*Бамс!*
Хань Юньси снова выронила фонарь из рук и была так потрясена, что ее лицо побледнело. Брачная ночь? Ваша светлость? Что этот парень пытался сказать?
Лон Фэйе поднялся на ноги, смерил ее взглядом, и прошел мимо в спальню, прямо как кто-то, кто владел этим местом. Потребовалось немного времени, чтобы Хань Юньси последовала за ним.
— Вы… вы — Лон Фэйе?
— Какая наглость! — холодно ответил Лон Фэйе. Только несколько человек в мире смели называть его полным именем. Когда он спешил домой, то не ожидал, что они пришлют Хань Юньси сюда. Это место было его личными покоями.
Посчитав это немного невероятным, Хань Юньси всё же убедилась в его личности. Сейчас она ругала себя за такую глупость. Какой убийца не попытался бы скрыть свое лицо? И у какого убийцы была бы такая, присущая лорду, аура? Как же раздражает, что всё стало сложнее. И яд всё ещё был в теле этого типа. Даже если остался только след, по-прежнему существовал риск умереть. Так как этот мужчина — герцог, если он умрет — не будет ли она заживо похоронена вместе с ним?
— Ты — действительно Хань Юньси? — ледяной взгляд Лон Фэйе, казалось, сверлил ее. Было слишком много подозрительных деталей относительно этой женщины. Много людей в этом мире хотело убить его, хотя никто успешно так и не подослал агента к нему. Но опять же, если эта женщина на самом деле была агентом, он бы умер тогда. Хань Юньси переполняло раздражение, так как она позволяла ему пялиться на нее. Она невольно подумала, что этот человек никак не мог узнать правду о ее путешествии во времени.
— Отвечай на вопрос вашей светлости, — сказал Лон Фэйе.
Хань Юньси вздохнула, подошла и прислонилась к колонне:
— Герцог Цинь — это не столь важно. Сейчас крайне важен яд в вашем теле… на самом деле… я не извлекла его полностью.
— Что ты сказала? — Лон Фэйе был удивлен.
— В вашем теле по-прежнему остался кое-какой яд, который я не смогла вывести с помощью моих игл. Вам нужны лекарства, чтобы поглотить токсины, но у меня на руках их нет. Если не верите, глубоко вдохните и проверьте, что ниже сердца будет колющая боль, — серьезно проговорила Хань Юньси.
Лон Фэйе сделал глубокий вздох и почувствовал небольшую боль. В мгновение ока его глаза наполнились убийственным намерением.
— Ты — очень дерзкая.
— Герцог Цинь, вы плохо подбираете слова. Когда я считала вас убийцей, вы не раскрыли свою настоящую личность. Даже если бы я убила вас, то было бы вам поделом, — сказала Хань Юньси в свою защиту.
Поделом ему?
Лон Фэйе резко посмотрел в ее глаза, но Хань Юньси не боялась. Она просто ответила ему взглядом и позволила ему глядеть, как он сам того хотел.
А у этой женщины есть мужество...
Вспышка восхищения пронеслась в его глазах, незаметная даже для него самого. Затем он произнес холодным тоном:
— Теперь ты знаешь. И должна сказать мне, каких ингредиентов тебе не хватает, так?
Хань Юньси засомневалась, какие же отвратительные вещи совершил этот мужчина. Вместо того, чтобы найти врача, он скрылся подальше от глаз в этих комнатах. Такое впечатление, будто он не мог позволить себе раскрыть свои раны общественности. Хотя пользоваться несчастьем других — против врачебной морали, под вопросом была ее дальнейшая жизнь. Ей пришлось обдумать все очень хорошо. Все знали, не было гарантии, что она останется в доме герцога Цинь, даже если попадет сюда. Она четко осознавала это. Поэтому ей нужно было на кого-то положиться, а самой сильной опорой был хозяин этого дома, самый важный член императорской семьи в стране Тяньнин, Герцог Цинь, Лон Фэйе.
Хитрая улыбка показалась на лице Хань Юньси.
— Ваше святейшество[1], поистине… лекарство, которое я вам сейчас дала, сможет сдерживать яд еще 10 дней.
— И? — Лон Фэйе пристально смотрел на нее как и раньше, глаза его были наполнены бесконечным льдом.
Хань Юньси приняла невинный, робкий вид, когда жалостно промолвила:
— Завтра, когда я буду подавать чай Главной императорской наложнице и выражать свое уважение при дворе, могло бы Ваше святейшество также сопровождать меня?
В первый день после свадьбы невеста должна подать чай старшим в ее новой семье. Если этот парень согласится пойти с ней, значит, он принял ее как ванфэй[2]. И с его признанием ее жизнь в этом доме стала бы менее трудной.
— А если его светлость не желает? — сурово спросил Лон Фэйе.
Хань Юньси невинно опустила голову.
— Яд, ванъе[3] — не так редок, вы можете найти любого имперского врача, чтобы излечиться.
— Тц... ты — очень умна! — если бы он мог обратиться к имперскому врачу, то зачем бы Лон Фэйе тратил свое время здесь? Эта хитрая женщина снова сумела тактично пригрозить ему.
У Хань Юньси была очень милая улыбка:
— Благодарю ваше святейшество за похвалу.
Лон Фэйе слегка нахмурился, чувствуя себя немного беспомощно перед ней. Нельзя точно сказать, о чем он думал, но в конечном итоге он отмахнулся от нее.
— Только следи за своими словами. Можешь идти.
Хань Юньси была взволнованна. Успех!
— Да, спасибо, Ваше святейшество, герцог Цинь, — девушка с волнением вышла из спальни, даже опустила штору для Лон Фэйе.
Вот только… когда она повернулась к темной комнате, то осознала, что это была ее брачная ночь. Куда именно она должна была идти?
________________________________________________
[1] Ваше святейшество (殿下) — дянь ся, отличается от "Ваша светлость" (本王) более формальным обращением.
[2] Ванфэй (王妃) — его официальная жена по имени и титулу, герцогиня для герцога и т.д. Более высокий статус, чем наложница.
[3] Ванъе (王爷) — мужской аналог ванфэй.