Взгляд императрицы потемнел и помрачнел от негодования. Но поскольку это был вопрос спасения жизни, другого выбора просто не было. Она спрятала свой гнев и мягко произнесла:
— Юньси, давай так... Ты можешь сказать, что Чанпин болеет, но не про саму болезнь. Раз уж это не что-то хорошее, лучше не распространяться.
— Императрица, моя муфэй — не посторонняя. Естественно, она никому не расскажет, — Хань Юньси была хорошей невесткой, которая тут же встала на защиту свекрови.
Императрица кивнула и стала уговаривать:
— Конечно. Но… так как болезнь принцессы Чанпин может быть заразной, и так как она на её лице, эта незамужняя девочка должна сохранить немного гордости, так ведь?
Хань Юньси выглядела очень понимающей, когда кивала:
— Ченьце понимает. Тогда я скажу, что у Чанпин острая форма болезни, сопровождаемая температурой, и что ей нужно десятисезонная оболочка личинки цикады, чтобы снизить внутренний жар и излечить яд.
— Мммм, именно так. Ты… поедешь сама? — прощупывала императрица. Она уже много уступила, поэтому она ни за что бы ни пожертвовала репутацией, прося что-то у Главной наложницы И. Всё и так уже было плохо!
Если Хань Юньси пойдёт, то всё, что она делала, было бесполезным. Разумеется, она не пошла бы, так что она заговорила серьёзным тоном:
— Мне нужно присматривать за принцессой на случай, если болезнь станет заразной. Уважаемая императрица, неблагоразумно откладывать. Думаю, Вам стоит отправить кого-нибудь вместо меня.
Упоминание "заразная" заставило императрицу снова занервничать. Не имея выбора, она переложила это дела на Гу Бэйюэ. Он не выражал своего мнения, но почтительно отступил, чтобы попросить предмет у дома герцога Цинь. Весь день ситуация была не ясна, особенно когда Гу Бэйюэ не вернулся. Императрица вся на нервах сидела в гостевом зале в то время, как Хань Юньси укрылась на кухне, чтобы создать так называемое противоядие. Она не позволяла кому-нибудь беспокоить её, но она давно украла эти ценные лечебные ингредиенты для себя.
Все ценные предметы и ингредиенты, которые закончились в её резервах, были убраны в хранилище системы очищения яда в то время, как она заменила их несколькими обычными и распространенными ингредиентами, чтобы сварить и смешать их. Прямо сейчас она грелась у печи, размышляя над ситуацией в доме герцога Цинь.
Главная наложница И была убеждена, что она опустила их семью в глазах других, когда её бросили в тюрьмы. Ну что ж, сейчас она дала ей возможность восстановить свою гордость, поэтому она должна быть рада, так? Поскольку именно принцесса Чанпин болела, Главная наложница И не сможет объясниться, если откажется помогать. Хань Юньси была уверена, что Главная императорская наложница сдастся. Мужун Ваньжу ведь будет расстроена, когда её драгоценное приданное заберут? Хань Юньси рассмеялась при этой мысли.
Но даже она не ожидала, что Гу Бэйюэ вернётся с Главной наложницей И на закате!
Это было неожиданностью даже для императрицы, которая заставляла себя улыбаться. Не задавая вопросов, она выхватила инициативу, заговорив первой:
— Главная наложница И, это просто лечебный ингредиент. Чанпин не в силах взять на себя ответственность за причинение неприятностей в тюрьмах!
Прежде чем она успела больше объяснить, Главная наложница И бросила взгляд на Хань Юньси, сидящую в стороне, и ответила:
— Если бы я знала, что это для лечения болезни, я бы не отпустила её. Какие у неё есть навыки? Разве она не делает, что вздумается, и не пишет бессмысленные рецепты? Она не навредит Чанпин?
Хань Юньси ничего не сказала.
Императрица ещё больше разволновалась и поспешила объяснить:
— Как это возможно? Имперский врач Гу следит за всем.
— Имперский врач Гу следит? Тогда пусть он и лечит, это намного безопаснее! — ответила Главная наложница И, глядя на Хань Юньси.
— Эта невежественная и неумелая девчонка лжёт. Если она знала, как лечить болезни, почему её до сих пор называют бесполезным мусором? Несколько дней назад она даже была в тюрьме, так что она может вылечить?
При этих словах императрица помрачнела и глубоко вздохнула. Главная наложница И пришла сюда, чтобы устроить ссору! И всё же, императрица была императрицей, и её самообладание было превосходным. Она только беспомощно вздохнула:
— О, Боги. Пожалуйста, не делайте таких нескромных замечаний, Главная императорская наложница. Кто смеет называть Хань Юньси бесполезным мусором? Я не спущу это им с рук! Ситуация с молодым генералом была недоразумением! Недоразумением! Чанпин уже извинилась за оскорбление, Вы, как старшая, не должны обращать внимание на слова младшего.
Главная наложница И была очень рада услышать эти слова, когда она вопросительно посмотрела на императрицу:
— Теперь, теперь все знают, что плохой характер Чанпин испортили Вы!
Глаза императрицы горели от ярости, но она сдержалась и вежливо приподнялась со стула и полушутя ответила:
— Да, да, это ошибка ченьце. Ченьце просит прощения за свои ошибки у Главной императорской наложницы.
Главная наложница И притворилась взволнованной, когда помогла императрице подняться:
— Что Вы, что Вы... Я просто шутила. Эти дети, они все испорчены и избалованы старшими. Юньси — из нашей семьи, разве я не балую её каждый день?
Увидев, что эти две женщины из гарема обмениваются фальшивыми любезностями — и по Хань Юньси, и по Гу Бэйюэ пробежали мурашки, когда они обменялись взглядами. По крайней мере, Хань Юньси знала, что её дни в доме не будут такими же трудными, как прежде. Главная наложница И, безусловно, очень наслаждалась этим лицемерием до самого сердца!
У неё было и время, и настроение, чтобы сыграть эту поддельную дружбу. Но у императрицы не было этого преимущества, учитывая, что болезнь Чанпин может стать заразной в любое время. Она не хотела тратить время.
— Главная наложница И, врачебные навыки Юньси — не хуже, чем у Имперского врача Гу. Я не знаю, о чём думали другие, говоря, что она — бесполезный мусор. На мой взгляд, вдовствующая императрица верно сказала: герцогу Цинь повезло жениться на Юньси, — императрица была очень искренней.
В прошлом эти слова бы спровоцировали Главную наложницу И, но сейчас они звучали для неё успокаивающе и приятно. Сначала она думала, что было что-то подозрительное, раз Хань Юньси вылечила молодого генерала, но после того, как Имперский врач Гу пришёл в её дом и объяснил ситуацию, она была поражена. Кто ж знал, что врачебные навыки Хань Юньси были настолько хороши? Вдовствующая императрица должна сожалеть, что принудила герцога Цинь жениться на ней! Тем временем императрица поочерёдно извинялась и уговаривала Главную наложницу И, пока её сердце не смягчилось. После стольких лет соперничества с вдовствующей императрицей, прошло много времени, когда она выпустила весь свой гнев. В результате она весело достала десятисезонную оболочку личинки цикады, обошла императрицу и лично отдала её в руки Хань Юньси.