Онлайн чтение книги Я стал мафией в Академии I Become a Mafia in the Academy
1 - 128

"Кариэт. Это..."

Хвать!

Когда Чхонсон уже собирался продолжить говорить, Кариэт схватила его за руку, но не смогла пойти дальше.

"..."

Когда Чхонсон замолчал и посмотрел на свою захваченную руку, Кариэт тоже на мгновение замерла.

Когда их взгляды неловко встретились, Кариэт осторожно отпустила его руку и сконфуженно улыбнулась.

"Хан Чхонсон. Ну, я... теперь тоже твой друг. Я не могу вести себя с тобой так, как только что сделала Глейсия, но я хочу быть столь же полезной..."

Пока щёки Кариэт краснели, когда она пыталась преуменьшить значимость своего внезапного поступка, Чхонсон мог лишь неловко кивнуть.

...И в очередной раз Чхонсон кое-что осознал из поведения Кариэт.

Что смущённая, неловкая Кариэт перед ним демонстрировала совершенно нормальную реакцию для девушки.

Напротив, было более необычно хватать кого-то за руку или обнимать только потому, что вы друзья, как это сделала Глейсия.

"Просто сказав это, Кариэт. Я уже очень благодарен."

Когда Чхонсон ответил более мягко, Кариэт кивнула со своим покрасневшим лицом.

"...Да."

Когда она полностью опустила голову, избегая даже взгляда Чхонсона, Чхонсон вместо этого повернулся, чтобы посмотреть на Глейсию.

Он передал свой смысл одним лишь взглядом.

На его взгляд, который, казалось, спрашивал, неужели она ничего не чувствует, видя Кариэт такой, Глейсия невинно встретилась с ним глазами и прищурилась.

"Почему ты так на меня смотришь?"

Поскольку она ответила так, будто ей неприятен его взгляд, Чхонсон ухмыльнулся и покачал головой.

"Ничего. Я просто подумал, что ты можешь что-то почувствовать, наблюдая за Кариэт... Я верю, что нынешнее поведение Кариэт — это то, что уместно в настоящей дружбе."

Когда Чхонсон тонко сменил тему и намекнул на свой смысл, Глейсия моргнула несколько раз, прежде чем внезапно заговорить.

"Хан Чхонсон."

"...Да."

Чхонсон заколебался от холодного голоса Глейсии.

"Ты думаешь, я обняла тебя импульсивно?"

Затем она бросила совершенно неожиданную реплику, заставив Чхонсона удивлённо моргнуть, на мгновение забыв, что сказать.

Прямая манера речи Глейсии удивляла Чхонсона каждый раз, несмотря на то, что они провели вместе немало времени.

И если даже Чхонсон был так удивлён, то для тех, кто за ними наблюдал, это было не чем иным, как шоком.

"Нет..."

"Нынешние студенты действительно раскованны."

Это была серия сюрпризов для Кариэт и Аделии, которые смотрели с открытыми ртами.

Запоздало осознав взгляды двух женщин, Чхонсон заговорил очень осторожно.

"Э-э, Глейсия. Я определённо думаю, что ты обняла меня с добрыми намерениями. Я искренне благодарен за этот поступок. Я не хочу говорить, что твоё поведение было неправильным."

"...Тогда почему ты только что так со мной разговаривал?"

От несколько обиженного тона Глейсии, Чхонсон на мгновение замялся.

В голове пронеслось бесчисленное множество возможных ответов.

Что для друзей странно вести себя подобным образом, или что дружба между противоположными полами требует более осторожного поведения, и так далее...

Многое другое пришло на ум, но Чхонсон сосредоточился на выражении лица Глейсии, когда она смотрела на него.

'Даже от одних этих слов она выглядит такой обиженной.'

Он инстинктивно почувствовал, что если заговорит так же прямо, как Глейсия, она почувствует себя глубоко уязвлённой.

Поэтому, размышляя о том, как сформулировать это так, чтобы Глейсия могла лучше это принять, Чхонсон медленно начал говорить.

"Глейсия. Ты и я... прежде чем стать друзьями, мы ведь мужчина и женщина, верно?"

Он передал своё сообщение так, чтобы его мог понять любой.

"Верно. И что с того?"

"Тогда существуют явно разные виды дружбы. Самая обычная дружба — между людьми одного пола. Даже её можно разделить на дружбу между мужчинами и дружбу между женщинами, где много различий. Например, даже мелкие шутки у мужчин и женщин отличаются, верно? Ты это понимаешь?"

Объясняя всё очень медленно, Чхонсон внутренне подумал, что его слова звучат несколько нелепо.

...Как часто ему придётся объяснять концепцию дружбы кому-то так подробно? Сам факт того, что он почувствовал необходимость объяснить это, был первым в случае с Глейсией.

Забавно, но теперь он оказался в положении человека, объясняющего концепцию дружбы другу.

"Я... знаю это. Я понимаю, что дружба между мужчинами и дружба между женщинами различаются."

"Это... верно. Глейсия хорошо знает."

Говоря спокойно, Чхонсон чуть не ляпнул что-то другое.

Действительно ли она понимает концепцию дружбы должным образом.

Но подумав, что Глейсии может быть неловко в присутствии других, Чхонсон осторожно сменил слова.

"Тогда я думаю, что дружба между противоположными полами, как у нас, отличается от обычной дружбы. Я имею в виду слова и действия, которые нам следует предпринимать. Конечно, в широком смысле мы всё ещё друзья, но что касается поведения, я думаю, нам стоит быть немного осторожнее. Опять же, я не считаю, что твоё поведение было плохим, Глейсия. Но учитывая то, как другие могут нас видеть, они могут неправильно понять."

После того как Чхонсон объяснил ситуацию весьма окольными путями, Глейсия молчала, поджав губы.

"..."

И она посмотрела на Чхонсона загадочным взглядом.

Из этого обмена мнениями двое других могли в какой-то мере понять отношения между ними.

— Друзья.

Что они просто друзья, которым всё ещё неловко друг с другом.

Кариэт вздохнула с облегчением, что они не так близки, как она думала, в то время как Аделия, наоборот, слабо улыбнулась при виде них.

Это была светлая улыбка, как будто она находила этих студентов, обменивающихся такими словами, милыми.

"Хан Чхонсон. Я думаю, я могу... в какой-то степени понять."

Когда Глейсия наконец заговорила после раздумий, Чхонсон ярко улыбнулся.

"Правда? Это облегчение. Спасибо большое, что правильно поняла мои слова."

Его улыбка была улыбкой облегчения, он думал, что больше не будет таких неловких ситуаций, как раньше, но это длилось недолго.

Глейсия, глядя на Чхонсона, продолжила странным тоном.

"Но Хан Чхонсон. Ты ясно сказал мне, что всё в порядке."

"...А?"

На это неожиданное заявление Чхонсон ответил непонимающе, и двое наблюдателей тоже были удивлены.

...Они думали, что Глейсия просто согласится, если поймёт, но её настрой, когда она продолжила говорить, совсем не производил такого впечатления.

Казалось, ей есть что сказать ещё. И под их взглядами Глейсия издала редкий, слабый вздох.

"Ха-а..."

От этого неожиданного вздоха Чхонсон бессознательно сглотнул.

Несмотря на мысли о том, что он сказал правильные вещи и хорошо справился, ситуация, казалось, принимала ещё более странный оборот.

И снова в груди Чхонсона зазвенела странная тревога.

Что-то, хотя он и не знал что, шло серьёзно не так.

Разговор, который, как он думал, закончится полюбовно, теперь вызывал у него странное чувство кризиса.

Чхонсон поспешно продолжил, в отличие от прежнего.

"П-подожди! Глейсия."

"...Что."

Когда Глейсия ответила с выражением лица, которое любой узнал бы как холодное, Чхонсон немедленно встал.

"Может, нам выйти наружу, чтобы поговорить? Я думаю, что такой частный разговор в присутствии других может быть смущающим для нас обоих."

Явно осознавая присутствие Кариэт и Аделии, он заговорил, и Глейсия слегка прищурилась, прежде чем кивнуть.

"Да. Я думаю, это правильно."

Поскольку их мнения необычным образом совпали, Чхонсон быстро посмотрел на двух других.

"Инструктор Аделия, извините нас на минуту. Я поговорю с Глейсией снаружи."

"Вы можете просто поговорить здесь."

Хотя Аделия бесстыдно предложила им продолжить разговор там, Чхонсон неловко улыбнулся и покачал головой.

"Мы поговорим прямо за дверью. Нет причин для беспокойства."

"Ну... хорошо тогда."

Поскольку она неохотно кивнула, Чхонсон немедленно посмотрел на Кариэт.

"Хан Чхонсон. Я тоже подожду внутри."

"...Спасибо, Кариэт."

После ответа Чхонсона Глейсия спокойно ушла.

Щёлк.

Шаг...

Следуя за ней, Чхонсон вышел из лазарета и сразу же закрыл дверь.

Вжик!

Когда дверь закрылась, двое оказались лицом к лицу перед ней, и Чхонсон посмотрел на Глейсию тревожными глазами.

"Глейсия. Что именно ты имела в виду, когда сказала, что я говорил тебе, что всё в порядке?"

"Что ты имеешь в виду? Я имела в виду именно то, что сказала."

Услышав слова Чхонсона, выражение лица Глейсии стало ещё холоднее.

Она сделала свои безразличные глаза ещё холоднее и даже странно исказила взгляд, словно ей не нравились вопросы Чхонсона.

Ясно чувствуя эту зловещую атмосферу, Чхонсон мог лишь спрашивать более осторожно.

"...Глейсия, я сказал что-то не так?"

"Нет, не то чтобы это была оговорка."

Видя поведение Глейсии, которое любой признал бы расстроенным, Чхонсон ненадолго задумался о прошлом, но не смог сразу ничего вспомнить.

Тем не менее, тревога в его груди зазвучала громче.

Очевидно, для поведения Глейсии была причина. Он знал это, но Чхонсону казалось, что он не знает этой причины.

"Глейсия, мне правда жаль, но... не могла бы ты сказать мне прямо? О чём я сказал, что всё в порядке?"

На этот прямой вопрос Глейсия посмотрела на Чхонсона словно искоса, затем кивнула, будто у неё не было выбора.

"Хорошо. Но ты... действительно не помнишь."

Её слова, произнесённые так, словно ей было больно, прозвучали для Чхонсона странно.

'О чём это она...?'

Что он мог такого сказать, чтобы Глейсия вела себя так необычно сейчас?

Чем больше он смотрел на Глейсию, тем большее замешательство чувствовал Чхонсон.

И перед лицом такого Чхонсона Глейсия медленно зашевелила губами.

"...Не делай этого с другими."

"А...?"

Несмотря на растерянное выражение лица Чхонсона при этих неожиданных словах, Глейсия продолжила без колебаний.

"Тебе можно делать это со мной. Но я бы предпочёл, чтобы ты не делала этого с другими."

Слушая её слова, Чхонсон внезапно вздрогнул. Несмотря на холодный голос Глейсии, содержание её слов было странно знакомым.

Тем не менее, когда он сделал неопределённое выражение лица, словно собираясь что-то вспомнить, Глейсия с ещё более холодным выражением лица продолжила.

"Потому что я могу тебя принять, а другие — нет."

И как только она закончила говорить, Чхонсон внезапно осознал.

...Чем были эти фразы, которые Глейсия только что произнесла. Он не мог не узнать их.

Это были слова самого Хана Чхонсона.

И он сказал их, глядя прямо на Глейсию.

И теперь Глейсия цитировала их ему, не упуская ни единой детали, словно она помнила каждое слово.

Видя пустое выражение лица Чхонсона, Глейсия заговорила с коротким вздохом.

"Хан Чхонсон. Теперь ты понимаешь?"

"...Да. Я понимаю."

Когда Чхонсон неловко ответил, Глейсия пристально уставилась на него.

"Я помню всё, что ты мне говорил. В том числе и когда ты сказал, что всё в порядке. И когда ты сказал, что я могу вести себя так только с тобой."

На эти продолженные слова Чхонсон на мгновение не смог ответить.

"Вот почему я... поступила так по отношению к тебе."

Голос Глейсии, когда она заговорила снова, был полон обиды.