Глава 134. Осуждение. Приложение всех усилий для борьбы.
Контроль Мадам Ли над ее эмоциями был беспрецедентным, но Хань Руосю другое дело. С ее личностью она не должна быть такой беззаботной! Брови Хань Юнси нахмурились, так как Мадам Ли тоже получила возможность высказаться.
«Роусю, ты не должна пачкать достопочтенную ванфэй. Если достопочтенная ванфэй согласилась на это, она однозначно сдержит слово!»
Мадам Ли понятия не имела, что ее дочь давно знала о пари. Но, увидев реакцию Хань Юньси, она не возражала против слов ее дочери. Вне сомнения. Слова Мадам Ли заставили Хань Юньси еще раз нахмуриться.
Как отвратительно. Были ли ее выводы правильными или неправильными?
Сейчас, все смотрели на Хань Юньси, ожидая ответа. В то же время мадам Ли ждала, пока она вздрогнет.
Что выбрала бы Хань Юньси?
Признаться, объяснить или отрицать?
Внезапно Хань Юньси посмотрела на толпу и закричала: «Это правда. У ванфэй и Мисс Люйю действительно есть такое пари. Я прошу, чтобы муфей и все присутствующие здесь были свидетелями!»
Независимо от того, насколько все туманным было вокруг нее, у нее была настойчивость и вера в ее собственный вывод и суждение. Они не могла ошибаться. Она твердо верила, что канистра с листьями чая содержит доказательства яда!
Она играла не только с Му Люйю, но и с Мадам Ли и сама с собой! Ей было плохо от всех этих людей и их лиц. Было бы хорошо заткнуть их всех сейчас!
Никто не ожидал, что Хань Юньси так легко согласится, но Хан Юньси вышла за рамки этого, чтобы повысить свой голос и провозгласить: «Нет необходимости ждать три дня. На результаты этого пари будет дан ответ прямо сейчас!»
Будет дан ответ прямо сейчас?
Боже!
Последовавшего шума было достаточно, чтобы взорвать небо. Никто не понимал, что все это будет развиваться так. Му Люйю даже испугалась, что заставило ее сердце вздрогнуть. Как это возможно? Если Хань Юньси ответит прямо сейчас, почему она не нашла ее немедленно? С личностью Хань Юньси, как она могла так легко ее отпустить?
Нет!
Му Люйю мысленно покачала головой. Хань Юньси должна была соврать, чтобы напугать ее нарочно!
Сердце Мадам Ли колотилось в груди. Она никогда не думала, что Хань Юньси отказалась бы быть избитой в пользу того, чтобы обратно избить сильнее. Если у нее был ответ, откуда он появился? Мадам Ли, наконец, боялась узнать, но, как и прежде, ничего не показывала на своем лице.
Нет!
Она тоже не поверила. Хань Юньси, должно быть загнали в угол, что она была вынуждена говорить ересь. Она пыталась выяснить или напугать Му Люйю.
Несмотря ни на что, она не могла раскрыть себя. Она не позволила Хань Юньси узнать что-нибудь. Хань Юньси не обладала навыками, чтобы обнаружить яд десятитысячной змеи, спрятанный в чайных листьях! Она точно этого не знала!
Теперь, когда Хань Юньси сделала свой выбор, она, наконец, смогла взглянуть Мадам Ли в глаза. Это был момент риска всем. В любом случае, оставалось всего три дня. Если бы эти мать и дочь не были виновниками, ей пришлось бы начать ее расследование заново. Три дня для этого было мало. Вместо того, чтобы позволить Му Люйю злорадствовать, или позволить Мурон Ванру и Великой наложнице И бросать в нее камни после того, как она упала в колодец, она могла бы снова сразиться со всеми!
Сердце мадам Ли снова забилось, когда Хань Юньси посмотрела ей в глаза. Их глаза встретились посреди всего хаоса, но обе они молчали. Между ними возникла напряженность. Внезапно Мурон Ванру схватила Хань Юньси за руку, притворяясь, что в восторге от новостей.
«Невестка, у тебя есть результаты сейчас? В таком случае ты должно быть нашла подозреваемого? Это здорово, скорее скажи нам, чтобы ты не проиграла!»
Эти слова послужили напоминанием Му Люйю, которая поспешила добавить: «Если это так, то пусть ванфэй представит доказательства и раскроет подозреваемого! Все мы выслушаем с большим вниманием!»
Хань Юньси оглянулась с суженными глазами и ответила без малейшего колебания. «Отлично! Слушайте все внимательно!»
Увидев ее уверенность, непоколебимая Му Люйю почувствовала неопределенность. Но поскольку она уже вошла во вкус, она не могла отступить. Она стиснула зубы и громко ответила: «Скажи нам!».
В последующем молчании их два голоса были исключительно четкими. Даже кто-то издалека мог их услышать. Все в толпе сосредоточились на Хань Юньси, как нервничая, так и выжидая. Воздух вокруг них, казалось, накалился до критической точки. Но как только Хань Юньси собиралась упомянуть о чайных листьях, еще один звук прорвался сквозь толпу, приземляясь между Хань Юньси и Му Люйю. Это был не кто иной как Му Цинву.
Даже Му Цинву появился. Как жертва дела, он действительно должен был появиться. Му Люйю тут же схватилась за руку Му Цинву.
«Брат, достопочтенная ванфэй говорит, что она уже нашла истинного преступника. Ты должен внимательно послушать и узнать, кто тебе причинил боль».
Му Цинву больше всех знал по этому вопросу, относительно чайных листьев. Хань Юньси подумала, что он должен быть здесь по приказу арестовать Мадам Ли и ее дочь.
«Молодой генерал, по поводу виновника …» Хань Юньси собиралась сказать, когда Му Цинву прервал ее.
«Достопочтенная ванфэй, детали истинного виновника чрезвычайно важны и будут иметь далеко идущие последствия. Нельзя обсуждать такие вопросы публично».
Му Цинву слышал, как эти двое спорят издалека, достаточно, чтобы он разозлился. Они не смогли найти яд в этой канистре из чайных листьев. Без доказательств герцог Цинь не мог двигаться, чтобы арестовать подозреваемых! Несмотря на это, Мадам Ли и ее дочь были больше всех подозреваемыми. Выявление чайных листьев в этот момент только поразило бы мадам Ли и затруднило бы дальнейшее расследование. Тем не менее, Хань Юньси не поняла смысла слов Му Цинву. Она возмутилась. Не может быть, что этот человек теперь планирует защищать свою сестренку? Он пообещал, что будет беспристрастно обращаться с делами!
Му Люйю была очень довольна. Никто больше не понимал ее старшего брата лучше, чем она сама. Они играли вместе с юности. Если он так говорил, значит, он пытался защитить Цинь Ванфэй. Другими словами, они еще не нашли истинного преступника.
Отлично!
Хань Юньси, тебе будет тяжело летать сейчас, даже если ты воткнешь в себя крылья!
«Брат, случай подозреваемого уже был обнародован. Не нужно ничего скрывать, поэтому лучше дать каждому объяснение, которое может облегчить беспокойство людей. В противном случае все в столице будут как на иголках. Это нехорошо!» — громко сказала Му Люйю.
«Что ты знаешь? Заткнись!»— строго поругал Му Цинву.
«Брат, ты пытаешься защитить достопочтенную ванфэй? Несмотря на то, что она спасла ранее, доброта — это одно, а ставка — другое. Ты не путай это!» Му Люйю все еще была очень громкой, как тот, кто отказывался отпустить после укуса.
Взволнованный Му Цинву просто прибег к ее осуждениюю
«Не говори глупости и возвращайся домой!»
Увидев это, Хань Юньси сразу поняла, что что-то не так. К настоящему времени Чу Сифэну также удалось поймать ухо Хань Юньси. «Достопочтенная ванфэй, все плохо. В чайных листьях нет яда!»
Лицо Хань Юньси побледнело от этих слов. Нет яда? Как … как это могло быть?
Неужели она действительно ошибалась? Неужели она действительно проиграет пари?
Нет, она не верила в это, как это возможно?
«Вы уверены?» спросила Хань Юньси тихим голосом.
«Абсолютно. Прежде чем Его Высочество вернулся с вами, он уже нашел около 10 экспертов по ядам, чтобы осмотреть его. Именно тогда Его Высочество лично выбрал другого эксперта по ядам, чтобы проверить, но никто из них не нашел яд! Как сейчас обстоят дела, лучше не оповещать Мадам Ли, пока мы не проведем дальнейшие расследования».
Чу Сифэн небрежно взглянул на мадам Ли и ее дочь, его голос был очень низким. Тем не менее Хань Юньси услышала каждое слово, ее сердце медленно упало в пятки.
«Брат, как ты можешь так поступать? Почему ты злишься? Есть что-то, что ты пытаешься скрыть? Достопочтенная ванфэй сказала, что мы можем объявить результаты. Никто не заставляет ее, так что, она теперь не сдержала свое слово?»
Му Люйю отодвинула Му Цинву в сторону, чтобы подойти к Хань Юньси. «Достопочтенная ванфэй, скорее расскажи! Никто не заставлял тебя тогда, верно?»
С этим поворотом событий умные люди могли понять, что происходит. Сначала набросилась Великая наложница И.
«Хань Юньси, члены владения герцога Цинь, всегда так же хороши, как и их слово. Ты на самом деле не собираешься отказываться от своего обещания?»
Даже Великая наложница И так говорила. Кому еще нужно было бояться причинить Хань Юньси трудности сейчас? Все люди, которые любили бросать камни после нее в колодец, присутствовали.
«Муфей, как же невестка может быть таким человеком? Невестка может раскрыть преступника. Невестка, скорее, расскажи?»
Голос Мурон Ванру был «приятным» на слух.
Хань Руосю тоже была нетерпелива. «Правильно, сестра, почему ты не говоришь? Ты не… не пытаешься просто напугать людей, не так ли?»
Взволнованная Мадам Ли наконец оправилась. Она не говорила, но холодно посмотрела на Хань Юньси, которая, казалось, находилась в трудном положении. Эта молодая девушка все еще была слишком нежной, чтобы сражаться против нее. Ее яд не так-то просто отследить!
Против этой атаки со всех сторон Му Цинву и Чу Сифэн были оба озабочены. Конечно, они знали, что достопочтенная ванфэй не может выйти из сложной ситуации. Но даже так, она должна была выйти!
Было бы лучше, если бы достопочтенная ванфэй и Му Люйю отступили на шаг, прежде чем они поставили г-жу Ли на стражу. У Му Цинву была эта идея, когда он утащил Му Люйю в сторону, чтобы напомнить ей о серьезности дела в отношении шпиона. В то же время Мурон Ванру посмотрела на некоторых людей в толпе, подталкивая их говорить.
«Все смотрите, ванфэй не выполняет обещание!»
«Если ты не нашла преступника, не выставляй напоказ свои навыки здесь! Осталось еще три дня до ставки, что с этим хвастаться! Если у тебя нет возможности, не действуй напоказ!»
«Я никогда не понимала, что она такая женщина. Так много для легендарных медицинских навыков, это, вероятно, все ложные слухи. Я говорю, что она просто наглая».
«Айя, это не похоже на то, что мы не знаем, что она наглая. Разве мы все не видели? В день ее свадьбы, хе-хе …»
… …
Такое издевательство разозлило и Чу Сифэна, и Му Цинву. Последний оттащил Му Люйю одной рукой, тогда как его другой превратился в кулак, слишком безумный, чтобы говорить. Все это время Хань Юньси стояла, опасно молча! Это ее не первый раз, когда за ней наблюдала и смеялась толпа. Но на этот раз разница заключалась в том, что она действительно объявила, что обнародует результаты, когда найдет настоящего подозреваемого.
И все же…
Она была неправа и проиграла …
Но! С каких это пор она когда-либо допускала поражение?
Всевозможные насмешливые слова доходили до ее ушей, но все, что слышала Хань Юньси, было единственным одиноким голосом, который исходил из глубины ее сердца: я не допущу поражения!
Даже если бы она проиграла, она только проиграла, будучи искренне убежденной. Прямо сейчас у нее не было настроения говорить, что она проиграла. Ее сердце было еще менее склонным!
В чайных листьях не было яда, не так ли?
Очень хорошо, она не проверяла их лично. У нее еще не было возможности взглянуть на них, так почему бы ей сказать, что нет яда? Хотя было просто проверить яд в чае и не делать ошибки, на этот раз она не была убеждена в результатах. Внезапно Хань Юньси подняла голову, чтобы посмотреть на смотрящую толпу и их насмешливые выражения. Она с презрительным взглядом подняла подбородок и провозгласила:
«Настоящий отравитель среди нас, у ванфэй есть чайные листья в качестве доказательств!»