Глава 124. Возвращение назад, неудачный поворот событий.
После того, как шесть таблеток на Хань Юньси подействовали, Лон Фэйе направил три потока истинной ци в ее тело. Каждый раз Хань Юньси чувствовала, что она обновляется и восстанавливается, словно наполняясь энергией. К сожалению, она все еще была слишком уставшей в конце концов, так что это чувство длилось недолго.
После трех потоков истинной ци, ее пульс не был таким слабым, хотя ее тело все еще было истощенным. Она прижалась к руке Лон Фэйе слишком ленясь, чтобы даже поднять веки. Лон Фэйе тоже не двигался, но использовал одну руку, чтобы поддержать весь ее вес. Кругом было тихо, когда огонь подскакивал и плясал перед ними. Ветер под большим деревом был не очень сильным, но на расстоянии слышны были звуки сильного ветра.
Похоже, они должны были провести здесь всю ночь.
Прошло много времени, прежде чем брови Лон Фэйе сгладились. Он посмотрел на Хань Юньси, прислонившуюся к нему, и в его глазах мелькнул сложный взгляд, когда он задумался. Между тем, Хань Юньси полностью отдалась Лон Фэйе после обработки яда. Ее ресницы опустились вниз, когда ее глаза медленно закрылись.
Спать…
Оба они, похоже, забыли о проблеме с Гу Цишао. С тех пор никто из них не вспомнил его. Когда наступила ночь, Лон Фэйе вернулся из своего маленького мира, чтобы увидеть мирно спящую Хань Юньси. Бессознательно он пошевелил рукой, намереваясь отвести волосы от лица. Но как только его пальцы коснулись ее, они застыли. Некоторое время прошло, прежде чем он решил остановиться и снять свою руку.
Ему не нравилось это чувство потери самообладания.
Как только он убрал руку, он освободил Хань Юньси и прислонился к стволу дерева, чтобы поспать. Он тоже спал, но он не привык спать с женщиной! Прямо перед тем, как он поднялся на дерево, он снова остановился, что-то вспомнив. Когда он осмотрел повязки на ногах Хань Юньси, он увидел признаки сухой крови.
«Мучительно!»
В тот вечер Лон Фэйе хмурился на протяжении энного времени. Он схватил линимент, который он вытащил из ее медицинской сумки, и тщательно сменил повязки Хань Юньси. После этого было уже поздно вечером. Хань Юньси была завернута в плащ, спя сладко и крепко. Лон Фэйе тихо улыбнулся. Он не мог понять, почему у этой женщины не было чувства самосохранения. Разве она не боялась, что он бросит ее здесь, в глуши?
Его не интересовала такая невосприимчивая женщина!
—
Рано утром следующего дня, когда Хань Юньси проснулась и обнаружила, что прислонилась к стволу дерева, огонь перед ней уже погас. Она была завернута в длинный плащ Лон Фэйе, но не было никаких признаков самого человека.
Где он был?
Ее мозг все еще был немного одурманен. После того, как прошлой ночью она вырвала эти шесть таблеток, она провела остаток времени в оцепенении. Единственное, что она помнила, это Лон Фэйе, направлявшего истинную ци в нее три раза. Что касается того, как она проглотила лекарство и заснула, она забыла все это. Хань Юньси экспериментально протянула руки, прежде чем обнаружила, что кто-то перевязал рану. Он неплохо справился. По правде говоря, она не могла вспомнить ничего, что произошло до приема лекарства.
Ее тело только что восстановилось, поэтому эти три потока истинного ци, должно быть, были весьма полезными. Им просто требовалось время, чтобы дать эффект. Она размяла свои суставы, когда встала, чтобы осмотреться, не замечая того факта, что ее раненая нога уже полностью зажила. Не было больно, как бы она на нее не наступала.
Лон Фэйе сложил руки за голову и откинулся на ветку дерева. Как он мог спокойно спать с этой женщиной под ним в глуши? Он не спал всю ночь, а только закрывал глаза, когда день наступил, прежде чем он проснуться от шума. Он опустил холодный взгляд, но не сказал ни слова. После разминки и проверки того, что все в порядке, первая реакция Хань Юньси заключалась в том, чтобы взглянуть на дерево. Она сразу заметила, что Лон Фэйе уставился на нее.
Как эта женщина поняла, что он здесь?
Лон Фэйе был удивлен, встретив ее взгляд вопросом. «Проснулась?»
Хань Юньси кивнула. Она была уверена, что этот человек не оставит ее в этой глуши, поэтому, если бы он не был на вершине дерева, он должен был быть где-то поблизости.
«Прошлой ночью … спасибо». Хотя ее почти измучили до смерти, этот человек все равно спас ее в итоге.
Лон Фэйе не обратил на ее «спасибо» никакого внимания, пока он грациозно спускался на землю. «В столицу».
Пришло время вернуться. Хотя на этот раз они не нашли штаб-квартиру вражеских шпионов, они выкопали контейнер с чайными листьями в чайной «Небесный аромат». Лон Фэйе все еще с нетерпением ждал результатов расследования. Его слова напомнили Хань Юньси все, которая отреагировала шоком, схватив Лон Фэйе.
«Какой сегодня день?»
Боже!
Как она могла забыть о ставке? Она даже не знала, как долго она была без сознания в пещере, тем более, сколько дней она была похищена. Когда она пошла с Му Цинву в чайную Небесный аромат, оставалось еще 12 дней до ставки с Му Люйю. Она не знала, сколько дней прошло с тех пор, но она не проиграла бы ее, пропустив крайний срок, верно?
Лон Фэйе нахмурился, посмотрев на руки Хань Юньси, голос решительный.
«Отпустите!»
Так жестоко!
Хань Юньси немедленно освободила его. Ей тоже не хотелось тащиться и тянуться за этим человеком, но она слишком нервничала и сначала задвигала руками.
«Сегодня 14-й, — ответил Лон Фэйе. Услышав это, Хань Юньси облегченно вздохнула. Хорошо, хорошо, она была почти напугана до смерти. Последний день ее ставки с Му Люйю был 19-м. Если сегодня было 14-е, у нее все еще было 6 дней включительно.
Вчера Лон Фэйе бежал, как сумасшедший через леса. С его скоростью они должны добраться до столицы в течение одного или двух дней. В то время как Хань Юньси подсчитывала время, Лон Фэйе стал нетерпеливым.
«Вы идете или нет?»
«Иду!» Хань Юньси ответила немедленно.
Лон Фэйе раздраженно взглянул на нее, прежде чем схватить ее за талию и, как вчера, и помчаться. Хань Юньси почувствовала, что его хватка вокруг ее талии была довольно сильной. Она не могла понять, почему тот самый человек, который приказал ей отпустить с таким тоном отвращения, теперь так крепко держал ее.
Какой эксцентричный вид мизофобии у него?
Она смутно вспомнила, что вчера вечером он не казался таким свирепым.
Какой непрозрачный и непредсказуемый гигантский кубик льда!
Она украдкой взглянула на него и увидела холодный профиль Лон Фэйе. Хань Юньси прикусила губу. Должна ли она по-прежнему поднимать вопрос о Гу Цишао? Он не обсуждал его с ней со вчерашнего дня, так что это значит? Будет ли он настаивать на наказании чайной Небесный аромат или уступит ее мнению? Если он наказал их, он должен был ей сначала сказать несколько жестких фраз. В конце концов, она действительно угрожала ему заранее.
Если бы он настоял бы на своем, ну, Хань Юньси отвергла бы эту идею сразу. Она скорее поверит, что солнце взошло с запада, чем поверит в то, что этот человек последует ее капризам из-за ее угроз. Хотя … он дважды подчинялся ей, на этот раз ситуация была другой.
Какова его позиция по этому вопросу?
Почему он молча забрал ее, когда она угрожала ему?
Независимо от того, какую позицию он принимал против чайной Небесный Аромат, только того факта, что она угрожала ему Императором Тяньхуэем, перед всеми этими свидетелями было достаточно, чтобы доставить ей больше неприятностей, чем она рассчитывала.
У него не было предлога, чтобы не расспрашивать ее.
На самом деле Хань Юньси вчера рассердилась на него, потому что он использовал ее в качестве приманки. Она была достаточно умна, чтобы видеть, что и Гу Цишао действительно не спас ее по доброй воле, но хотел использовать ее как приманку, чтобы заманить мастера за кулисами. В противном случае Гу Цишао мог бы спасти ее давно в этих пещерах.
Теперь, когда она перестала злиться, Хань Юньси не могла не бояться и сожалеть о своих жутких угрозах вчерашнего дня. Она запуталась в своих мыслях, прежде чем еще раз украдкой взглянуть на Лон Фэйе. Увидев ледяную ауру, исходящую от его крутого профиля, она опустила голову. Если он ничего не говорил, могла ли она предположить, что это уже прошло?
Что касается чайной Небесный Аромат, Гу Цишао придется полагаться на собственное везение.
—
Лон Фэйе был действительно очень быстрым. Через два дня они прибыли в столицу Тяньнинь днем, на карете через западные городские ворота. Лон Фэйе немного отдохнул, закрыв глаза, а Хань Юньси лениво свернулась калачиком, размышляя о том, как она будет есть горячую еду и принимать теплую ванну, чтобы избавиться от вони яда, когда она вернется. Тогда она позаботится о других вопросах. Неожиданно карета остановилась, прежде чем дойти до входных дверей герцога Цинь.
«Что случилось?» Лон Фэйе сразу открыл глаза.
Водитель открыл дверные занавески, слегка нервничая. «Ваше высочество, похоже, что-то случилось впереди. Там идет толпа людей».
«Сделай обход сзади», Лон Фэйе ненавидел оживленность, и закрыл глаза, когда он договорил.
Даже с железным кузовом, он все еще чувствовал усталость. Водитель поспешно сменил маршрут и направился к задним воротам дворца герцога Цинь. Хань Юньси подняла занавески и увидела толпу крестьян, мчащихся вперед. Это был только случайный взгляд, но она не приняла это близко к сердцу. Еще один раз, взглянув украдкой на Лон Фэйе, она продолжила лениво сворачиваться.
Но после того, как они подошли к задним воротам, она поняла, что суета идет из резиденции герцога Цинь! Как только Лон Фэйе и Хань Юньси переступили порог двери, пришел Стюард Ся.
«Ваше высочество, достопочтенная ванфэй, вы, наконец, вернулись! Что-то случилось! Что-то серьезное!» Стюард Ся говорил, как будто он горел, он был так обеспокоен. Этого было достаточно, чтобы сердце Хань Юньси заколотилось.
«Говори четко»: Лон Фэйе был очень спокоен, его настроение не повлияло на него.
Стюард Ся посмотрел на Хань Юньси со сложным выражением лица. «Наложница семьи Хань Сюй, Леди Сюй, подошла к дверям и попросила о встрече с достопочтенной ванфэй. Ваш слуга сказал, что достопочтенной ванфэй нет дома, и чтобы она пришла в другой день. Но кто знал, что она начнет скандалить перед нашими воротами? Говоря о том, как она должна была увидеть достопочтенную ванфэй сегодня, что не так договаривались, что даже достопочтенная ванфэй …» Стюард Ся не закончил, прежде чем Хань Юньси вскрикнула и выбежала.
Она знала, что происходит!
Черт возьми! После похищения она была слишком физически и эмоционально истощена, чтобы помнить о встрече с Леди Сюй и остальных десяти днях! Когда она в прошлый раз отправилась в поместье Хань, никто из них не поверил, что Хань Конган оставил ей ключ от хранилища на хранение, пока она не выбрала наследника. Они заставили ее группой вынуть ключ, поэтому она сказала им, что они могут увидеть Хань Конган через десять дней.
На самом деле, это было простое дело встретиться с ним, но она хотела, чтобы Леди Сюй и остальные подождали еще немного. Кто знал, что тем временем ее похитят?
Сегодня был 16-й, следующий день после назначенной встречи. Она пропустила это полностью!
Но, не обращая внимания на свирепую Леди Сюй, даже ее отец, высокопоставленный чиновник Совета гражданских служащих, не смел поднимать шум перед дверями герцога Цинь. Какая-то видная фигура должна поддерживать ее на заднем плане, иначе она не была бы такой безудержной.
У Хань Юньси не было времени думать о ее покровителе. Ей нужно было видеть Леди Сюй немедленно, иначе суета превратится в разговоры. Как только Хань Юньси выехала со двора за ворота, она увидела Мурона Ванру и Великую Наложницу И, заходящих с другого конца. Ухоженное лицо Великой наложницы и, выглядело длиннее, чем лицо лошади…