Когда её промахи были выстелены на показ перед толпой, Му Лююэ осталась в недоумении.
— Ты… я волновалась за безопасность старшего брата. В этой ситуации, кто знает, были ли у тебя хорошие намерения… женщина, вроде тебя, не должна держать незначительные обиды!
— Упрямая девчонка, почему ты ещё не закрыла свой рот!
Из-за жёсткого "фью!" оставшиеся слова Му Лююэ застряли в глотке.
— А… отец! Ты ударил меня! — порез появился на её руке, где ударил кнут, обнажённая плоть показала более глубокую рану, чем у Хань Юньси.
Гнев Генерала Му достиг самих небес.
— Верно, я ударил именно тебя! Такая молодая и уже настолько порочная! Цинь ванфэй пришла с искренним намерением помочь, но твои домыслы и предположения тормозили её на каждом шагу! Ты почти потеряла своего брата, разве не должен я бить такую строптивую девчонку!?
Говоря, он снова взмахнул хлыстом, добавив ещё один кровавый рубец на коже Су Лююэ. Испугавшаяся девушка прикрыла голову руками, проливая горькие слёзы.
— Не бей меня! Отец… Я знаю, что была не права! Плак, плак… Я больше никогда так не поступлю! Никогда!
Генерал Му отбросил хлыст и встал на колени перед Хань Юньси.
— Уважаемая ванфэй, этот старый офицер благодарит Вас за спасение сына! — его голова сильно стукнула по земле, когда он пал ниц.
— Именно я возложил вину на Вас, преступление заслуживает наказания! Прошу герцога Цинь и Цинь ванфэй наказать меня!
Этот грубый старик был варварским и простодушным, но при этом был открытым человеком. Он признал свои ошибки вместо того, чтобы сыпать множеством оправданий, как Представитель северного суда и Му Лююэ. Но это не снимало с него вины, когда он стал главной причиной всего этого хаоса! Хань Юньси не была настолько сострадательной.
Заметив, что Лон Фэйе не шелохнулся, Хань Юньси решила взять слово вместо него:
— Генерал Му, за Вашими плечами — столько лет жизни. Вы съели больше соли, чем моё поколение — рис, так почему же Вы не смогли ясно отличить, что правильно, а что нет?
Фраза "отличить, что правильно, а что нет" была явным ударом в сторону принцессы Чанпин и Му Лююэ. Сердитая принцесса стиснула кулаки и хотела возразить, но не могла, потому что Хань Юньси не упоминала никаких имён.
Генерал Му только кивнул:
— Я был бестолковым, бестолковым!
— В будущем Вы должны ясным взглядом наблюдать за людьми и ситуациями. Вы — человек с высокими моральными ценностями и сильной репутацией, поэтому эта ванфэй не накажет Вас. Мне просто хотелось бы, чтобы Вы запомнили, что я — не бесполезный мусор.
При этих словах глаза Лон Фэйе потемнели.
Эта женщина была довольно умна. Случай с Генералом Му был другим, чем у Представителя северного суда. Он был командующим императорской армии! И более того, он не сообщал о Хань Юньси судам или же не запирал её в тюрьме. Уже неплохо, что она сделала ему выговор. Как они могли подвергнуть его наказанию? Таким образом, Хань Юньси сохранила доброе имя генерала.
Семья Му теперь в долгу перед ней из-за этого.
— Конечно! Этот старый офицер обязательно подчинится, — признательность мелькнула в глазах Генерала Му, когда он охотно согласился.
После Хань Юньси перевела взгляд на принцессу Чанпин. С самого начала все мучения и гонения, от которых она пострадала, были делом рук этой коварной принцессы. Если она не преподаст ей урок, то она не сможет успокоить возмущения в своём сердце. Но наказывать принцессу не могла какая-то имперская тётя, вроде неё. Она взглянула на Лон Фэйе и задумалась: "Эта гигантская ледышка, интересно, скажет ли он несколько слов в мою защиту."
Принцесса Чанпин тоже украдкой глянула на Лон Фэйе. Видя, что его выражение лица выглядит довольно неприятным, она заволновалась внутри, так что... она подошла выразить своё почтение.
— Императорский дядя Цинь, Чанпин беспокоилась о Цинъу геге. Вот почему я растерялась, прислушалась к клевете и стала причиной, по которой Представитель северного суда вызвал проблемы. Простите меня на этот раз, хорошо?
— Той, кто пострадала, была твоя императорская тётя, а не я, — холодно произнёс Лон Фэйе.
Такие слова превзошли ожидания Хань Юньси. Этот парень пришёл, что было правдой, но отказался от вмешательства в этот вопрос. Кто мог сказать, о чём он думал, ведя себя так двусмысленно? Гигантская ледышка спас её ради престижа дома герцога Цинь и ради его противоядия. Это Хань Юньси ясно осознавала.
Принцесса Чанпин совсем не могла понять его, но и поверить не могла, что Императорский дядя Цинь пришёл ради Хань Юньси. Должно быть, он здесь, чтобы сохранить достоинство дома герцога Цинь. Перед ним она не решалась на действия. Даже если она таила тысячи обид в себе, она всё равно склонила голову.
— Императорская тётя, Чанпин обидела Вас…
Её извинения звучали, как комариное жужжание. Она была слишком недовольна развитием событий, поэтому стиснула кулаки в рукавах своего одеяния настолько сильно, что оставила следы от ногтей на коже. Сегодня она была полностью опозорена. Взглянув на Му Цинъу, она только обнаружила, что Цинъу геге с сильным отвращением смотрит на неё. Принцесса Чанпин почти сошла с ума от ярости. В глубине души она затаила злобу. "Хань Юньси, всё из-за тебя, ты — отвратительна. Тебе повезло в этот раз, но в следующий этого не произойдёт!"
В этот момент Му Цинъу, держась за рану, опустился на колени.
— Большое спасибо Вашему святейшеству герцогу Цинь и Цинь ванфэй за спасение моей жизни!
Хань Юньси поспешно протянула руку:
— Молодой генерал, Ваша рана ещё не зажила. Быстрее встаньте, если порез снова откроется, вам придётся пролежать в кровати еще 8-10 дней!
Му Цинъу не посмел принять помощь Хань Юньси, и торопливо поклонился. На самом деле он очень хотел, чтобы у него было больше времени на разговор с этой женщиной, прежде чем они открыли дверь. Когда он увидел, как она одна вошла в дом герцога Цинь, то уже знал, что она была другой! Тем не менее его рана была слишком серьёзной. Как только он увернулся, перед его глазами помутнело, и он упал на Хань Юньси.
— Цинъу геге! — вскрикнула принцесса Чанпин, бросившись к Му Цинъу. Он уже ослаб и вскоре потерял сознание. Принцесса Чанпин посмотрела на Хань Юньси с выражением, полным злобы.
— Хань Юньси… почему Цинъу геге снова упал в обморок, ты что-то сделала с ним?
Хань Юньси проигнорировала её и подозвала Генерала Му для помощи, чтобы он помог Му Цинъу вернуться в кровать. Затем она измерила пульс и сказала:
— После того, как он пробыл без сознания столько дней, у него недостаточно сил. Пусть он отдохнёт, а когда проснётся, дайте ему немного рисового отвара. Ему можно начинать принимать тонизирующие средства только через три дня, но делайте всё постепенно, шаг за шагом, и не слишком усердствуйте.