Глава 149.Таинственное, беззаботное настроение.
Через три дня началось цветение сливы.
Имперские сады сливовых деревьев на окраинах столицы были наполнены благоуханием. Цветки сливы были в полном расцвете в больших полосах красного и розового. Издалека это напоминало море цветов, сказочных и почти иллюзорных.
В этом году исключительно слива расцвела удивительно рано. Под цветущими деревьями были обустроены помещения для банкета. Принцесса Чанпин и наследный принц Лон Тяньмо сидели бок о бок за главным столом. Слева от наследного принца сидела Западная Чжоу Принцесса Ронгл, Дуаньму Яо.
Хотя уже несколько изысканных ученых присоединились к празднику, большинство гостей были еще женщины. Лон Тяньмо не хотел приходить, но вчера вечером его отец император приказал ему пойти развлечь почетную гостью. Несколькими днями ранее до него дошли слухи, что дядя Цинь проводил все свое время с принцессой Ронгл. Казалось, что эти слухи были ложными.
Нет ничего более беспощадного, чем императорский дом. Независимо от того, были ли они наложницами или супругами, женщина императорского клана была в конце концов инструментом. Когда они были полезны, за них сражались и соревновались за возможность похвалить их до небес. Когда они были бесполезны, их выбрасывали, как потертую, изношенную обувь. То же самое можно сказать и о женщине, которую в настоящее время сопровождает наследный принц.
Если Дуаньму Яо хотела выйти замуж за него, он мог сделать это, не моргнув глазом. К сожалению, все знали, что Дуаньму Яо была нацелена на герцога Цинь. Западный Чжоу и Тяньнинь могли быть союзниками через брачные союзы, но у каждого были свои расчеты и схемы. Отец император призвал его быстро жениться на принцессе Ронгл, чтобы две страны могли стать ближе, особенно с постоянными стычками, происходящими на северо-восточной границе. Чем скорее обе страны смогут работать вместе, тем лучше они смогут противостоять своим врагам.
Тем не менее, император Западного Чжоу давно ответил, что принцесса должна лично найти своего идеального мужа, прежде чем она решит выйти замуж.
Кроме герцога Цинь, какой еще может быть идеальный муж?
Но, несмотря на то, что это был открывшейся секрет, Дуаньму Яо все еще не выразила свои намерения. Никто больше не осмеливался раскрыть намерения Герцога Цинь. В результате ситуация застопорилась.
«Яо Яо, попробуй немного этого чая из цветков сливы. Его можно выпить только в Тяньнине.»
Лон Тяньмо попытался найти тему, и попытался закрыть дистанцию с Яо Яо.» К сожалению, Дуаньму Яо оскорбила его, сказав называть ее своим полным именем, чтобы сохранить дистанцию.
— Ваше Высочество наследный принц, не правильнее ли называть меня принцессой Ронгл?»
Лон Тяньмо в душе негодовал, но очень хорошо скрывал это. Эта женщина была очень красива и по-настоящему талантлива в искусстве, военном мастерстве и внешности. Но глубоко в сердце он не мог ее уважать. Если бы не тот факт, что она была принцессой Западного Чжоу, он бы не пожалел ей еще одного взгляда.
Несмотря на ярость, тон Лон Тяньмо оставался умеренным и мягким.
«Я слышал, что дядя Цинь отправится в путешествие после Нового Года. Принцесса Ронгл не знает, куда он идет?»
Дуаньму Яо повернулась, чтобы посмотреть на него, его лицо было полно шока. Она не поехала домой со своим братом именно потому, что она хотела провести Новый год в Тяньнине. Она надеялась, что сможет уладить свой брак, когда наступит Новый год, а старший брат планировал уехать!
Император Тяньхуэй в частном порядке пообещал, что сможет найти ей идеального мужа. Его слова все еще звучали убедительно?
Лон Тяньмо был очень доволен реакцией Дуаньму Яо.
«Принцесса Ронгл, кажется, не знает этой новости. Похоже, нам придется дождаться прибытия тети Цинь и спросить ее.» Сказав это, он сделал глоток чая и больше ничего не говорил.
Но лицо Дуаньму Яо полностью изменилось! Хань Юньси? Может ли Хань Юньси знать движения его старшего брата? Как такое могло случиться? К этому времени большинство гостей уже прибыли и болтали между собой. Конечно, самая популярная тема вращалась вокруг Хань Юньси.
Придет ли она?
Встреча цветущей сливы была не только соперничеством межличностных отношений, но и местом, где можно было похвастаться своими талантами. У Хань Юньси не было никаких отношений здесь, чтобы говорить, ни каких-либо лучших друзей в этом кругу женщин. Что касается таланта…это было бы сегодняшним фокусом! Она родилась в простой семье. Может ли медицинская наука действительно упоминаться с императорской знатью на одном дыхании?
Более того, ее игнорировали с самого рождения, поэтому она особо не воспитывалась и не развивалась. Какие у нее могут быть таланты? На каком ей разрешили посетить встречу цветущей? Это не просто место, чтобы просто поесть и поболтать. Ходили слухи, что несколько сторон из дворца сделали ставку на то, осмелится ли Хань Юньси появиться сегодня.
И все же, посреди их шепота, евнух громко объявил: «Цинь Ванфэй прибывает … Мисс Ванру прибывает…»
Она пришла? Она действительно осмелилась?
В одно мгновение, все последовали за звуком голоса, чтобы увидеть, как Хань Юньси прибыла в элегантной, изысканной белой мантии, которая покрывала ее тело, как снег. Ее единственным украшением была лента на поясе, украшенная нефритом в форме цветка сливы. Красный нефрит и белая юбка сделали простое сочетание, которое, казалось, заставило ее сиять, полностью доминируя над ее экстравагантно одетыми соперницами.
С ней была также Мурон Ванру, тусклая и скучная.
С статусом Хань Юньси присутствующие люди должны были встать и приветствовать ее, несмотря на свое нежелание. Только Дуаньму Яо осталась сидеть томно, выделяясь ее еще больше среди своих стоящих сверстников. Только после того, как Хань Юньси подошла ближе, она лениво встала, даже не поздоровавшись.
«Сколько лет, сколько зим. «Она не любила называть ее достопочтенной ванфэй, но называть ее Цинь Ванфэй ненавидела даже больше!
Хань Юньси не только сохранила самообладание, но и безобидно улыбнулась в ответ.
«Принцесса Ронгл должно быть уже несколько дней. Я думала, твой старший брат приведет тебя домой на чай, но кто знал, что ты так и не появишься, несмотря на все мое ожидание?»
Вскоре после этого она заняла позицию хозяйки дома.
«Как тебе это? После того, как собрание закончится, ты можешь пойти со мной и выпить чаю во дворе.»
Она не заботилась о том, что Дуаньму может выйти замуж за герцога Цинь? Или об отношении Лон Фэйе? В любом случае, она уже закалила свое сердце. Независимо от того, кто хотел запугать ее, она не даст ему ни единого шанса!
Руки Дуаньму Яо сжались в кулаки внутри ее рукавов. Без сомнения, слова Хань Юньси попали в ее больное место. Она даже не знала, куда ее в своем сердце поместил герцог Цинь. Он сопровождал ее в тот день только потому, что император Тяньхуэй заставил ее. Старший брат не говорил мне больше пяти предложений за весь день!
«Хорошо, тогда я найду время, чтобы однажды прийти и поболтать со старшим братом! Дуаньму Яо подавила свой характер, чтобы ответить. Хань Юньси, не волнуйся. Для тебя будет хорошее шоу, когда я приду!
Хань Юньси села между ней и Лон Тяньмо. У Мурон Ванру не было никакого особенного статуса, и она могла только сидеть с остальными гостями пониже. Принцесса Чанпин хранила молчание все время, поглядывая на Хань Юньси. В ее сердце была холодная улыбка. Сегодняшняя встреча была специально организована ради Хань Юньси!
Если Хань Юньси была бы главным событием, это только продемонстрировало бы ее некомпетентность!
По сравнению с принцессой Чанпин, наследный принц ЛонТяньмо был намного вежливее. Как только Хань Юньси села, он начал говорить.
–Тетя Цинь, я слышал, что дядя Цинь планирует путешествовать после Нового года?
Его голос был не очень громким, но этого было достаточно, чтобы Дуаньму Яо услышала. Несомненно, он делал это нарочно. Даже если ему это не нравилось, он должен был бороться за Дуаньму Яо. Как только он ее получит, ему придется убить ее привязанность к герцогу Цинь. Хань Юньси не ожидала, что Лон Тяньмо вдруг спросит ее о делах Лон Фэйе. По правде говоря, она совершенно не знала об этом. Ну, значит она знала еще меньше о его других делах.
Она собиралась ответить честно, когда мельком увидела враждебный взгляд Дуаньму Яо. Хань Юньси поняла, что у нее злые намерения, когда она легко ответила:
«Откуда ты это услышал? Герцог Цинь рассказал об этом только мне.»
Лон Тяньмо улыбнулся. «Конечно, я слышал об этом от императора.»
Император Тяньхуэй!
Дуаньму Яо сузила глаза. Император Тяньхуэй ясно знал, что Лон Фэйе уезжает, так почему он не сказал ей? Отвратительно!
— Тетя Цинь, куда собирается отправиться дядя? И насколько долго? — снова спросил Лон Тяньмо.
«Почему бы тебе не спросить своего отца?» небрежно сказала Хань Юньси.
«Император тоже не знает, так что … он сказал мне спросить тебя! — Лон Тяньмо понизил голос.
Хань Юньси улыбнулась, ее лицо было наполнено тайной.
«Это совершенно секретно!»
Технически говоря, она понятия не имела, почему ЛонТяньмо спрашивал об этом. Но, видя мрачное лицо Дуаньму Яо, она не могла не чувствовать себя очень беззаботной. Она обнаружила, что Дуаньму Яо и Лон Фэйе на самом деле не были так близки. По крайней мере, Дуаньму Яо была на равном уровне с ней, и не знала о делах Лон Фэйе после Нового года. Думая об этом, сердце Хань Юньси чувствовало себя гораздо более непринужденно, даже не осознавая этого. В середине их праздного разговора высокий, ясный голос евнуха снова привлек внимание гостей.
«Поместье маркиза Пинбей Лорд Че прибывает. Поместье маркиза Пиннань, Лорд Му прибывает!»
Два молодых лорда маркизов Пинбей и Пиннань были известны как Северный и Южный лорды. У них была значительная репутация, но она была плохой.
Сына маркиза Пинбея от его первой жены звали Че Джансунь[2], или как люди обычно называли его Северным Лордом. Он был одет в белую мантию и держал веер, выглядя в высшей степени выдающимся, изысканным и со вкусом. Его талант заключался не только в его обученности, но и в романтической натуре. В этом году ему было всего 18 лет, но в его доме уже было десять горничных и наложниц. Ходили слухи, что он даже ухаживал за младшей наложницей отца. Он был более или менее зверем в человеческой шкуре.
Сына маркиза Пиннаня от его первой жены звали Ли Муге[3], или Южным Лордом. Он был одет в фиолетовую мантию и также держал веер. На первый взгляд, он казался свободным от грязи смертных забот, словно он был бессмертным, низвергнутым с небес. Но при более пристальном внимание было видно, как он расположил свои пальцы, как цветок лотоса [4] и шел с небольшими быстрыми шагами. Его нежная и сдержанная натура была более женственной, чем у женщин, и ни для кого не секрет, что он был геем.
Появление лордов Севера и Юга вызвало волнение в толпе. Элегантные, свободные и легкие мужчины были ядом для женщин, в то время как нежные и сдержанные мужчины были лучшими доверенными лицами женщин. Оба лорда были довольно высокого класса.
Принцесса Чанпин пригласила немало мужчин на эти собрания, но она никогда не находила этих двоих до сегодняшнего дня. Почему так?
Игнорируя дискуссии, разворачивающиеся вокруг нее, Принцесса Чанпин вопросительно взглянула на Мурон Ванру, на что та ответила двусмысленным взглядом. Они достигли молчаливого понимания, как будто делились секретом. Хань Юньси была сбита с толку, когда она посмотрела на лордов Севера и Юга, чувствуя, что что-то не так. Но она не могла сказать, что это может быть.
Достаточно скоро все прибыли, и собрание началось…
В этом году встреча цветения сливы была представлена чаем из цветущей сливы в качестве основного блюда, наряду с различными оригинальными подходами к тортам, пирожным и напиткам. К сожалению, у большинства людей не было настроения пробовать закуски. Они все смотрели в сторону Хань Юньси, сидящую высоко, со смесью восхищения и зависти. Еще больше хотелось увидеть, как она впадет в немилость. Простолюдинка с неполноценным рождением для всех была унижением для титула «Цинь Ванфэй», но она действительно могла сидеть так спокойно на почетном месте.
Сегодня у них появился шанс ударить по ней, пока она не приняла свою первоначальную форму. Они находили дыры в ее смехотворной гордыне и слепом высокомерии и учили ее уроку: даже если бы она относилась к себе как к луковице, никто бы не выбрал ее для своих соусов! Прежде чем Принцесса Чанпин успела заговорить, кто-то уже достиг своего предела. Этот человек был не кем иным, как младшей дочерью магистрата Совета гражданских служащих, младшей сестрой Леди Сюй Юньжун[5].
Она встала и почтительно сказала: «Ваше Высочество, принцесса, поскольку в этом году слива цветет, почему бы нам не сочинить стихи!»
Сочинить стихи для сливы…
Принцесса Чанпин ждала, когда кто-нибудь заговорит. Она так обрадовалась этому предложению, что встала в восторге. «Мисс Сюй такая изысканная, это хорошая идея!»
-о-
[1] Маркиз Пинбей…Маркиз Пиннань (平北侯) — маркиз Северного и Южного Пина, соответственно. Пин-это образ, который может означать » мир, равенство, уровень.»
[2] Че Джансунь (长孙澈) –Джансунь-фамилия из двух символов, слова вместе также означают «старший внук.»Че» ясный, прозрачный», обычно используется для описания воды.
[3] Ли Муге (禮牧歌) — Ли-распространенная фамилия, также означающая «слива», Муге вместе означает «пастушья песня, мадригал.»
[4] Расположил пальцы, как цветок лотоса (花花指) — женский способ держать руки, обычно встречающийся в классическом китайском танце, в котором четыре пальца выплескиваются, а большой палец подходит к центру ладони, чтобы встретить средний палец. В целом, эффект напоминает лепестки цветка. Иногда называют руками орхидея, или Ланьхуа Чжи (花花指).
[5] Сюй Юньжун (徐云容) — Сюй фамилия означает «медленно, мягко,» Юнь — «облако» и Жун «терпеть, внешний вид, разрешает.»