Онлайн чтение книги На самом деле, я большой человек на пути культивации I'm Actually a Cultivation Bigshot
943 Смена имиджа

1.

Лидия, ворвавшаяся в производственный цех ведьмороидов, который был ничем иным, как сердцем города. Сопротивление Ангелов было поистине отчаянным. Даже Лидия, уверенная в своих силах в затяжном бою и готовая утверждать, что может сразиться с кем угодно, кроме самой герцогини Тиферет, не могла не испытывать трудностей. Золотых монет, которые Лидия потратила на уничтожение десятков тысяч Ангелов, была поистине астрономическая сумма. Если оценить затраты не только на обычные золотые монеты, но и на специальные, созданные с использованием приговорённых к смерти, то можно было бы запустить как минимум три ракеты.

Однако «трата» и «инвестиция» — совершенно разные понятия. Хотя Лидия и потратила сумму, от которой у любой нормальной ведьмы побелело бы лицо, словно воду, она верила в истину, что иногда смелые инвестиции приносят ещё большую прибыль.

— Ох, какие же вы хорошенькие.

Лидия, не разбирая, запихивала в подпространство относительно неповреждённых Ангелов и тела ведьм-матерей, служивших основой для Ангелов. Она не забыла и тщательно упаковать их, чтобы товар не испортился. Убедившись лично, она считала, что потенциал Ангелов безграничен. Прямо сейчас, даже если взять образцы, не хватает технологий и нет инфраструктуры, чтобы их должным образом использовать, но что, если ей удастся создать подобное и захватить контроль? Станет возможным единолично заполучить военную мощь, с которой не сравнится какой-то там Шлюз. В конце концов, это же решающее оружие мира, покорившего ведьм! Неизвестно, сколько времени это займёт. Неизвестно, сколько капитала потребуется. Неизвестно, сколько исследователей будет задействовано. Но у Лидии была вечная жизнь, огромное состояние и множество подчинённых.

Лидия, сияя от улыбки, представляя себе золотое будущее, наконец достигла самого верхнего этажа Центральной башни. Вавилонская башня отвратительных людей. Внушительная, словно достигающая самого неба. Соответственно этой внушительности, под ней, далеко внизу, раскинулся ночной город, охваченный пламенем и разрушением. В центре медленно вращалась армиллярная сфера, автоматически отмечающая движение небесных тел. Это и был Шлюз. Артефакт, позволяющий управлять Потопом и контролировать поведение гомункулов.

[Предупреждение, предупреждение]

[Немедленно отойдите]

[Посторонним вход в данное сооружение запрещён]

Раздался надоедливый предупреждающий сигнал. Видимо, чтобы извлечь энергию, необходимую для производства Ангелов, Шлюз был окружён надёжными барьерами, но это не имело большого значения. Поскольку Ангелы и гомункулы уже нанесли друг другу огромный урон, близкий к полному уничтожению, а тех немногих, что остались, Лидия прикончила сама.

— Вжи-и-и-и-г!

Когда Лидия, сняв барьеры, осторожно взялась за Шлюз, пространство исказилось, и появилась небольшая «дверь». Дверь, ведущая наружу из «Ковчега», то есть в современный мир. По ту сторону мерцающей границы было видно всё ещё бушующее штормовое море.

— Хм…

Цокот туфель Лидии, собиравшейся забрать и Шлюз как трофей и выйти наружу, затих.

— Хм-м-м… Подумаю-ка.

Лидия уже связалась с герцогом Тиферет и её спутниками. Как только она увидела Короля Гомункулов, она сразу же бросилась к Центральной башне, чтобы заполучить Шлюз. В конце концов, это был временный союз, и внезапное бегство можно было считать милым поступком. Не то чтобы она прямо ударила их в спину. Так или иначе, она слишком легко заполучила и Шлюз, и материнскую особь Ангелов. Судя по предложению Ангелов сдаться, которые во время боя кричали «ваши союзники мертвы, сдавайтесь», Уршула и Присцилла тоже погибли.

Она уже получила желаемое (Шлюз), заполучила бонус (смерть радикалок Уршулы и Присциллы) и даже получила неожиданный феерический бонус (образцы Ангелов, материнская особь Ангелов). Обычный человек, обрадовавшись такому фарту, попытался бы сожрать всё, что попадётся в руки. Но Лидия далека от обычного человека. Она более жадная, чем обычный человек, и поэтому делает иной выбор. Она вернула Шлюз на прежнее место с запиской «Это подарок».

— Отлично. У меня подходящее настроение.

Лидия решила, что благодаря этому расклад сил между Геенной и Гексенахтом на некоторое время станет остро противостоящим. Тем самым раскладом, которого она больше всего хотела — с сохранением баланса. При этом поддерживать дружественные отношения с герцогом Тиферет было ценнее, чем сам Шлюз. Уже будучи в положении нежелательной личности из-за бегства с поля боя, не было нужды вызывать их гнев, вдобавок ограбив их. В любом случае, если бы Лидия оставила Шлюз у себя, она бы подверглась сильному давлению со стороны радикалок. Если бы она (или по каким-то неизвестным причинам) снова запустила Потоп, это вызвало бы гнев не только герцогини Тиферет, но и всей Геенны.

Её цель была достигнута тем, что Шлюз не попал в руки радикалок и Потоп был остановлен. Шлюз, который мог принадлежать кому угодно, лишь бы не радикалкам, был бы лишь обузой, если бы она из жадности забрала его себе. Поэтому она отдаёт эту обузу, чтобы остановить Потоп, и возвращает Дороти, как и обещала. Успокаивает возможный гнев герцогини Тиферет и покупает её расположение. Это и был идеальный расклад, который рисовала Лидия. Конечно, этот план можно было осуществить именно потому, что был получен сверхрезультат в виде Ангелов. Лидия, напевая песенку, шагнула за дверь.

2.

С тех пор, как они получили Шлюз, который Лидия оставила в Ковчеге, прошло целых три недели. Потоп был остановлен. Всем гомункулам была дана команда прекратить активность и погрузиться в «спячку». Если бы Шлюз мог управлять гомункулами так же, как «Король Гомункулов», он мог бы стать поистине огромным оружием, но, поскольку это было невозможно, приходилось довольствоваться тем, что это и так было достижением, недостижимым для одного человека. Конечно, мир не вернулся в прежнее русло. Тайна (сокрытие) была раскрыта, и люди по-прежнему помнили ведьм. Но в мире, который вот-вот готов был погрузиться в атмосферу апокалипсиса, воцарился мир, и лидеры разных стран суетились, пытаясь урегулировать последствия.

Наставница и Линне, которые вели ожесточённые сражения, сосредоточились на восстановлении и проходили лечение у Суа Агаты. Если Сиу и Линне могли восстановиться после отдыха, то с наставницей дело обстояло иначе. Эа Садалмелик была мертва. Наставница наконец-то, после долгого ожидания, осуществила месть. Но осталась плата за то, что она принудительно использовала силу. Мало того, что её духовное тело пришло в беспорядок магически, так ещё и половина её Заветов была запечатана на ближайшие несколько десятилетий.

Конечно, у него было неспокойно на душе, но если спросить, стоит ли плакать и горевать из-за этого, ответ был неоднозначным. Не говоря уже о том, что жизнь была спасена, в последнее время выражение лица наставницы выглядело более жизнерадостным, чем когда-либо. Куда-то делась та хрупкость, будто вот-вот рассыплется, которую он видел в Ковчеге, и она с блеском вернулась к своему гордому и величественному облику Элоа Тиферет. Плюс ко всему, казалось, она словно сбросила с себя груз, который пыталась нести насильно. Поистине счастливое событие.

— Хм.

Если перечислять остальные трофеи, то есть этот «Лотос», который сейчас лежит на столе. Лотос, который обильно впитал в себя жертв Эа, после её смерти вернул себе прежнее мистическое сияние. Эа прикончила наставница, и право собственности должно бы принадлежать ей, но она с радостью уступила лотос Сиу. Таким образом, он получил в руки EX-ранговое наследие, такое же, как Красная Ветвь.

На самом деле, Сиу чувствовал, что его недавний рост достиг предела. Тот пик, когда он одолел Уршулу, был вершиной, которую он мог достичь на тот момент. И это был невероятный прогресс, и достаточно большой силы. Во всём ведьмином обществе было не так много тех, кто мог бы сравниться с Сиу. Если бы это был Сиу из прошлого, он бы, возможно, удовлетворился этим.

— Этого всё ещё недостаточно.

Но он чуть не потерял наставницу. Наставница, которая была бледной и холодной. Даже в тот момент, когда она стояла на пороге смерти, он ничего не мог сделать. Ему едва удалось, благодаря чуду, причины которого он до сих пор не мог понять, ухватиться за неё обеими руками, но этот момент ужаса был невыносим. Этого всё ещё мало. Нужно стать сильнее — настолько, чтобы никто не мог сунуться, чтобы не пришлось терять дорогих людей. В этом смысле существование наследия, способного пробить эту проблемную ситуацию, когда бездумное копирование клейма затруднено, было особенно ценно. Хотя он пока не мог его должным образом использовать, он планировал заняться его серьёзным исследованием сразу по возвращении в Геенну.

— Тук-тук.

— Сиу, ты здесь?

— Да, входи.

Дверь открылась, и вошла Элоа в пижаме, шаркающей походкой. В последнее время она спала около двенадцати часов в сутки, поэтому большую часть времени ходила в пижаме. Кстати говоря, около трёх часов в день они с Сиу проводят, нежась в постели. Вдруг усиление магии как-то поможет восстановлению, поэтому они регулярно занимаются этим.

— Я пришла, потому что соскучилась.

— Ты только что проснулась?

— Проснулась, но всё равно снова захотелось тебя увидеть.

Наставница, как кролик, ищущий ласку хозяина, уселась Сиу на колени и расплылась в улыбке, готовой растаять. Она то и дело тыкала в Сиу своими гибкими пальцами. Это был завуалированный знак наставницы, которой стыдно прямо сказать «хочу с тобой любиться-целоваться», — по-настоящему любимое ей движение. Он обвил её за талию и поцеловал вдумчиво, по-настоящему.

— В последнее время ты стала настоящей лапушкой.

— Лапушкой? Как у тебя язык поворачивается так говорить с наставницей?

— Зато в постели я — наставник.

— Сиу…!

Наставница смутилась и не знала, куда деваться.

— Разве нет?

— …Сиу, у меня, знаешь ли, есть и достоинство, и авторитет наставницы.

— Хм, кажется, я вчера видел одну розоволосую ведьму, которая изображала кролика…

— Э-то, это… ведь это ты меня всё время просишь?!

Когда они, обмениваясь сладкими и томными шутками, словно влюблённые в самом расцвете сил, уже начали расстёгивать пуговицы на одежде Элоа.

— Вот-вот, я смотрю, у вас, наставница и ученик, о-очень тёплые отношения?

В разговор бесцеремонно вклинился вкрадчивый, будто с ленцой, голос. Ведьма в монашеском одеянии, скрестившая руки на груди и скалящаяся улыбкой, словно нашла преинтереснейшее зрелище.

— Дороти!

— Ага, я пришла~, дорогой.

Как и было обещано, Лидия вернула Дороти, которая была пленницей. Сиу, у которого на плече болталась Элоа, крепко обнял Дороти, а наставница как-то норовила постоянно влезть между ними. Этим «Инцидент с Потопом», который недавно сотрясал современный мир, казалось, подходил к концу.

3.

Примерно в то же время.

— Чёрт!!!!!

Лидия не могла сдержать гнева и яростно топала ногами. Образцы Ангелов и их материнская особь, которые она с таким трудом добыла. Эти трофеи, которые, как она верила, принесут ей золотую славу, оказались полным хламом. Если быть точной, вскоре после того, как их вынесли из Ковчега, они все превратились в пепел неясного происхождения и исчезли. И это несмотря на то, что она так тщательно наложила на них консервирующую магию! Ковчег сам по себе был механизмом, приготовленным Ведьмой Творения для ведьм. Естественно, она приняла меры, чтобы элементы, которые могли бы представлять угрозу для «ведьм», не были вывезены наружу. Лидия, которая не могла знать этого факта, зря потратила огромное количество золотых монет, пытаясь заполучить Ангелов.

— Ах… голова раскалывается…

Говорят, что из-за потери инвестиций, которые даже не окупились, Лидия несколько недель подряд крушила ни в чём не повинные бокалы с вином.