В то время как Гу Цзюсы ждал, пока маленький попрошайка приведет кого-нибудь, Лю Юйжу последовала за Цзян Жоу в ямэнь.
Вход в ямэнь был забит плотной толпой людей, говоривших с различными акцентами. Были слышны не только южные акценты, но даже некоторые из Бэйляна*. Толпа состояла как из мужчин, так и из женщин, причём голоса женщин звучали громко и отчетливо, без тени застенчивости или сдержанности. Они выглядели так, словно привыкли бродить по Цзянху.
* Северное царство или фракция.
Лю Юйжу стояла в очереди, чувствуя себя немного неловко, в то время как Цзян Жоу оставалась спокойной и собранной. Женщина, одетая в синее платье, остановилась перед ними, повернула голову и завела разговор с Цзян Жоу:
- Вы тоже здесь для того, чтобы забрать документы у чиновников?
- Да, - с улыбкой ответила Цзян Жоу и спросила женщину в синем платье. – А вы откуда?
- Я из Хэяна. Фамилия моего мужа Шэнь, но вы можете называть меня просто Саннян.
- Саннян, - тепло, без колебаний ответила Цзян Жоу, вежливо обращаясь к ней. Затем она представилась: - Я из Янчжоу. Фамилия моего мужа Гу. Я кажусь немного старше вас, так что, если вы не возражаете, можете называть меня сестра Жоу. Это моя невестка Юйжу. Ее можете называть просто по имени.
Шэнь Саннян кивнула, взглянув на свекровь и невестку, а затем спросила с некоторым любопытством:
- Есть кое-что, о чем я не уверена, стоит ли мне спрашивать. Если это неуместно, не стесняйтесь сказать.
- Саннян, пожалуйста, говорите, - ответила Цзян Жоу.
- Хэян расположен слишком близко к Восточной столице, а также недалеко от Цанчжоу. После восстания принца Ляна в Хэйане воцарился хаос. Кроме того, из Цанчжоу приходит слишком много беженцев. Мы с мужем боялись, что всё изменится, поэтому заранее спланировали поездку и приехали в Ючжоу. Но Янчжоу отличается от других городов. Янчжоу всегда был богат и находился вдали от зон боевых действий. Почему вы приехали в Ючжоу?
Услышав это, Цзян Жоу и Лю Юйжу обменялись горькими улыбками, и обе вздохнули, прежде чем объяснить ситуацию в Янчжоу Шэнь Саннян. Как только Цзян Жоу закончила, кто-то рядом прокомментировал: «Разве это не так? Так обстоит дело не только в Янчжоу, но и в Бинчжоу, где происходит почти то же самое».
Стоило одному человеку высказаться, все заговорили об этом один за другим.
Слушая, как все обсуждают эти вопросы, Лю Юйжу медленно нахмурила брови, чувствуя растущее беспокойство.
Сейчас в Ючжоу наблюдается приток новых жителей, особенно в Ванду. Все они были торговцами из разных регионов, приехавшими обосноваться и заняться торговлей, потому что деловая среда в Ючжоу была намного лучше, чем где-либо еще. В результате правительство Ванду приняло постановление, ограничивающее количество разрешений на ведение дел, выдаваемых ежедневно, не более чем десятью. Сначала нужно было подать документы, и, если не возникало проблем, они могли встать в очередь. Цзян Жоу уже несколько раз подавала свои документы, но их возвращали под разными предлогами. Эта попытка была пятой по счету.
Когда подошла очередь Цзян Жоу и Лю Юйжу, был уже полдень. С почтением предоставив документы, Цзян Жоу сказала чиновнику:
- Господин, мы завершили все необходимые процедуры для нашего ресторана. Прошло уже почти два месяца. Это небольшое дело, но если мы не сможем открыться в ближайшее время, персоналу ресторана действительно будет нечем заняться. В наши дни нелегко зарабатывать на жизнь, поэтому, пожалуйста, проявите немного понимания.
- Хорошо, хорошо, - нетерпеливо ответил чиновник, пренебрежительно махнув рукой. – Всем сейчас нелегко. Если положено, вы получите разрешение. Просто подождите.
Цзян Жоу горячо поблагодарила его и затем вывела Лю Юйжу на улицу. Когда они уходили, Лю Юйжу замедлила шаг, услышав, как чиновник жалуется кому-то рядом с собой: «Каждый день сюда приходит так много людей, и все они просто хотят подзаработать. Они думают, что достаточно открыть рот, купить по низкой цене и продать по высокой, и они выживут. А как насчет простых людей?»
Шаги Лю Юйжу слегка замедлились. Она на мгновение остановилась, но затем притворилась, что ничего не слышала, и продолжила свой путь.
Оказавшись на улице, Цзян Жоу вздохнула и сказала ей: «В Ванду приезжает все больше и больше торговцев. Боюсь, снаружи все больше воцаряется хаос».
Они вдвоем сели в экипаж. Цзян Жоу заметила, что Лю Юйжу долгое время не отвечает, и с любопытством спросила: «Юйжу, ты слышала, что я сказала?»
Лю Юйжу отвлеклась от своих мыслей и быстро ответила. Цзян Жоу, все еще испытывая любопытство, спросила:
- О чем ты думала, так глубоко погрузившись в свои мысли?
Лю Юйжу вздохнула и откровенно сказала:
- Я просто думала о ваших словах, матушка. Вы говорили, что вся страна готовится к войне. Когда начинается война, солдатам на поле боя нужно есть, и людям, которые не находятся на поле боя, тоже нужно есть. Питаться нужно всем, но откуда возьмутся продукты?
- Конечно, они будут поступать от фермеров. - Цзян Жоу выглядела озадаченной.
Лю Юйжу продолжила:
- Тогда, как вы думаете, кто быстрее заработает деньги, фермеры или мы?
- Естественно, мы… - Пока Цзян Жоу говорила, она начала понимать, что что-то не так.
Лю Юйжу с беспокойством объяснила:
- Вот именно. На протяжении стольких лет двор делал все возможное для развития сельского хозяйства и подавления торговли, и не в этом ли причина? Подумайте об этом, в глазах этих чиновников мы, торговцы, бесполезны. Даже в мирное время ситуация такова, так что же теперь? Нынче, когда мы проделали весь этот путь в поисках убежища, в глазах чиновников у них просто прибавилось ртов, которые нужно кормить, но не людей, которые производят продовольствие. Ючжоу выдает по десять разрешений на ведение дел в день, потому что они еще не начали готовиться к войне. Но что произойдет, когда Ючжоу начнет готовиться к войне?
Когда Ван Шаньцюань впервые пришел к власти, он первым делом заставил богатых торговцев в Янчжоу отдать деньги, и в других регионах произошло примерно то же самое.
- Что, если Ючжоу тоже начнет готовиться к войне?
Услышав это, Цзян Жоу покрылась холодным потом. Однако она не могла позволить себе проявить слабость перед молодым поколением, поэтому притворилась спокойной и кивнула.
- Ты верно подметила. Дай мне хорошенько подумать...
Лю Юйжу тихо вздохнула, не сказав больше ни слова. Она повернулась, чтобы выглянуть из кареты, чувствуя тяжесть на сердце. Покинув Янчжоу и проехав через Цинчжоу и Цанчжоу, они все еще не нашли места, где царил бы настоящий покой.
Пока Лю Юйжу и Цзян Жоу занимались делами в правительственном учреждении, Гу Цзюсы сидел на обочине дороги. Окруженный группой людей, в одной руке он держал булочки, приготовленные на пару, а в другой - бурдюк с водой. Он слушал, как путешественники со всех концов света делятся новостями. Маленький нищий не только нашел беженцев из тринадцати разных провинций, но и собрал множество других уличных попрошаек, которые прослышали, что здесь есть еда. Гу Цзюсы раздавал горячие булочки всем, кто предоставлял полезную информацию. Несмотря на свой скромный статус, эти люди говорили открыто, а за время своего путешествия они слышали очень многое.
Например: войско Ючжоу довольно разнородное. У Чжоу Гаолана были плохие отношения с деревенскими аристократами*, и у них не хватает денег и зерна. Это вызывало у Фань Сюаня бесконечные головные боли.
* деревенский аристократ - чиновник в отставке.
Или что Фань Сюань в настоящее время находится в сельской местности, собирает продовольствие и вербует новых солдат.
И ещё…
К концу дня Гу Цзюсы получил полное представление о ситуации, в которой оказался Ванду. Выслушав последнюю крупицу информации, он отдал последнюю паровую булочку и попрощался со всеми. Маленький нищий последовал за ним, сказав:
- Старший брат, если у тебя когда-нибудь снова будет подобное задание, обязательно найди меня.
Гу Цзюсы улыбнулся.
- Как тебя зовут?
- Меня зовут Хуцзы, - быстро ответил нищий. – Я родился и вырос в Ванду. Старший брат, ты ведь не местный, верно? Тебе не помешает лишняя пара глаз и рук, чтобы помочь, правда?
Гу Цзюсы приподнял бровь, услышав знакомый торгующийся тон подростка. Он оглядел Хуцзы с ног до головы, а затем сказал:
- Хорошо, если мне что-то понадобится в будущем, где я могу тебя найти?
- Храм земли на востоке города, - немедленно ответил Хуцзы. - Просто оставьте мне там сообщение.
- Понял. - Гу Цзюсы кивнул, протягивая ему медную монету. - Вот твоя награда.
Хуцзы горячо поблагодарил его, и Гу Цзюсы вернулся в резиденцию Гу. К тому времени, когда он вернулся домой, Лю Юйжу и Цзян Жоу были уже там, но выражение их лиц было недовольным. Увидев их, Гу Цзюсы улыбнулся и спросил:
- В ямэне опять чинили препятствия?
- Не совсем препятствия, - вздохнула Цзян Жоу. - Сегодня мы с Юйжу обсуждали некоторые вопросы. Мы перестали беспокоиться просто об официальных документах, теперь нас заботит и то, что Фань Сюань может оказаться таким же, как Ван Шаньцюань...
Прежде чем Цзян Жоу успела закончить фразу, Гу Цзюсы усмехнулся. Он бросил на Лю Юйжу дразнящий взгляд и сказал:
- Юйжу смышленая.
В его взгляде промелькнула насмешка, и Лю Юйжу, после недолгого замешательства, поняла, что Гу Цзюсы, должно быть, предвидел такой исход, поэтому и не пошел с ними сегодня. Она почувствовала вспышку раздражения, но в присутствии Цзян Жоу сдержалась. Она услышала, как Гу Цзюсы продолжил:
- Юйжу права. Сегодня я вышел, чтобы узнать новости. Многие регионы готовятся к войне, и Ючжоу не исключение. Что касается способа ведения дел, вам все равно придется тесно сотрудничать с правительством, иначе вы не сможете сохранить богатство, если у вас есть деньги, и нет власти.
- Ты прав, - снова вздохнула Цзян Жоу. - Интересно, как там дела у твоего дяди…
При упоминании об этом все замолчали. Лю Юйжу колебалась, но после долгой паузы всё-таки сказала:
- Не только дядя, но и свекор...
По мере того, как она говорила, ее голос становился все тише, потому что ей было трудно продолжить. Но она знала, что если она не заговорит, никто из присутствующих не поднимет этот вопрос. Наконец, она заставила себя сказать:
- Если он не сможет вернуться, по крайней мере... у него должна быть могила*.
* могила с погребённой одеждой усопшего (без его тела).
В комнате снова воцарилась тяжелая тишина. Как только Гу Цзюсы собрался заговорить, Цзян Жоу тихо вставила:
- Он еще не вернулся.
Гу Цзюсы на мгновение застыл, глядя на холодное, но решительное выражение лица Цзян Жоу, когда она сказала:
- Пока я не увижу его тело, я отказываюсь верить, что его больше нет.
- Мама... - голос Гу Цзюсы был хриплым.
После сожжения откуда взяться останкам? Слова Цзян Жоу были вызваны ее нежеланием верить в то, что он действительно умер.
Опустив голову, Гу Цзюсы тихо пробормотал:
- Мой отец, он...
- Нет необходимости поднимать этот вопрос, - прервала его Цзян Жоу. - Пока есть хоть какая-то надежда, я буду ждать его. Вы хотите сказать, что он умер? Вы видели, как он умер? Или вы видели его тело? Если нет, то как вы можете быть так уверены, что он умер? Если я умру до того, как он вернется, - губы Цзян Жоу задрожали, а голос стал хриплым, - тогда вы можете похоронить его одежду вместе со мной.
- Мама...
- Цзюсы, - Лю Юйжу, почувствовав твердость в тоне Цзян Жоу, мягко взяла Гу Цзюсы за руку и вздохнула, - оставь это. Давай поговорим о том, что делать дальше.
Гу Цзюсы замолчал, и Цзян Жоу, желая сменить тему, посмотрела на Лю Юйжу.
- Как ты думаешь, Юйжу, как нам следует поступить?
- Я думаю, - Лю Юйжу немного поколебалась, прежде чем сказать, - что прямо сейчас мы должны пожертвовать все имущество семьи правительству.
Цзян Жоу в шоке вскинула голову и уставилась на Лю Юйжу. Гу Цзюсы оставался невозмутимым, но Цзян Жоу переводила взгляд с одного молодого человека на другого, и оба казались равнодушными к идее раздачи семейного состояния. После долгой паузы Цзян Жоу, наконец, спросила:
- Юйжу, ты понимаешь, что говоришь?
- Свекровь, - тихо вздохнула Лю Юйжу, - самое ценное в этом мире - это будущее.
Они используют богатство семьи, чтобы закрепиться в Ючжоу, и обменяют его на будущее.
Цзян Жоу хранила молчание.
Богатство семьи Гу было тем, что они с Гу Ланхуа копили полжизни, копейка за копейкой. Она не могла расстаться с ним так же легко, как Лю Юйжу. Деньги были не просто деньгами - они представляли собой ресурсы и возможности выбора.
Гу Цзюсы понял мысли своей матери. Он вздохнул, сел рядом с ней и принялся мягко убеждать:
- Мама, мы не сможем сохранить эти деньги. Наша семья не похожа на обычных торговцев — мы слишком выделяемся. И у нас здесь, в Ючжоу, нет никакого реального фундамента. Если мы продолжим удерживать это богатство, другие будут только завидовать.
- Но это не значит, что мы должны всё отдать...
- Пожертвовав только часть денег, они будут продолжать думать, что нас есть ещё больше, - продолжил Гу Цзюсы. - Они будут думать, что мы что-то скрываем, и это вовсе не будет выглядеть великой милостью. С таким же успехом мы могли бы пожертвовать всё сразу, и не просто пожертвовать, а найти кого-то, кто это сделает. Как только это будет сделано, мы не можем ожидать ничего взамен. Мы должны жертвовать, проявляя благородство и душевную чистоту, чтобы люди считали нас людьми высоких моральных принципов. - Цзян Жоу промолчала, и Гу Цзюсы добавил: - Кроме того, с сильным покровителем моя будущая карьера пойдет более гладко.
Цзян Жоу слегка задрожала, и даже Лю Юйжу подняла на него глаза. Гу Цзюсы спокойно заявил:
- Я хочу быть чиновником. Я хочу стать высокопоставленным чиновником, человеком, обладающим властью и влиянием, который может изменить мир. Поэтому, мама, - Гу Цзюсы серьезно посмотрел ей в глаза, - пожертвовать совсем немного - это прекрасно, но последующий риск может оказаться слишком велик для нас. И я не просто хочу получить должность здесь, в Ючжоу, я хочу подняться выше.
- Каков твой план? - спросила Лю Юйжу, изучая его. - Ты пойдешь напрямую в ямэнь и передашь все деньги?
- Нет, - спокойно ответил Гу Цзюсы. - Я хочу, чтобы Чжоу Е представил меня Чжоу Гаолану, чтобы я мог лично передать ему все деньги.
Лю Юйжу была застигнута врасплох, обменявшись взглядом с Цзян Жоу.
- Почему это? - озадаченно спросила Цзян Жоу. - Если ты поручишь это Чжоу Гаолану, почему бы просто не обратиться непосредственно к Фань Сюаню?
В конце концов, Фань Сюань был нынешним военным градоначальником, в то время как Чжоу Гаолан был всего лишь генералом. Если они хотели выслужиться, то Фань Сюань казался очевидным выбором.
Гу Цзюсы слабо улыбнулся.
- Я уверен, что многие люди уже пытаются расположить к себе Фань Сюаня. Даже если мы приложим все усилия, он может запомнить только семь-восемь частей нашего вклада. Но Чжоу Гаолан - другое дело. Во-первых, у меня уже есть связь с ним через Чжоу Е, так что не будет казаться, что мы преследуем исключительно личную выгоду. Во-вторых, я слышал, что его армии не хватает денег и продовольствия. Если я отдам ему всё, он будет чрезвычайно благодарен. Протянуть руку в час нужды* всегда лучше, чем обогащать богатых**.
* букв. послать уголь во время снегопада.
** добавлять новые узоры на парчу - обр. улучшать то, что не нуждается в улучшении; сделать еще красивее; обогащать богатых.
Цзян Жоу долго молчала, глубоко задумавшись, прежде чем, наконец, сказала:
- Это серьезный вопрос. Дай мне все обдумать.
- Пожалуйста, подумай хорошенько, мама, - искренне попросил Гу Цзюсы. - Мы с Юйжу еще молоды и, возможно, не все тщательно обдумали. Нам нужна твоя мудрость, чтобы принять окончательное решение.
Цзян Жоу устала после обсуждения, и Гу Цзюсы отвел Лю Юйжу обратно в их комнату. Когда они шли по коридору, Лю Юйжу протянула руку и ущипнула его за талию, сердито сказав:
- Ты все просчитал в своей голове и все равно заставил нас со свекровью пойти куда-то просто так. Решил просто наблюдать, как я выставляю себя дурочкой?
- Ой, ой! - Гу Цзюсы притворился, что ему невыносимо больно, и сказал: - Жена, пожалуйста, будь нежнее. Больно, очень больно!
Увидев выражение его лица, Лю Юйжу не могла понять, действительно ли ему больно, поэтому неохотно отпустила его. Гу Цзюсы быстро улыбнулся и извиняющимся тоном произнес:
- Я не пытался умничать. Мне просто пришла в голову мысль, и поскольку вы уже собирались уходить, я решил воспользоваться возможностью прогуляться и собрать немного информации.
Говоря это, Гу Цзюсы поднял рукав и стал обмахивать ее веером, стараясь доставить ей удовольствие.
- Не злись, не злись. Остынь немного.
Лю Юйжу сохраняла суровое выражение лица, желая притвориться раздосадованной. Но, глядя на его подобострастное поведение, она не смогла удержаться от легкого смешка.
Увидев, что она смеется, Гу Цзюсы сказал:
- Ах, заставить мою жену улыбнуться действительно нелегко.
- Нелегко? - Лю Юйжу улыбнулась ему. - Я ни о чем тебя не просила. Ты просто сказал несколько лестных слов, и я рассмеялась. Наверное, нет женщины, которой было бы легче угодить, чем мне.
- Тогда чего ты хочешь? - внезапно спросил Гу Цзюсы. Лю Юйжу была застигнута врасплох. Гу Цзюсы посмотрел на нее, на этот раз не шутя, а мягко говоря: - Кажется, я действительно ничего тебе не дал. Что за муж такой скупой?
Услышав это, Лю Юйжу почувствовала, как мочки ее ушей почему-то стали горячими. Она повернула голову, слегка помахивая веером в руке, и немного неловко произнесла:
- У меня есть все, что мне нужно. Я ничего особенного не хочу. Ты можешь подарить то, что считаешь нужным, зачем спрашивать меня?
Слушая ее, Гу Цзюсы заметил, как она нервно поправляет шпильку на голове, и не смог удержаться от смешка. Чувствуя себя смущенной и раздраженной, Лю Юйжу обернулась и рявкнула:
- Над чем ты смеешься?
- Ничего, ничего, - быстро ответил Гу Цзюсы. - Моя жена так умна, даже когда обращается с просьбами, это невероятно. Я действительно в восторге.
- Гу Цзюсы! - Лю Юйжу разозлилась. - С таким же успехом ты мог бы прожить один всю оставшуюся жизнь!
С этими словами она в гневе убежала. Гу Цзюсы постоял там мгновение, а затем быстро погнался за ней, крича:
- Эй, эй, эй! Я был неправ! Я куплю тебе шпильку для волос.
- Мне не нужна шпилька для волос! Кто хочет шпильку для волос?!
- Хорошо, хорошо. Я куплю её тебе. Я хочу купить её тебе. - Гу Цзюсы потянул ее за рукав, но Лю Юйжу продолжала отталкивать его. Наконец, не в силах больше этого выносить, он схватил ее, обхватил руками и прижал к себе. Лю Юйжу застыла, ошеломленная его внезапным поступком. Гу Цзюсы, однако, словно не замечал неловкости, он просто обнял ее и, смеясь, сказал: - Ладно, я был неправ. Мне не следовало смеяться над тобой. Как только я найду приличную работу и заработаю свою первую зарплату, я куплю тебе шпильку для волос. Хорошо звучит?
Лю Юйжу не ответила. Она почувствовала, как его руки обхватили ее за талию, и их тепло явно отличалось от женского прикосновения. Ее лицо вспыхнуло, и она отвернулась, тихо пробормотав:
- Делай, что хочешь.
Увидев, что она смягчилась, Гу Цзюсы почувствовал облегчение. Однако в это время он понял, насколько двусмысленной была их поза. Он мгновенно напрягся, почувствовав, что отпустить ее сейчас было бы неловко, но держать ее вот так было ещё более неподобающе.
Лю Юйжу, почувствовав его нерешительность, легонько похлопала его веером по руке. Ее лицо вспыхнуло, и она тихо спросила:
- Ты не собираешься отпускать меня?
Гу Цзюсы быстро отпустил ее. Лю Юйжу отвернулась и тихо пробормотала: «Невоспитанный».
В прошлом она часто говорила это, и он никогда не придавал этому особого значения, даже гордился этим, демонстрируя игривую улыбку.
Но на этот раз, стоя там, он все еще ощущал мягкость ее талии в своих руках. Он повернул голову, чувствуя, как воздух вокруг него становится теплее, как будто этот мягкий, дразнящий голос коснулся его сердца, оставив в нем покалывание и тепло.
Впервые Гу Цзюсы осознал, что его поведение действительно было неподобающим.