Утром второго дня Хань Юньси обнаружила, что Лон Фэйе снова исчез. Неожиданно, Чу Сифэн пригласил Гу Бэйю в Гибискусовый двор, сказав, что это были инструкции Лон Фэйе. Он хотел, чтобы Гу Бэйю проверил ее пульс и посмотрел, полностью ли она выздоровела.
Не только Чу Сифэн перепугался, даже Хань Юньси сама была потрясена такой заботой. Это был ее первый раз, когда она поняла, что у гигантского айсберга не было такого холодного сердца, как его лицо.
После тщательного обследования, Гу Бэйю все еще не мог объяснить, почему она была без сознания так долго. Он только догадывался, что она была слишком напугана и истощена от переутомления. Естественно, Хань Юньси прекрасно понимала состояние своего тела, так что она быстро сменила тему на борьбу Гу Бэйю с эпидемией.
С появлением противоядия лечение пациентов и принятие профилактических мер прошли гладко. Все входившие и выходившие из двора были очень счастливы, за исключением императора Тяньхуэя, у которого было угрюмое лицо. Любые слуги, которые совершали незначительные ошибки во дворце, строго наказывались. Хань Юньси знала, что она, должно быть, разозлила его до смерти, но она не боялась таких вещей и восприняла их как забавную историю.
«Достопочтенная ванфэй, я слышал, что Гу Цишао-владелец чайной «Небесный аромат»? — спросил Гу Бэйю.
«Да, и чайного магазина »Нежный аромат’‘, хотя он опечатан.»
Когда Хань Юньси вспомнила побежденного Гу Цишао в трактире, ей это показалось очень забавным, что Лон Фэйе в полной мере наказал этого грубияна.
«Я никогда не думал, что у него будет фиолетовая полынь на руках», — сказал Гу Бэйю. Хань Юньси не задумывалась об этом и предположила, что Гу Бейю любопытно, поэтому она рассказала ему о навыках Гу Цишао в боевых искусствах и ядах.
Сложный взгляд промелькнул в глазах Гу Бэйю , но он только кивнул головой. «Он довольно эксцентричный.»
Хань Юньси не останавливалась на Гу Цишао, а с радостью рассказывала о своих торговых приключениях в Лекарственном городе. Только» хронический инвалид » как Гу Бэйю понял бы радость закупки хороших ингредиентов. Они говорили до заката, в то время как Чу Сифэн и матушка Чжао смотрели сбоку, оба чувствовали себя некомфортно, наблюдая за ними.
» Охранник Чу, разве ты не должен забрать этого имперского врача?»- спросила матушка Чжао низким голосом.
» Ты прогоняешь важного гостя ванфэй?»-Чу Сифэн отстрелился.
У матушки Чжао, естественно, не хватило смелости, но ее слова и пожелания были искренними. «Охранник Чу, в следующий раз не ищи Имперского врача Гу для лечения болезней.»
Когда Гу Бэйю ушел, Хань Юньси решила посетить семью Хань в тот же день. Но когда она пошла отдыхать, она уснула и проспала до рассвета. Этот тип истощения был похож на то, когда система детоксикации использовала свою энергию для работы. Тем не менее, Хань Юньси вообще не запускала систему детоксикации. В последующие дни, она даже чувствовала себя немного вялой, но ее тело было прекрасно. Она только предположила, что она действительно была истощена от своих дней в лекарственном городе, поэтому она не приняла это близко к сердцу. В эти же несколько дней не было никаких новостей о Лон Фэйе. Этот парень, казалось, исчез с лица Земли.
Она всегда знала, что его местонахождение было загадочным, как важный человек со многими обязанностями, но она не понимала, когда она начала интересоваться о его движениях. Она хотела знать, чем он занят, когда вернется и когда уйдет. Разве он не планировал отправиться в путешествие после Нового года? Он снова отправился в дальнее путешествие?
С уходом ядовитой палочки, император Тяньхуэй не нашел никаких проблем для герцога поместья Цинь, и не упомянул ничего о брачном союзе. Трехстороннего боя было достаточно, чтобы занять его.
—
Месяц спустя специальные посланники Тяньниня и Западного Чжоу встретились на трехстороннем поле боя и заключили контракт о сотрудничестве. После этого Западный Чжоу отправил назад войска, которые он выводил один за другим. Западный Чжоу фактически вернул свои войска после того, как брачный союз угас. Бог знает, сколько император Тяньхуэй уступил в своем контракте? В любом случае, детали сотрудничества не были обнародованы. Тяньнинь, должно быть, понес большие потери.
Хань Юньси не понимала государственных дел, но она понимала, что император Западного Чжоу души не чаял в Принцессе Ронгл только из-за предложения о браке. Тем не менее, до тех пор, пока Тяньнинь уступает по другим пунктам, две страны все еще могут работать вместе без брачного союза. Другими словами, император Тяньхуэй не должен был заставлять Лон Фэйе жениться, просто он заплатил более высокую цену в обмен. Все было делом трюков и инструментов, но конечный результат был конечной целью.
Судя по этой логике, нужно ли было принцессе Ронгл вести себя так высокомерно?
Сколько потомков императорской родословной действительно были способны контролировать свою судьбу? Думая об этом, Хань Юньси все еще чувствовала, что ей повезло. Хоть семья Хань и пала, они все еще давали ей некоторую свободу. К сожалению, так же, как Хань Юньси считала свои благословения, семья Хань столкнулась с катастрофой–большой!
Когда маленькая Чэнь Сян примчалась, Хань Юньси все еще дремала. Чэнь Сян проигнорировала матушку Чжао, которая пыталась преградить путь и ворвалась внутрь, так сильно беспокоясь, что она начала плакать.
«Госпожа, Седьмая Мадам была захвачена людьми префектуры Шуньтяня. Говорят, клиника нашей семьи Хань стала причиной смерти двух человек.»
Услышав это, Хань Юньси буквально вскочила из сна.
«Что случилось?»
«Госпожа, люди префектуры Шуньтяня обращались не вежливо. Поспешите, я расскажу вам по дороге, — с тревогой призвала маленькая Чэнь Сян, боясь, что Седьмая Мадам пострадает в префектуре Шуньтяня.
Логически говоря, семья Хань была семьей Ванфэй. Эта же ванфэй, по слухам, пользовалась благосклонностью герцога Цинь, так что если бы семья Хань действительно совершила проступок, то тривиальная префектура Шунтяня все еще не посмела бы действовать так смело. Хань Юньси почувствовала, что что-то не так, как она услышала слова Чэнь Сян, поэтому она немедленно приготовила некоторые вещи и поспешила к резиденции. По дороге туда Чэнь Сян подробно все объяснила.
Вчера мадам Чэнь привела свою старую свекровь в Южную клинику семьи Хань в столице, чтобы вылечить ее болезнь. Муж Мадам Чэнь давно скончался, оставив ее со свекровью и маленьким сыном. Их семья была подавлена бедностью и полагалась на нее, чтобы свести концы с концами с небольшим количеством вышивки. Менеджер Южной клиники, Доктор Ли, сжалился над парой и лично осмотрел болезнь свекрови, прежде чем назначить какое-то лекарство. Он даже не взял никаких медицинских сборов за дело.
Вчера вечером свекровь Мадам Чэнь неожиданно приняла лекарство и вскоре умерла.
Этим утром Мадам Чэнь притащила тело свекрови к дверям префектуры Шунтяня, крича и плача о том, чтобы привлечь семью Хань к суду за убийство людей их лекарствами. Она хотела, чтобы семья Хань понесла наказание. С тех пор, как Хань Конган попал в беду, медицинские клиники семьи Хань были более или менее закрыты. В прошлом все их клиники посещали влиятельные и богатые люди. Многие из этих семей даже имели частных врачей из этих клиник. Теперь, когда семья Хань была разрушена, их бизнес иссяк.
Маленькая клиника на юге столицы была последней, которую настояла сохранить Седьмая мадам. Несмотря ни на что, семья Хань все еще была медицинской семьей. Они могли понести потери, но у них вообще не было клиник. Более того, Седьмая Мадам имела доброе сердце и покинула эту клинику, чтобы помочь бедным и обедневшим. Те, кто был достаточно болен, чтобы ходить от двери к двери в поисках врачей, кто боялся смерти достаточно, чтобы съесть любое лекарство, были именно бедные. Это было достаточно хорошо, если бы они могли найти лечение по низкой цене или бесплатно.
Это было доброе дело само по себе, но кто ожидал чего-то подобного?
«Эта свекровь страдала какой-то болезнью? Какова была причина смерти, мы уверены, что виновато лекарство?»- Серьезно спросила Хань Юньси.
«Это была просто простуда. Госпожа, даже я знаю, какое лекарство использовать при простуде. Доктор Ли не мог совершить ошибку! Но Мадам Чэнь настояла, чтобы женщина умерла, съев наше лекарство. Сейчас префектура Шунтяня должна назначить суд. Мы понятия не имели, что происходит, пока они не послали людей арестовать нас!»
Маленькая Чэнь Сян провела свои дни в поместье Хань, ухаживая за маленьким Иэром день за днем, втягиваясь в медицинские книги и лекарственные ингредиенты, чтобы узнать немного по ходу. Она не преувеличила ни капли своих слов. Как могла небольшая простуда убить?
Когда Хань Юньси и Чэнь Сян достигли префектуры Шуньтяня, двери были плотно закрыты, внутри шли разговоры. Увидев прибытие Хань Юньси, губернатор префектуры не смел пренебрегать ею, а собирался объявить перерыв и отдать дань уважения, когда Хань Юньси вошла в трибунал.
При этом губернатор префектуры быстро поднялся со своего места, чтобы опуститься на колени. «Этот чиновник приветствует достопочтенную ванфэй!»
После уточнения ее позиции, Хань Юньси села сбоку. Губернатор префектуры встал и кивнул головой, сложный взгляд мелькнул в его глазах. Тем не менее, он поддерживал почтительную улыбку и попросил, чтобы кто-то приготовил чай для гостей.
«Достопочтенная ванфэй, будьте спокойны. Этот чиновник определенно будет действовать беспристрастно!»
» Тогда как далеко вы продвинулись с допросом? Скажите нам, губернатор префектуры», — сказала Хань Юньси.
Но губернатор префектуры лишь ответил: «Достопочтенная ванфэй, как свидетельские показания, так и вещественные доказательства являются полными. Я могу объявить преступника виновным.»
«Объявить виновным?»-Хань Юньси нахмурилась.
«Доктор Ли случайно схватил яд и смешал его с лекарством от простуды, в результате чего пациентка умерла от яда. Хотя это была просто ошибка, это все равно было убийство», — ответил губернатор префектуры.
«Непредумышленное убийство? Где доказательства?»-как Хань Юньси могла поверить в такое?
Губернатор префектуры просигнализировал глазами, и его помощник немедленно представил три предмета с величайшим уважением. Одним из них был отчет о вскрытии, другое было резюме лекарственных ингредиентов, присутствующих у доктора Ли, и последний был рецепт доктора Ли.
Хань Юньси пробежалась по ним.В отчете о вскрытии было указано, что жертва страдала от серьезной простуды, но умерла от яда куйгена. Экспертиза лекарства была очень тщательной, она проверила каждый из трех пакетов лекарств, которые принесла мадам Чэнь. В общей сложности было перечислено 11 ингредиентов, каждый из которых использовался для лечения простуды. Единственным дополнительным ингредиентом был яд Куйген.
Самым проклятым был тот факт, что рецепт доктора Ли включал именно Куйген.
Когда Хань Юньси прочитала 11 ингредиентов, она, казалось, обнаружила кое-что, что усложнило ее взгляд. У куйгена был яд, но это был острый яд, который с другой стороны был хорошим лекарством. Небольшое количество куйгена при смешивании с лекарственными ингредиентами может нейтрализовать его ядовитые свойства и усилить лечебный эффект. Однако куйген не был нужен для лечения простуды. Независимо от того, насколько глупым может быть Доктор Ли, он не должен быть небрежным до такой степени, чтобы включить его в свой рецепт, не так ли?
Хотя она была озадачена, Хань Юньси не предала своих чувств, когда она спросила: «Где доктор Ли?»
Доктор Ли осмотрел пациентку и назначил ей лекарство. Он должен быть главным виновником, так как Седьмая мадам была просто владелицей медицинской клиники. В любом случае, они должны были сначала привести его сюда. Неожиданно губернатор префектуры сказал: «Достопочтенная ванфэй, доктор Ли уже мертв.»
Что?
«Как такое могло случиться, как он умер?»-спокойная Хань Юньси разразилась от услышанного.
«Находясь под стражей, он прикусил себе язык и покончил жизнь самоубийством», — честно ответил губернатор префектуры.