а через все его лицо проходил шрам, придававший его красивому лицу немного уродливый вид, и пугающий людей.
- О, - сказал мужчина, обернувшись к своим, - всего лишь две женщины. Нам сегодня повезло. Хорошая добыча.
Услышав это, лица Иньхун и Лю Юйжу побледнели до мертвенной бледности. Мужчина первым схватил Иньхун. Та закричала, а Лю Юйжу вцепилась в неё, пытаясь удержать.
«Госпожа! Спасите! Спасите меня!» - закричала Иньхун, брыкаясь и плача.
Руки Лю Юйжу дрожали, но она не смогла вырвать Иньхун из хватки. Мужчина усмехнулся и с резким рывком вытащил обеих девушек из кареты.
Лю Юйжу и Иньхун сбросили на землю прямо из кареты. Мужчины на лошадях начали окружать их, сжимая кольцо всё теснее.
Ощущение полной безысходности накрыло обеих женщин. Но Лю Юйжу заставила себя сохранять хладнокровие. Она крепко сжала руку Иньхун и, дрожа, прошептала: «Не бойся».
Мужчина со шрамом на лице рассмеялся и, не говоря ни слова, обхватил Лю Юйжу за талию. Она закричала, но тот без усилий закинул её себе на плечо.
«Госпожа! Госпожа!» - закричала Иньхун и бросилась вперёд, но другой мужчина схватил её, прижимая к себе.
Все вокруг засвистели, когда мужчина со шрамом посадил Лю Юйжу на лошадь и, не оглядываясь, повёз её в сторону гор.
Лю Юйжу быстро поняла: крики и сопротивление только подстёгивают похитителей. Она сжала зубы и заставила себя замолчать.
А вот Иньхун, охваченная паникой, продолжала кричать и звать на помощь, в то время как мужчины насмехались над ней. Сзади слышались её вопли и мольбы о пощаде. Лю Юйжу тряслась, но сдерживалась изо всех сил, закусив губу, чтобы не расплакаться.
Она отчаянно анализировала ситуацию.
Эти люди даже не потребовали выкуп - они сразу забрали их с собой. Значит, им нужны были именно люди, а не деньги. Сейчас её жизнь имела значение для Гу Цзюсы - значит, за этим стояли те, кто хотел на него надавить.
Либо бандиты были подкуплены, либо заранее обучены теми силами.
Пока Лю Юйжу пыталась разобраться, мужчина со шрамом заметил её молчание и усмехнулся: «Если бы ты раньше не заговорила, я бы подумал, что ты немая».
Лю Юйжу опустила взгляд, ничего не отвечая. Мужчина грубо взял её за подбородок, заставив поднять лицо. Он вглядывался в неё, и Лю Юйжу смотрела в ответ - сдерживая страх, шок и напряжение. Через мгновение он рассмеялся:
- Смелая ты всё-таки. Я Шэнь Мин, а как тебя зовут?
Лю Юйжу продолжала молчать, глядя ему в глаза.
Шэнь Мин ухмыльнулся:
- Хотя ладно, я уже знаю. Ты Лю Юйжу, владелица лавки Хуажун, верно?
Он обернулся к рослому мужчине сзади и сказал:
- Брат Сюн, разве твоя жена не обожает румяна из её лавки?
- Да, - подтвердил брат Сюн с громким смехом. - Я недавно ходил за ними, но всё, что она хотела, уже раскупили.
Слушая их непринуждённый разговор, Лю Юйжу поняла, что эти люди не так жестоки, как ей показалось вначале. Это немного её успокоило. Она продолжала прислушиваться. Шэнь Мин разговаривал с людьми открыто, и из обрывков фраз она поняла, что это местные горные разбойники. Сам Шэнь Мин - один из младших лидеров, а возглавляет их некий Ху*.
* в переводе тигр.
Когда Лю Юйжу и Иньхун доставили в логово, Шэнь Мин приказал связать их и запереть в кладовой.
После того как остальные бандиты разошлись, Шэнь Мин был тем единственным человеком, кто принёс им еду. Наконец Лю Юйжу заговорила:
- Молодой господин Шэнь, я могу предложить вдвое больше денег, чем те, кто вам заплатил.
Шэнь Мин на мгновение застыл от такого предложения, а потом громко рассмеялся. Лю Юйжу нахмурилась - не понимала, что в этом смешного.
Через некоторое время, вытирая слёзы от смеха, он сказал:
- Извини… Никогда меня не называли «молодым господином», поэтому это звучит забавно.
Лю Юйжу молчала, ощущая волну отчаяния - казалось, что она имеет дело с человеком, с которым нельзя договориться.
Шэнь Мин отряхнулся и принял серьёзный вид:
- Ты знаешь, кто мне заплатил?
- Кто-то из города Ванду, - уверенно ответила Лю Юйжу, словно уже знала и только притворялась загадочной. - Он хочет использовать меня, чтобы шантажировать Цзюсы. Но на самом деле то, что Цзюсы пытается сделать, им даже на руку. В конце концов, они будут ему благодарны. Вы же просто хотите денег, а я гарантирую, что могу предложить вам больше, чем этот человек.
Шэнь Мин не ответил, сосредоточенно жуя жирную куриную ножку.
Лю Юйжу почувствовала удушье и не выдержала:
- Ты меня слушаешь?
- Что? - Шэнь Мин оторвался от еды, откашлялся и кивнул. - Я тебя слышал.
- Что думаешь?
- Очень красивая.
- Что? - Лю Юйжу растерялась.
Шэнь Мин посмотрел на неё с восхищением, искренне и внимательно.
- Ты гораздо привлекательнее, когда говоришь, чем когда молчишь. Честно, ты самая красивая девушка, которую я видел за девятнадцать лет, и в тебе есть определенное изящество. Поскольку обратно уже не вернешься, почему бы тебе не пойти со мной? - Он откинулся на спинку стула, гордо добавив: - Если пойдёшь со мной, обещаю, с тобой не будут плохо обращаться.
Лю Юйжу обдумывала его слова. Ее лицо вспыхнуло от злости, и она сжала кулаки. Неспособная ответить на его провокацию, она лишь скрипнула зубами и сказала:
- Я уже замужем.
- О, ты про уездного судью Гу? Знаю его, - пожал плечами Шэнь Мин. - Но что толку? Ты у меня в руках, и твоя репутация испорчена. Даже если вернешься, разве Гу Цзюсы тебя признает?
Лю Юйжу побледнела.
Шэнь Мин наклонился ближе, его глаза блестели от удовольствия.
- Даже если и признает, этот момент останется у него в памяти на всю жизнь. А если ты вдруг забеременеешь, ему придётся всю жизнь ломать голову, чей это ребёнок. - С легкой насмешкой он добавил: - Жалко, правда?
- Он не станет… - голос Лю Юйжу дрогнул.
Шэнь Мин откинулся назад, с удовольствием наблюдая за её мучениями. Опершись подбородком на руку, он спросил:
- Раз он не станет, чего ты тогда дрожишь?
- Моя госпожа боится тебя! - смело выкрикнула Иньхун.
Шэнь Мин бросил на неё холодный взгляд:
- Тебя кто-то спрашивал?
Он вновь посмотрел на Лю Юйжу. Та почувствовала унижение и отвернулась.
- Я хороший боец, умею говорить и не страдаю агрессией, - продолжал он. - Хороший муж для своей жены, могу купить всё, что захочешь. И у меня нет этих старомодных представлений, как у развращённой знати. Ты мне нравишься, и мне не важно, что ты была замужем. Тебе не вернуться обратно. Даже если Гу Цзюсы придёт спасать тебя, что скажут другие? Лучше оставайся на горе, и мы будем счастливы вместе. Разве это не здорово?
- Мой муж не такой, - Лю Юйжу взглядом сверлила Шэнь Мина. - Он не станет обращать внимание на это и обязательно придёт мне на выручку. Всё, о чём ты сказал, он тоже может сделать, так почему же я должна провести остаток жизни с тобой? - Шэнь Мин опешил, глядя на девушку, которая на полном серьёзе продолжала: - Он красивее тебя, хорошо дерётся, добрый и… он меня тоже любит. Покупает мне всё, что захочу, и может потратить месячную зарплату на румяна для меня, а ты?
Месячную зарплату на румяна?..
- Твоё лицо, что, размером, с карту гор и рек? - смеясь, спросил Шэнь Мин. - Ты правда столько румян используешь за месяц?
- Ты, разбойник, думаешь, что румяна надо использовать все сразу? - воскликнула Лю Юйжу.
- А как же? - удивился Шэнь Мин. - Если покупаешь и не используешь - это пустая трата!
Лю Юйжу потеряла дар речи от гнева.
В разгар спора Иньхун вдруг неожиданно успокоилась, тихо потянула Лю Юйжу за рукав и шепнула: «Госпожа, хватит спорить, он идиот».
Услышав это, Лю Юйжу пришла в себя. Она глубоко вздохнула, подавила раздражение и сказала Шэнь Мину:
- Господин Шэнь, если ты не можешь принять решение по этому делу, почему бы тебе не передать мои слова вашему главарю? Что бы он ни хотел - мы готовы к переговорам.
- Не надейся, - вздохнул Шэнь Мин, - с этим не договоришься, тебе повезёт, если твоя маленькая жизнь будет в сохранности.
***
Пока они говорили, Гу Цзюсы стоял во дворе.
Он был одет в простую одежду, на голове у него была корона с нефритовыми вставками, а лицо оставалось спокойным.
Запыхавшись, вбежал Хуцзы, и с тревогой произнес:
- Господин Гу, мы выяснили, это сделали разбойники с горы Хэйфэн.
Гу Цзюсы кивнул:
- Передал ли ты привет молодому господину Чжоу? Всё ли организовано?
- Всё организовано, - ответил Хуцзы. - Старший господин уже повёл войска к семье Лян, как вы приказали.
- М-м, - произнёс Гу Цзюсы.
Через мгновение вбежала Юнь Юнь, которая с паникой на лице держала в руках записку.
- Молодой господин, пришло то сообщение, которого вы ждали. Его прикрепили стрелой к двери, но мы не смогли выяснить, кто отправитель.
Гу Цзюсы не удивился. Он взял записку из рук Юнь Юнь. Содержание было простым: «Приходи один в логово Хэйфэн».
Увидев это, Хуцзы сразу же сказал:
- Молодой хозяин, вам нельзя идти. Это явная ловушка, чтобы заманить вас на смерть!
Гу Цзюсы помолчал, но спустя мгновение сказал:
- С ней все должно быть в порядке.