Онлайн чтение книги На самом деле, я большой человек на пути культивации I'm Actually a Cultivation Bigshot
929 Незваный гость (3)

1.

В и без того запутанной ситуации Лидия была поистине неожиданным гостем. Тот факт, что она пришла прямо в их убежище в этом огромном жилом комплексе, означал, что она знала всё. Это также означало, что не было смысла отказывать ей у дверей или притворяться, будто никого нет. Поэтому, не ослабляя бдительности, они впустили её.

— Милашка, давно не виделись?

Тёмные золотистые волосы, аккуратно подстриженные каре. Глаза, сияющие, как золотые монеты. Белые перчатки до локтя и платье. Ничем не отличалась от Лидии, которую они видели в прошлый раз. Лидия, спокойно выдержав три пары подозрительных взглядов, сразу же направилась в гостиную.

— Раз пришёл гость, разве не следует предложить выпить?

Под свирепым взглядом Линне. Под взглядом Элоа, полным растерянности, но явной враждебности. Перед Сиу, который от нелепости происходящего был в полуоцепенении, Лидия чувствовала себя совершенно непринуждённо. Бросая неуместные шутки и усаживаясь на диван, предварительно подстелив носовой платок, она открыла межпространственный карман и извлекла оттуда четыре изящных бокала и шампанское, которое даже на вид было дорогим.

— Нет, так что? Считай, что это я, гостья, принесла подарок на новоселье.

Хотя это был совершенно неожиданный гость, если спросить: «А был ли у неё действительно повод здесь появиться?», то ответ будет положительным. В конце концов, разве не Лидия была тем человеком, который поручил им помешать переходу Шлюза в руки радикалов? Конечно, это не меняло того, что она поражала своей дерзостью. Она была изгой-преступницей и похитительницей, взявшей в заложницы Дороти. Пока сделка не была заключена, благоразумнее было бы тщательно скрываться. Однако, несмотря на то, что она была главой общества изгой-преступниц, она появилась перед Элоа, Линне и Сиу.

Прежде чем задать все остальные вопросы, Сиу спросил:

— Где Дороти?

— Она без сознания, но с ней всё в порядке. Я же говорила: я выполняю обещания. Как только вы получите Шлюз, она благополучно вернётся. Судя по обстановке, это будет непросто.

— ...Я и раньше чувствовал, что у вас скверный характер.

— Мне часто такое говорят. Шампанское дорогое, пить-то будешь?

Невозмутимо потягивавшая шампанское Лидия вдруг замерла.

— Ты что, думала, я поведусь на твои дешёвые трюки?

Потому что длинный меч Линне, неизвестно когда ею обнажённый, коснулся тонкой шеи Лидии. Лидия фыркнула, словно настроение было испорчено.

— Как поживаешь? Выглядишь вполне здоровой. А как твои старые раны?

— Если бы не муж, ты бы тогда умерла.

Кровь закапала с лезвия, слегка вонзившегося в кожу, но Лидия даже не моргнула.

— Линне, подожди. Здесь всё равно не место для драки.

— Схватить Магнус и получить заложницу. Тогда наши дела в этом городе будут закончены. Никакой Шлюз, никакой Потоп не будут иметь значения.

— Давай. Делай что хочешь. Думаешь, несмотря на ваш впечатляющий состав, вы сможете тихо меня обезвредить?

Золотистое сияние, начавшее было струиться, и колыхающаяся темнота в воздухе остро противостояли друг другу. Но за окном сейчас отряды Ангелов, ища ведьм, рыскали повсюду. В тот момент, когда искра упадёт на этот пороховой погреб, финал предопределён — все погибнут. В конце концов, Лидия тоже пришла на вечеринку с таким самообладанием не благодаря заложнице, а веря в «козырную карту самоуничтожения».

— Поняла? Тогда убери, а? Что за ерунда портит вкус выпивки.

— ...

Лидия отодвинула лезвие бокалом. Пальцем в перчатке она провела по ране, и та, которую нужно было бы зашивать, бесследно исчезла. Однако мрачная атмосфера не восстановилась. Над столом повисла напряжённая атмосфера, не располагающая к дружеским возлияниям.

— Сначала я должен узнать, зачем ты здесь.

— Что тут говорить, я тоже в ловушке.

По словам Лидии, она тоже находилась в этом карманном пространстве. Пока она бродила по городу, Уршула атаковала Ведьмовскую дорогу, и активность Ведьмороидов, обладавших неожиданной мощью, заблокировала её. Однако проблема не была такой простой. Лидия лишь номинально придерживалась титула умеренной, но была изгой-преступницей. Возможно, она собиралась объединиться с Уршулой и Присциллой, чтобы атаковать компанию Сиу, или у неё были другие планы.

— Это я и предполагал. Зачем же ты пошла за нами в карманное измерение?

— Честно говоря... я хотела посмотреть, куда выгоднее примкнуть.

Лидия откровенно рассказала, на фоне обрушившихся на неё подозрений.

— Я хотела посмотреть, как заказчик выполняет заказ, а честно говоря, для меня лучшим вариантом было бы заполучить Шлюз, пока вы будете сражаться с Уршулой и Присциллой.

Короче говоря, она надеялась на рыбку в мутной воде. Если бы план Лидии удался, она бы не смогла вернуть Дороти и по-прежнему держала бы в руках ценный козырь.

— Но не переживай. Я не лгала, что с Дороти всё в порядке. Даже я не могу игнорировать угрозы герцогини.

Он и не думал наивно верить в честную сделку.

— Я знал, что вам нельзя доверять, но вы слишком очевидны.

— Поэтому сейчас самый подходящий момент, чтобы доверять мне. В любом случае, ситуация у нас обоих сильно запутана, не так ли? Настолько, что трудно строить козни друг против друга.

Даже раскрыв свои намерения, Лидия держалась с достоинством. Иронично, но такое отношение парадоксальным образом вызывало доверие. Элоа, хранившая молчание, наконец заговорила.

— Этого недостаточно, чтобы я поверила. Как тебе известно, есть ещё кое-кто, кто предоставил информацию о Шлюзе.

— Ведьма Шёпота?

— Да. Можешь доказать, что ты не Лилит?

Даже если отбросить всё остальное, это важный вопрос. Глядя на то, как всё идёт наперекосяк, нельзя не вспомнить Лилит. Лилит умеет принимать облик других ведьм, и не просто притворяться, а копировать даже мельчайшие привычки и самосущностную магию. Сейчас Лилит, приняв образ «Трусливой Ведьмы», командует Королём Гомункулов, но нет никакой гарантии, что она не приняла облик Лидии и не пришла сюда.

— Это невозможно. Это было бы похоже на «доказательство от противного». Вместо этого, в знак нашего временного союза, я дам тебе информацию, которую собрала о ней.

— Информацию о Лилит?

Лилит — ведьма, окутанная тайной даже больше, чем Кетер. Так много, что даже Элоа, выслеживавшая её некоторое время, не могла найти никаких зацепок.

— Самосущностная магия Лилит связана с «историей». Например, она может брать тело уже умершей ведьмы и даже использовать её самосущностную магию. Другими словами, она не может подражать ещё живым ведьмам.

— ...Этого я не знала. Но этого недостаточно, чтобы снять подозрения. А если настоящая Золотая Ведьма уже мертва, а Лидия Магнус здесь — это Лилит, принявшая её облик?

— Поэтому я и говорю — доказательство от противного. Я не могу полностью доказать свою невиновность. Но...

Лидия смочила горло.

— Если бы я хотела, я могла бы присоединиться к радикалам, могла бы привести Ангелов в это убежище и поставить вас в затруднительное положение.

— ...

— Если вы меня прогоните, изолированную в этом мерзком городе, мне не останется ничего другого, кроме как досаждать вам. Я не угрожаю и не запугиваю. Я просто предупреждаю, что у меня не будет другого выхода, и я буду вынуждена так поступить. Мне ведь тоже нужно как-то выживать.

Если резюмировать слова Лидии: это правда, что она тайно вошла в карманное измерение, намереваясь при первой возможности предать. Но когда ситуация запуталась и она оказалась в затруднительном положении, она выбрала компанию Сиу как союзников для совместного преодоления кризиса. Она понимает, что им неловко быть в одной лодке, но если они выкинут её за борт, ради выживания она готова на всё. Поэтому давайте объединимся.

— Вы невероятно бесстыдны...

Даже Сиу, который считал себя не лишённым нахальства, был ошеломлён такой бесстыдной тактикой.

— Капиталисты по своей природе бесстыдны. Разве ты этого не знал?

— ...

Элоа не верит, что «враг моего врага — мой друг». Она также не ожидает, что Лидия, после того как кризис миновал, будет сотрудничать без задних мыслей.

— У тебя были и другие варианты. Почему же ты решила рискнуть и присоединиться к нам?

Это был последний и самый важный вопрос. Лидия ответила как ни в чём не бывало.

— Потому что присоединиться к вам гораздо выгоднее. И ещё потому, что это поможет мне наиболее дорого продать товар.

— Ты уже взяла заложника, и теперь, говоря одно, а делая другое, предлагаешь объединиться ради выживания. И потребуешь за это плату?

— В зависимости от обстоятельств. Но, знаете, герцогиня, плата ведь не всегда означает что-то материальное. Я считаю, что наладить хорошие отношения с вашим лагерем — это тоже очень выгодно.

— Этого не случится.

— Поживём — увидим. В мире нет ничего абсолютного.

Разговор закончился на этих словах: решительный отказ Элоа и лукавое замечание Лидии. После этого трое обсудили, стоит ли принимать Лидию в свою команду. Сиу не нравилась Лидия, которая, держа в заложниках Дороти, с беззаботным видом продавала и покупала ведьм и убивала людей. Линне предупредила, что неизвестно, какие ещё козни может замышлять Лидия. Элоа тоже ни капли не доверяла Лидии. На этот шквал негативных оценок Лидия добавила:

— К тому же я очень полезна. Иначе как бы я с первого раза нашла, где вы прячетесь? Если возьмёте меня в союзники, не пожалеете.

Итог был довольно предсказуем. Вопреки эмоциональному неприятию, в нынешней ситуации отказаться от Лидии было слишком рискованно. Они окончательно решили, что самое безопасное — это держать её под присмотром и использовать как джокера, если дела пойдут совсем плохо.

— Ладно, раз сегодня все устали. Понаблюдаем за ситуацией, а с завтрашнего дня начнём действовать по-настоящему.

Лидия, которая, похоже, привыкла всегда быть над другими, даже начала раздавать указания, словно была лидером группы. Но против необходимости отдыха никто не возражал, поэтому все занялись кто чем в гостиной. И в тот момент, когда напряжение спало...

— ...М-м.

Сиу почувствовал неловкость. Наверное, из-за того, что он слишком глубоко вдохнул её аромат. Эрекция не спадала. Однако неловкость Линне была куда серьёзнее. Её прервали в тот самый момент, когда после долгих ласк она уже почти получила удовольствие.

— ...

Для ведьмы, недавно освободившейся от «проклятия недостатка», Линне обладала очень хорошей способностью к самоконтролю. Однако, стоило огню разгореться, её склонность к наслаждению, вспыхивающая ярким пламенем, была не под силу и такому контролю. Их взгляды то и дело смущённо пересекались.