Лю Юйжу была несколько раздражена.
Как она могла не понять, что с Гу Цзюсы поступили несправедливо? Однако, поскольку он молчал, если она продолжит расспрашивать его, то лишь ещё больше смутит. Поэтому она предпочла промолчать. Гу Цзюсы улыбнулся и пошел умываться. Когда он вышел, то на мгновение засомневался, но, в конце концов, взял немного женских духов и побрызгал ими на себя. Подняв руку, чтобы понюхать и убедиться, что от него не пахнет, он отправился спать.
Лю Юйжу все еще злилась. Она повернулась к нему спиной и продолжала молчать. Гу Цзюсы наклонился и потерся лицом о ее спину.
- Ты больше не сердишься? Я могу справиться с этим сам. - Пока он говорил, Гу Цзюсы приподнял рукав и поддразнил ее. - Ну же, понюхай это. Разве не ароматно?
Лю Юйжу оттолкнула его руку и закрыла глаза, чтобы уснуть.
Гу Цзюсы мог только беспомощно улыбнуться и тоже улечься спать.
На следующее утро, еще до рассвета, он встал пораньше и пошел на кухню. Иньхун все еще возилась на кухне. Он откашлялся и, немного смутившись, спросил: «Иньхун, не могла бы ты приготовить для меня кое-что? Двенадцать порций для перекуса и доставить их в уезд в полдень?»
Иньхун была ошеломлена. Гу Цзюсы редко обращался к ней с подобными просьбами, поэтому она быстро ответила: «Да, молодой господин».
Гу Цзюсы кивнул и ушел пораньше. На улице он встретил Хуцзы и протянул ему горячую паровую булочку. Затем он спросил: «Ты знаешь, какие семьи в городе самые высокомерные и властные?»
Вопрос был прост. Хуцзы сразу же перечислил несколько фамилий. Гу Цзюсы начал тщательно расспрашивать, и через некоторое время у него появилась довольно четкая идея. Он подтвердил свой план, а затем сказал Хуцзы: «Сходи к моей жене и попроси что-нибудь поесть, а затем раздай это своим товарищам. Не входи через парадную дверь, а зайди через черный ход. После еды найди нескольких человек, чтобы они присмотрели за Чжао Янем, и постарайся выяснить его расписание на сегодня».
Хуцзы получил инструкции и несколько раз повторил: «Хорошо, всё будет сделано».
Семья Чжао находилась под командованием Цзян Си в армии Ючжоу. Первоначально они полагались на связи Цзян Си, чтобы начать хлопковое дело в городе, и большая часть хлопчатобумажной ткани для всей армии Ючжоу закупалась у семьи Чжао. Однако семья Чжао ранее использовала хлопок самого низкого качества для изготовления солдатской формы. Когда Чжоу Гаолан узнал об этом, он специально отправил Чжоу Е в Янчжоу за тканями. В результате семья Чжао и Чжоу Гаолан никогда не ладили. Когда правительство обратилось с просьбой о пожертвованиях, семья Гу сделала взнос первой, за ней последовали несколько смышленых богатых торговцев, которые также быстро сделали пожертвования. Семья Чжао, полагаясь на свои связи в армии, пожертвовала всего пятьсот таэлей серебра.
Чжао Янь был старшим сыном в семье Чжао. Его темперамент обычно был эксцентричным, и никто в городе Ванду не осмеливался его провоцировать. Самое главное, в последнее время он беззаботно разгуливал по улицам, пел и веселился на вечеринках.
Чтобы вести себя подобным образом в такое время, этот молодой господин был либо не очень сообразителен, либо все еще не осознавал сложившейся ситуации.
Гу Цзюсы на мгновение задумался. Когда небо начало светлеть, он вернулся в окружной ямэнь.
Его лицо все еще было в синяках, но он не прилагал усилий, чтобы скрыть это. Хуан Лун и другие, видя его состояние, были весьма довольны. Утром Хуан Лун похлопал Гу Цзюсы по плечу и, притворившись обеспокоенным, спросил: «О, Цзюсы, почему у тебя синяки на лице?»
Гу Цзюсы улыбнулся и невозмутимо спросил: «Брат Хуан, какие у нас планы на сегодня?»
После того, как Хуан Лун выплеснул свой гнев на Гу Цзюсы, он почувствовал себя намного лучше и больше не создавал ему проблем. Они вместе отправились на патрулирование. В полдень, когда они вернулись в ямэнь на обед, Лю Юйжу лично доставила выпечку. Все были на мгновение ошеломлены ее появлением. Она улыбнулась им и раздала каждому по кисету с табаком. Затем она сказала: «Мой муж молод, и у него все еще ребяческий темперамент. Я надеюсь, что старшие братья будут хорошо заботиться о нем».
В Ючжоу фигура Лю Юйжу казалась очень изящной и нежной. Когда она так мягко опустила голову, эти грубые мужчины, которые никогда не сталкивались с такой миловидной барышней, быстро встали. Немного нервничая, они сказали: «Ничего страшного, ничего страшного. Пожалуйста, не волнуйтесь».
Лю Юйжу улыбнулась и ушла. Гу Цзюсы проводил ее, сказав:
- Я же говорил тебе, что ничего страшного, но ты все равно беспокоишься.
Лю Юйжу заглянула внутрь, вздохнула и поправила его одежду.
- Пока у тебя все хорошо, я буду спокойна. Не будь слишком жестким в делах, постарайся быть немного гибче.
Гу Цзюсы угукнул в ответ и смотрел, как Лю Юйжу уходит.
Пока он стоял в дверях, Хуан Лун и остальные ели булочки, которые принесла Лю Юйжу. Кто-то посмотрел на удаляющуюся фигуру Гу Цзюсы и прошептал: «Этот Гу Цзюсы действительно дурак. Мы его избили, а он все равно принёс нам еду».
Хуан Лун бросил на него сердитый взгляд, но ничего не сказал. Гу Цзюсы немного постоял в дверях, затем вернулся внутрь. Он не возражал, что никто не угостил его ни кусочком. Улыбаясь, он сказал: «Моя жена волновалась и пришла проведать меня. Однако она была права. Цзюсы молод и не понимает некоторых вещей. Если я сделал что-то не так, я надеюсь, что старшие братья подскажут мне».
С этими словами он поднял свою чашку.
- Я предлагаю этот чай вместо вина. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.
Все были ошеломлены жестом Гу Цзюсы и переглянулись. Через мгновение один из них, все еще жуя булочку, с улыбкой сказал:
- Цзюсы, твоя жена действительно красивая. Я думаю...
- Заткнись! - Хуан Лун прервал его, холодно глядя на собеседника. - Ты что, с ума сошел или пьян? У тебя что, совсем нет стыда?!
Хуан Лун встал и холодным голосом велел Гу Цзюсы:
- Пойдем патрулировать улицы!
Гу Цзюсы улыбнулся и больше ничего не сказал.
В ту ночь Хуцзы прибыл в резиденцию Гу и вызвал Гу Цзюсы на разговор. Он сказал:
- Господин Цзюсы, Хэйгоу услышал сегодня в таверне, что Чжао Янь планирует завтра рано утром отправиться за город на весеннюю прогулку.
Гу Цзюсы кивнул и затем спросил:
- Сколько беженцев прибавилось за последнее время?
Хуцзы назвал приблизительную цифру, и Гу Цзюсы также поинтересовался их местонахождением и сложившейся ситуацией.
Он на мгновение задумался. Хуцзы, выглядевший несколько озадаченным, спросил:
- Мастер Цзюсы, я слышал, что Хуан Лун издевался над вами. Что вы планируете с этим делать?
- Кстати об этом. - Гу Цзюсы на мгновение задумался, а затем спросил: - Хуцзы, кто-нибудь из твоих людей достаточно храбр, чтобы красть вещи?
- Мастер Цзюсы, - опешил Хуцзы, - вы просите меня украсть у Чжао Яня?
- Не у Чжао Яня, а у Хуан Луна.
Гу Цзюсы спокойно продолжил:
- Я помогу тебе скрыть это и не позволю, чтобы тебя поймали. Однако будет лучше, если ты сам не появишься. Найди беженца, кого-нибудь незнакомого, и попроси его украсть, скрыв свое лицо.
- Это можно сделать. - Хуцзы кивнул и сказал: - Я знаю людей, которые могут с этим справиться, я позабочусь об этом.
Гу Цзюсы согласно кивнул, а затем добавил:
- Когда вы украдете вещи Хуан Луна, используйте их, чтобы заманить его к Чжао Яню. Можете забрать деньги, но не оставляйте кошелёк. Мы не должны оставлять никаких компрометирующих улик.
- Понятно. - Хуцзы быстро заверил: - Мастер Цзюсы, не волнуйтесь, все пройдет гладко.
- После того, как вы закончите это задание, отправляйтесь в резиденцию Чжоу и передайте сообщение Чжоу Е. Независимо от того, какие новости он получит, он должен доложить своему отцу, чтобы тот принимал решения в дальнейшем.
Хотя Хуцзы и не понял плана Гу Цзюсы, он все же кивнул и сказал:
- Понял.
Видя зрелое поведение Хуцзы, Гу Цзюсы улыбнулся и спросил:
- Твоя невестка хорошо готовит?
Хуцзы почесал затылок и неловко улыбнулся. Затем он спросил:
- Господин, если я хорошо поработаю, когда вы добьетесь успеха, могу ли я стать вашим слугой?
Гу Цзюсы рассмеялся над словами Хуцзы. Его не беспокоили жирные волосы Хуцзы, поэтому он протянул руку, чтобы нежно взъерошить их.
- У тебя будет лучшее будущее. Не стремись стать простым слугой. - Хуцзы на мгновение остолбенел, а затем услышал, как Гу Цзюсы сказал: - Иди домой. Уже поздно. Ты всего лишь ребенок, так что будь осторожен по пути.
Хуцзы опустил голову и тихо сказал:
- Хорошо, мастер Цзюсы. Вам тоже следует пойти отдохнуть пораньше.
После того, как Хуцзы покинул резиденцию Гу, Гу Цзюсы вернулся домой. Он вымыл руки и приготовил воду для Лю Юйжу. Лю Юйжу посмотрела на мужчину, который был так спокоен в своих действиях, и прикусила губу, желая спросить, как прошел его день, но так и не решившись.
На самом деле, она расспрашивала о нем и знала, что у него были тяжелые времена, и, естественно, догадывалась, кто за это в ответе. Но поскольку он ничего ей не сказал, то явно не хотел, чтобы она знала. Она чувствовала себя немного расстроенной, но не могла выразить это словами, поэтому ей оставалось только переживать свое разочарование.
Гу Цзюсы, не подозревая о ее чувствах, просто увидел, как она выходит из ванны, и принялся укладываться спать. Он притянул ее к себе и начал вытирать ей волосы, смеясь и качая головой.
- Из-за чего ты сердишься? Ты простудишься, если будешь спать с мокрыми волосами.
- Я не сержусь, - сказала Лю Юйжу приглушенным голосом.
Гу Цзюсы слушал ее и смотрел на ее надутое лицо, находя ее невероятно милой.
Он почувствовал себя немного удивленным и продолжил сушить ее волосы, произнеся мягким тоном:
- Если тебя что-то беспокоит, просто скажи мне.
- Ничего страшного.
- Юйжу, - вздохнул Гу Цзюсы, - тебе действительно не стоит держать все в себе.
Лю Юйжу холодно фыркнула и промолчала.
По мере того, как кто-то продолжал сушить ее волосы, ее недовольство им исчезло. Она поразмыслила и поняла, что Хуан Лун был настоящим виновником. Хотя внешне она была кроткой, у нее был волевой характер. К тому времени, когда она легла ночью в постель, она все обдумала и решила, что должна отплатить тем же.
Придумав план, Лю Юйжу, наконец, удовлетворенно заснула.
Тем временем Гу Цзюсы лежал без сна, прислушиваясь к дыханию Лю Юйжу. Он открыл глаза и, заметив намек на самодовольную улыбку в уголках ее губ, сам не смог сдержать улыбки.
Он предположил, что Лю Юйжу, должно быть, расстроилась из-за того, что его избили, и теперь, вероятно, думала о том, как лучше с этим справиться. Глядя на ее спящее личико, он почувствовал, что она похожа на торжествующую кошку, и это сделало его безмерно счастливым. Казалось, что…
Лицо Гу Цзюсы слегка покраснело, но он вынужден был признать это.
Она ему очень нравилась.
Он задумался о своих чувствах и подумал, что это и есть то самое ощущение, когда кто-то нравится тебе. Он не был уверен, но решил принять эти чувства, а не сопротивляться им. Он посмотрел на светлое лицо Лю Юйжу в лунном свете, наклонил голову и осторожно поцеловал ее в лоб.
Его сердце бешено заколотилось, когда всё вокруг, казалось, успокоилось. Он почувствовал тепло своих губ, прикоснувшихся к ее коже, и через мгновение выпрямился и пристально посмотрел на нее.
Затем он нежно улыбнулся и лег рядом с ней. Он закрыл глаза и взял ее за руку, и лишь потом заснул.
На следующее утро он оделся, и Лю Юйжу с радостью помогла ему завязать пояс. Гу Цзюсы знал, что она что-то задумала, и находил это забавным, поэтому спросил:
- Что ты планируешь делать сегодня?
- О, просто загляну в магазин, - ответила Лю Юйжу. Она прочистила горло, чувствуя, что ее радость слишком очевидна. - Сегодня я не буду приносить вам выпечку. Мне нужно обработать большой заказ, - добавила она.
- Хорошо. - Гу Цзюсы сжал губы, чтобы скрыть улыбку, и больше ничего не сказал.
Утром в окружном управлении все было как обычно. Все отправились патрулировать улицы, а Хуан Лун по-прежнему работал в паре с Гу Цзюсы. Отношение Хуан Луна стало намного лучше, чем раньше. Хотя он по-прежнему почти не разговаривал с Гу Цзюсы, он больше не ругал его. Устав от патруля, Хуан Лун небрежно спросил: «Я слышал, что Янчжоу процветает. Что привело вас сюда? И почему вы пожертвовали все свои деньги, как только приехали? Ваша семья что, совсем спятила?»
Гу Цзюсы улыбнулся и, ничего не скрывая, подробно рассказал о событиях, произошедших в Янчжоу.
Хуан Лун слушал с некоторым удивлением. Для таких людей, как они, подобные проблемы были недоступны - восстания были серьезными правонарушениями, которые могли стоить жизни. Хуан Лун сглотнул и не смог удержаться от вопроса:
- Тогда как вы с женой оказались в Ючжоу?
- Мы пересекли районы Цинчжоу и Цанчжоу, - спокойно ответил Гу Цзюсы.
- Разве Цанчжоу не страдает от засухи? - спросил Хуан Лун, вспомнив о слухах, которые до него доходили. – А ты и твоя жена... как вам удалось пройти через это?
Хуан Лун посмотрел на Гу Цзюсы, который выглядел довольно хрупким и явно был не из тех, кто мог бы защитить такую красивую женщину, как Лю Юйжу, в этом хаотичном мире. Гу Цзюсы собирался ответить, когда вдруг выскочила фигура, и, выхватив мешочек с деньгами у Хуан Луна, бросилась бежать без оглядки.
- Эй!
Хуан Лун немедленно погнался за нарушителем. Гу Цзюсы притворился, что не замечает происходящего, и повернулся, чтобы преградить Хуан Луну путь. Вор продолжал бежать, а Хуан Лун в ярости закричал: «Кто-то украл мой мешочек с деньгами! Ты что, слепой?»
Гу Цзюсы притворился удивленным и погнался за Хуан Луном.
Вор двигался невероятно быстро, петляя по переулкам, а Хуан Лун и Гу Цзюсы следовали за ним по пятам. Гу Цзюсы немного отстал и быстро достал из рукава маленький флакон.
Он открыл крышку и вытащил красную тряпочку, пропитанную порошком. Когда Гу Цзюсы догнал Хуан Луна, он осторожно высыпал немного порошка на него. Затем он быстро спрятал флакон обратно в рукав.
Хуан Лун с криками и проклятиями гнался за вором, и они выскочили из переулка на улицу. Гу Цзюсы, отстававший на шаг, услышал встревоженное ржание лошади. Когда Гу Цзюсы вышел, он увидел, как лошадь бешено мчится к Хуан Луну.
Хуан Лун инстинктивно выхватил нож и ударил лошадь по ноге, затем откатился в сторону, чтобы избежать падения лошади. Однако всадник был сброшен с коня и упал на землю. Люди вокруг поспешили ему на помощь, и когда Хуан Лун увидел, кто это, он быстро опустился на колени и начал кланяться, запаниковав:
- Молодой господин Чжао! Я был слеп и не узнал вас*, пожалуйста, простите меня!
* иметь глаза и не разглядеть горы Тайшань - обр. не узнать (кого-то или что-то) знаменитое, не оказать должного уважения; не понять, с кем имеешь дело.
- Ты ублюдок! - Чжао Янь взмахнул хлыстом, ударив им Хуан Луна. В гневе он закричал: - Как ты посмел ранить мою лошадь, ничтожество?!
Хуан Лун не осмеливался заговорить и продолжал биться головой о землю. Чжао Янь поднял хлыст, готовый ударить снова. Хуан Лун закрыл глаза, готовясь к удару. Однако свист хлыста в воздухе внезапно прервал тишину.
Хуан Лун осторожно открыл глаза и увидел Гу Цзюсы, стоящего перед ним с хлыстом в руках. Гу Цзюсы холодно обратился к Чжао Яню:
- Езда верхом на лошади по улице влечет за собой штраф в размере пяти таэлей. Препятствование исполнению служебных обязанностей и нападение на чиновника, избранного императорским двором, караются двадцатью ударами плетью и тремя годами каторжных работ.
- Кто ты, черт возьми, такой?! - Чжао Янь на мгновение остолбенел, прежде чем отреагировать. - Ты знаешь, с кем разговариваешь?!
- Императорский закон в равной степени распространяется на простолюдинов и дворян, - спокойно сказал Гу Цзюсы. – Пройдёмте со мной в правительственное учреждение!
- Цзюсы, успокойся! - Хуан Лун поспешно встал, чтобы оттащить Гу Цзюсы в сторону, встревоженный. - Это сын господина Чжао!
Гу Цзюсы взглянул на Хуан Луна и нахмурился. Чжао Янь, глядя на них обоих, яростно взмахнул хлыстом.
- Хорошо, хорошо. Один из вас покалечил мою лошадь, а другой хочет арестовать меня и бросить в тюрьму. Я и представить себе не мог, что в Ванду могут быть такие грозные фигуры! Бейте их! - Чжао Янь сердито крикнул своим телохранителям: - Побейте их хорошенько! Если забьёте до смерти, ничего страшного!
Как только он закончил говорить, телохранители Чжао бросились вперед.
Все охранники, сопровождавшие Чжао Яня, были опытными бойцами, и более дюжины из них кинулись к ним. Хуан Лун полностью прекратил сопротивление. В этот момент выражение лица Гу Цзюсы не изменилось, и он быстро нанес удар. Хуан Лун с благоговейным трепетом наблюдал, как Гу Цзюсы двигался в толпе с ловкостью кролика, нанося яростные, как у тигра, удары. Он один сражался за десятерых, вызвав небывалый душевный подъем у зрителей!
Хуан Лун почувствовал, как от этого зрелища у него подкашиваются ноги, и с трудом сглотнул.
И тут его внезапно осенило.
Чжоу Е!
Чжоу Е поддерживал Гу Цзюсы!
Хуан Лун, не обращая внимания ни на что другое, быстро побежал за помощью.
Тем временем Гу Цзюсы взглянул в ту сторону, куда направлялся Хуан Лун, а затем использовал железные цепи, чтобы связать нападавших. Быстрыми движениями он обошел всю группу и, когда взмахнул ими в последний раз, все они оказались связаны вместе!
К тому времени, как Чжао Янь понял, что происходит, он уже был закован в кандалы вместе с остальными. Толпа разразилась одобрительными возгласами, а Гу Цзюсы потянул Чжао Яня вперёд с чуть насмешливым выражением на лице. От Чжао Яня не укрылся намёк на насмешку на лице, которое всего несколько мгновений назад было спокойным и благопристойным.
- Молодой господин Чжао, пойдемте.
Хуан Лун запыхался к тому времени, когда, наконец, добрался до резиденции Чжоу. Чжоу Е ждал снаружи, получив сообщение от Хуцзы. Когда он увидел Хуан Луна, он сразу же сказал: «Подожди здесь, я найду своего отца».
Хуан Лун был ошеломлен. Он знал, что семья Чжоу всегда следовала правилам. Могло ли быть так, что ради Гу Цзюсы Чжоу Е собирался привлечь Чжоу Гаолана?!
В комнате, услышав слова Чжоу Е, Чжоу Гаолан на мгновение задумался. Затем он от души рассмеялся: «Довольно умно».
Чжао Гаолан громко крикнул: «Подожди немного, я пойду поищу дядю Фаня».
Чжоу Е нахмурился, размышляя о намерениях Чжоу Гаолана. Тот же немедленно сел в экипаж и отправился на поиски Фань Сюаня
Когда Чжоу Гаолан прибыл, Фань Сюань пил чай. Чжоу Гаолан вошел взволнованный и сказал:
- Старина Фань, кое-кто пришел, чтобы доставить нам серебро.
- Хм? - Фань Сюань озадаченно поднял голову.
Чжоу Гаолан с энтузиазмом подошел к нему.
- Ты не беспокоишься, что эти богатые торговцы не сдвинутся с места? Я уже говорил тебе, что мы должны просто захватить их, а ты боялся опорочить свою репутациию Мы уже пытались повлиять на них через семью Гу, но они притворились, что не понимают. На этот раз мы постараемся, чтобы они поняли.
- Действительно? - Фань Сюань приподнял бровь.
Чжоу Гаолан взволнованно продолжил:
- Старший сын семьи Чжао был пойман, когда катался на лошади по улицам и избивал чиновников. Сейчас его доставили в окружное управление.
- Такой человек существует?
Фань Сюань знал, какое положение занимает семья Чжао в глазах простых людей Ванду. Он и раньше думал найти повод для того, чтобы разобраться с этими богатыми торговцами, но чтобы начать действовать, нужен был убедительный предлог и кто-то достаточно смелый, чтобы действовать.
Теперь, учитывая вопиющее высокомерие Чжао Яня, совершившего преступление на публике и сразу же доставленного в правительственное учреждение, это была прекрасная возможность.
Пока с семьей Чжао разбираются, поскольку предыдущие пожертвования семьи Гу обеспечивают их безопасность, а влияние семьи Чжао поддерживает их, торговцы в Ванду должны понять их позицию.
- Это Гу Цзюсы! - взволнованно воскликнул Чжоу Гаолан. - Он специально послал кого-то, чтобы проинформировать тебя. Вся эта схема была спланирована и организована им.
- Молодой человек, обладающий такой дальновидностью. - Фань Сюань на мгновение задумался, прежде чем, наконец, сказать: - Поскольку подарки уже прибыли к нашему порогу, было бы неразумно не принять их. Тебе следует пойти и оценить ситуацию. Если окружной судья не разберется с этим должным образом, тогда мы должны вернуть долг Гу Цзюсы.
- Именно это я и намеревался сделать, - согласился Чжоу Гаолан, кивая. - Я сейчас же отправлюсь туда.
Поговорив с Фань Сюанем, Чжоу Гаолан взял жетон Фань Сюаня и отправился на поиски Чжоу Е, прежде чем отправиться прямиком в окружной ямэнь.
К тому времени, когда Чжоу Гаолан прибыл, Гу Цзюсы уже доставил задержанных в окружной суд. Окружной судья, увидев людей, которых привел Гу Цзюсы, был настолько потрясен, что потерял сознание на месте и впоследствии сослался на болезнь, чтобы отказаться от рассмотрения дела.
Чжао Янь стоял в зале суда, с усмешкой глядя на Гу Цзюсы.
- Ты нарываешься на неприятности из-за меня, хотя даже не знаешь, кто я такой.
Гу Цзюсы оставался невозмутимым, стоя спокойно.
- Тогда давай подождем, пока судья придёт в себя.
- Хорошо, мы подождем, - с сарказмом бросил Чжао Янь. - Тогда и увидим, кто на самом деле ищет смерти.
Они оба молча ждали, пока толпа снаружи увеличивалась. Чжоу Гаолан подошел к входу. Перед ним открыли дверь, и он сразу вошел.
- Что здесь происходит? - Чжоу Гаолан, сопровождаемый Чжоу Е, вошел в зал суда. Он огляделся, а затем посмотрел на Чжао Яня, оценивая его и хмурясь. - Какое преступление совершил этот человек?
- Докладываю магистрату, - спокойно сказал Гу Цзюсы, - этот человек мчался галопом на лошади по улице, едва не ранив кого-то. Чтобы защитить себя, местный констебль Хуан Лун покалечил его лошадь. В отместку этот человек публично выпорол нас, государственных служащих. Я арестовал его и доставил в окружное управление, чтобы он ожидал наказания.
- О, - кивнул Чжоу Гаолан. - А где судья?
- Он болен.
- Болен? - Чжоу Гаолан фыркнул и повернулся к клерку, который выглянул, чтобы понаблюдать за происходящим, и прямо сказал: - Поскольку уездный судья Ян так плохо себя чувствует, ему нет необходимости приходить. Это не имеет большого значения. Я сам разберусь с этим делом.
С этими словами Чжоу Гаолан подошел к скамейке и с важным видом сел. Чжоу Е налил чаю и протянул его Чжоу Гаолану. Он сделал глоток и затем посмотрел на Чжао Яня.
- Ты скакал галопом на лошади по улице и избил местных служителей, так?
Чжоу Гаолан повернулся к Гу Цзюсы.
- Что следует делать в соответствии с законом?
- Он должен быть оштрафован на пять серебряных лянов, подвергнут тридцати ударам плетью и трем годам каторжных работ.
- Всё расписано так ясно, есть ли необходимость в дальнейшем обсуждении? Просто действуйте, как указано.
- Судья Чжоу! - в панике воскликнул Чжао Янь. - Вы… вам следует дождаться моего отца...
- Верно, твой отец, - кивнул Чжоу Гаолан и затем обратился к Гу Цзюсы. - Молодой человек, возьмите группу людей и отправляйтесь в резиденцию Чжао, чтобы привести сюда господина Чжао.
Гу Цзюсы почтительно ответил:
- Слушаюсь.
- Подожди-ка, - Чжоу Гаолан, казалось, что-то вспомнил. - Тебе, простому стражнику, не подобает вызывать господина Чжао.
Собравшиеся переглянулись, не понимая, что задумал Чжоу Гаолан. Чжоу Гаолан повернулся к стоявшему неподалеку клерку и спросил:
- Разве уездный судья Ян не болен? Он болеет уже много лет, и ситуация в Ванду хаотична. Вот что мы сделаем: я вижу, что этот молодой человек весьма способный и энергичный. Пойдите и скажите окружному судье Яну, чтобы он принес официальную печать, пока сам приходит в себя от болезни. Пусть этот молодой человек приступит к его обязанностям. Как насчет этого?
Услышав это, клерк побледнел и пробормотал:
- Господин, не слишком ли это поспешно...
- Вовсе не поспешно, - пренебрежительно махнул рукой Чжоу Гаолан. - Я обсудил это с господином Фанем перед приходом. Скажите ему, чтобы он не тратил мое время впустую и поскорее принес официальную печать.
Чжао Янь, который слушал этот разговор, внезапно встревожился. Учитывая участие Чжоу Гаолана и Фань Сюаня, даже он мог сказать, что это было направлено против его семьи!
Чжоу Гаолан встал и поманил Гу Цзюсы.
- Пойдем со мной, я передам тебе обязанности уездного судьи Яна.
Гу Цзюсы почтительно последовал за Чжоу Гаоланом.
Оказавшись на заднем дворе, Гу Цзюсы вежливо спросил:
- Господин, не слишком ли поспешны ваши действия?
Чжоу Гаолан мягко улыбнулся.
- Меч обнажен, прятать его бессмысленно. Я намеревался подождать, прежде чем дать тебе возможность внести свой вклад и перейти на официальную работу. Но поскольку ты уже отличился и у тебя есть основания для повышения, мы не будем сдерживаться.
Выражение лица Чжоу Гаолана оставалось спокойным.
- Господин Фань и я не хотим подражать Ван Шаньцюаню, но в Ючжоу еще больше не хватает средств, чем в Янчжоу. Принц Лян вот-вот прибудет в Восточную столицу. Ты же понимаешь ситуацию, верно?
Гу Цзюсы, услышав это, почувствовал волнение в своем сердце и почтительно ответил:
- Будьте уверены, господин. Когда я войду в резиденцию Чжао сегодня, я позабочусь о том, чтобы не было кровопролития, и облегчу ваши опасения.