Щёлк.
Когда Чхонсон вернулся в медпункт вместе с Аделией, он почувствовал глубокое сожаление.
Всего мгновение назад движение тела и активность приносили освежающее чувство. Двигаться было определённо лучше, чем неподвижно оставаться в медпункте. Но если бы кто-то спросил, удовлетворён ли он только таким уровнем активности, Чхонсон ответил бы "нет".
'Ещё бы немного...'
Он мог двигать телом, но большего ему не позволяли.
...Хотя разум понимал ситуацию, затяжное чувство сожаления продолжало кружить в его сердце.
Он знал, что отдых важен. Но он смутно чувствовал, что его тело уже вернулось в нормальное состояние.
В таком состоянии он мог бы возобновить тренировки и даже немного поднажать...
По сравнению с тренировками, которые он делал раньше, то, что он только что совершил, было не более чем лёгкой разминкой.
"Студент Хан Чхонсон. Я заварю нам немного чая. Пожалуйста, отдохни немного."
"...Да, Инструктор."
Ответив естественным образом, он обнаружил, что наблюдает за Аделией, пока она постепенно удалялась.
Определённо стоило быть благодарным за то, что такой инструктор, как она, уделяла столько внимания простому студенту, как он.
Он чувствовал, что простого "спасибо" недостаточно за то, как сильно она заботилась о нём самыми разными способами.
На самом деле... не будет преувеличением сказать, что Аделия спасла ему жизнь.
Но.
Чхонсон осознал, насколько непостоянным может быть человеческое сердце.
Потому что теперь он хотел ещё большего.
Шорох.
Медленно садясь на больничную койку... он издал тихий вздох.
'Интересно, смогу ли я как-нибудь убедить Аделию.'
Он знал, что его чувства вернулись не полностью. Он также знал, что ему нужно оставаться в медпункте для реабилитационной терапии.
Но... проводить день вот так казалось пустой тратой времени.
Реабилитационная терапия и физические упражнения занимали бы, с его точки зрения, максимум два часа.
Тогда остальное время можно было бы проводить как другие студенты, посещая лекции или занимаясь чем-то ещё...
"Кстати говоря, в следующий раз мне следует запастись большим разнообразием чая. Лично я больше всего люблю чёрный чай, так что у меня есть только он, но студенты могут предпочесть что-то другое."
"А. Мне подходит любой чай."
"Ты говоришь это просто из вежливости, студент Хан Чхонсон?"
Когда она посмотрела на него с нежной улыбкой, я улыбнулся в ответ... но мои мысли стали глубже.
— Я хочу убедить Аделию.
С тех пор как я пришёл в сознание, я был очень осторожен в своих действиях в течение нескольких дней. Но буквально на прошлой неделе я жил жизнью, где каждый день, час, минута и секунда были драгоценны.
Но теперь, когда приходилось проводить большую часть дня вот так, отдыхая, разрыв был настолько велик, что я не мог к нему приспособиться.
Грохот.
Когда Аделия подошла ко мне с чаем на мобильном подносе, я посмотрел на неё, медленно упорядочивая свои мысли.
"Студент Хан Чхонсон. О чём ты так глубоко задумался?"
"Просто... кажется странным проводить дни вот так."
Когда я неловко заговорил, Аделия приподняла уголки губ и медленно протянула мне чашку чая.
Стук.
"Странным... я вполне могу это понять. Но в твоём случае, раз ты не отдыхал должным образом по выходным, не мог бы ты подумать о сегодняшнем дне как о полноценном дне отдыха?"
"В будний день, вы имеете в виду?"
"Да. Тебе нужно восстановиться, и ты ведь не отдыхаешь без причины. Студент Хан Чхонсон, ты был тяжело ранен, пытаясь защитить студентку Кариэт от Апостола, и сейчас поправляешься. Кто что скажет об этом? Даже я, как твой инструктор, говорю, что тебе полезно отдохнуть."
Когда Аделия медленно наклонила свою чашку, я тоже неловко поднял свою.
...Глоток.
Пробуя горький чёрный чай без каких-либо добавок, я перевёл взгляд на Аделию.
'Её будет трудно убедить.'
Хотя я только что сделал лишь лёгкое замечание, Аделия уже отвечала аргументами о том, почему мне правильно отдыхать.
Почти казалось... что она знала, что я пытаюсь сказать.
Дзинь.
Когда мы оба одновременно поставили чашки, Аделия внезапно улыбнулась.
"Что не так? Чувствуешь небольшое беспокойство прямо сейчас?"
...Когда она спросила об этом, словно видя мои мысли насквозь, я заколебался, прежде чем кивнуть.
"Да. Честно говоря, хотя моё тело ещё не полностью исцелено, я чувствую, что мог бы вернуться к обычному распорядку."
Я подумал, что она даёт мне шанс высказаться честно, поэтому раскрыл свои истинные чувства. Но я тут же пожалел о том, что заговорил.
"Хм..."
Аделия опустила глаза и пристально посмотрела на меня со странным звуком, который задел меня сильнее, чем любые слова.
Это было похоже на странную провокацию, как будто она подначивала меня сказать больше, если я смогу.
Поэтому я быстро передумал.
"...Конечно, Инструктор Аделия. Я тоже думаю, что отдых — лучшее для меня сейчас."
"Вот как? В самом деле, студент Хан Чхонсон довольно умён. Я рада, что ты так хорошо понимаешь свою ситуацию. Я как раз собиралась... сказать что-нибудь резкое."
Когда она ласково улыбнулась своими прекрасными глазами, я почувствовал, что за её словами скрыт подтекст.
'Если бы я сказал, что хочу тренироваться...'
Глоток.
Я сглотнул и снова взял чашку.
К счастью, я немедленно оставил эту мысль.
Тук-тук.
При внезапном стуке в дверь Аделия нахмурилась и кивнула.
"Пожалуйста, наслаждайся чаем. Я скоро вернусь."
"Да, Инструктор."
Когда Аделия задёрнула занавеску, чтобы закрыть меня, и ушла, я издал неглубокий вздох.
...Я внезапно почувствовал сильное напряжение, а затем мгновенное облегчение.
"Это время не так уж плохо."
Я не мог по-настоящему сказать, что время, проведённое в медпункте, было плохим.
Это было время для восстановления моего тела. И, вольно или невольно, я проводил много времени с такой красавицей, как Аделия, беседуя с ней и получая её внимание, как сейчас.
На самом деле, как мужчина, я не мог отрицать, что мне приятно получать внимание от красивой женщины с хорошей фигурой, такой как Аделия.
Чем любезнее она со мной обращалась, тем больше мне порой хотелось положиться на её доброту.
Честно говоря... бывали моменты, когда моё сердце искушала её чувственная фигура.
"Но интересно, нормально ли так комфортно отдыхать."
Пока я продолжал бормотать себе под нос, вырвался короткий смешок.
Буквально на прошлой неделе я проводил время в огромном напряжении из-за беспокойства о Кариэт, неуверенности в будущем, чувства кризиса, бдительности и так далее...
На самом деле, до встречи с Кариэт я усердно тренировался, поэтому никогда не оставлял своё тело без дела на такой долгий период.
Я пытался двигаться вперёд, доводя своё тело до предела.
Я старался не останавливаться ни на мгновение.
После поступления в академию я жил без минуты отдыха, почти так, словно хлестал себя ещё сильнее.
Шорох.
Когда занавеску внезапно отодвинули, мои мысли оборвались.
Там стояла Кариэт вместе с Аделией.
"Кариэт?"
"Я пришла проверить, как ты."
Когда Кариэт ответила на мои слова яркой улыбкой, я тупо кивнул.
К заметно более яркому лицу Кариэт всё ещё было... трудно привыкнуть.
'Была ли Кариэт всегда такой хорошенькой?'
Я знал, что выражение лица человека сильно влияет на впечатление, но трансформация Кариэт, казалось, полностью выходила за эти рамки.
...Это ощущалось как полная перемена на 180 градусов.
"Тогда я выйду на минутку. Вы двое студентов можете поговорить."
"Спасибо, Инструктор Аделия."
Поклон. Когда Кариэт склонила голову в знак благодарности, Аделия благосклонно улыбнулась, убрала чашку и ушла.
Шорох.
Когда занавеску снова задёрнули, я естественным образом оказался лицом к Кариэт.
Было неловко сидеть и смотреть на неё вот так, а не лежать на больничной койке, как раньше.
"Ты пришла в медпункт сразу после окончания лекции?"
"Да. Я просто хотела снова проверить твоё состояние, Хан Чхонсон. Итак, как ты себя чувствуешь сейчас?"
Когда Кариэт села рядом со мной с ярким голосом, я слегка поднял руку, чтобы показать ей.
"Я уже почти совсем в порядке. У меня всё ещё есть некоторое онемение, но я думаю, что оно пройдёт через несколько дней."
Я помахал рукой, чтобы показать, что со мной всё хорошо.
"Я так рада, что тебе лучше. Но Хан Чхонсон, каково это — не чувствовать ничего?"
Видя осторожное выражение лица Кариэт, я машинально протянул руку.
"Хочешь подержать меня за руку?"
"...А?"
Видя её удивлённое выражение при моих внезапных словах, я протянул руку дальше.
"Давай."
При моих повторных словах Кариэт взяла меня за руку с сомнением на лице. Ощущение отчётливо чувствовалось.
Однако в некоторых местах, где наши руки соприкасались, я не мог чувствовать её руку.
"Сейчас ты держишь меня за руку вот так. Но я не могу полностью чувствовать твою руку, держащую мою."
"Тогда... ты всё ещё в тяжёлом состоянии?"
Когда она спросила об этом с глубоко обеспокоенным выражением лица, я не смог сдержать смех.
"Об этом не стоит так серьёзно беспокоиться. Я просто имею в виду, что у меня частичное онемение. Но сейчас всё гораздо лучше. Несколько дней назад я едва чувствовал больше половины своей руки, даже когда её держала Инструктор Аделия."
"Больше половины..."
Пока беспокойство продолжало наполнять глаза Кариэт, я нежно сжал её руку, которая держала мою.
"А!"
Увидев, что Кариэт вздрогнула, я невольно рассмеялся.
'Правда забавно, кто о ком беспокоится.'
Текущая ситуация была для меня поистине забавной.
Буквально на прошлой неделе я всегда беспокоился о состоянии Кариэт и должен был заботиться о ней.
Но теперь всё полностью перевернулось.
Кариэт вот так беспокоилась обо мне. И мне не очень хотелось видеть это выражение.
Я хотел, чтобы у человека было спокойное лицо, а не такое обеспокоенное из-за меня.
Особенно если этим человеком была Кариэт.
"Кариэт."
Когда я медленно позвал её по имени, она встретилась со мной взглядом и тупо кивнула.
"Да..."
"Ты стала действительно хорошенькой. Ты знала об этом?"
"Я... стала хорошенькой?"
"Да, я был очень удивлён, когда увидел тебя только что. Твоё лицо так посветлело, и ты кажешься раз в десять симпатичнее, чем когда я видел тебя на прошлой неделе. Ты даже не представляешь, как я был удивлён."
Пока я продолжал делать ей комплименты, взгляд Кариэт сильно задрожал.
Она избегала моего взгляда, словно смущённая моими словами. Я нашёл это странно милым.
"Значит... ты больше не чувствуешь тревоги или чего-то в этом роде, верно?"
Когда я спросил с некой уверенностью, Кариэт медленно кивнула.
"Она сильно уменьшилась."
"...Сильно."
"Да. В эти дни мне с трудом верится, что я могу жить такой мирной повседневной жизнью. Она ещё не исчезла полностью, но даже это делает меня такой счастливой..."
Пока она осторожно выражала свои чувства... моё сердце мгновенно наполнилось удовлетворением.
'Вмешательство Летейи значительно уменьшилось.'
Самым важным результатом было то, что я защитил Кариэт, но я думал, что почти уничтожил аватар Летейи в процессе.
Когда мы оба рухнули, словно взаимно уничтожив друг друга, я был уверен, что сила Летейи сильно уменьшилась.
Даже если я не мог убить основное тело Летейи, Летейя была одним из Апостолов, которые вложили огромную силу в свой аватар.
Простое уменьшение силы аватара было сильным ударом для Летейи.
'Это действительно удачно.'
И это означало, что влияние Летейи на Кариэт также значительно сократилось.
"Извините... Студент Хан Чхонсон?"
Внезапно из-за занавески послышался голос Аделии, и я ответил, гадая, в чём дело.
"Да, Инструктор."
"...Ты знаешь студентку по имени Глейсия?"
"Что?"
Почему вдруг...
Почему из её уст прозвучало имя Глейсии?