Но он не шелохнулся. Он молча смотрел на нее поддразнивающим, насмешливым взглядом. Однако дыхание, обжигающее ее кожу, было тяжелым и хриплым. То, что Ви На была так возбуждена, было исключительно его заслугой. Рвать одежду, раздвигать ноги, грубо входить... Его желание было тесно связано с такими сценами.
Хотя он мог бы всё это сделать, Син Хэ Гон не спешил давать волю своим низменным инстинктам. За его внешне дразнящим поведением отчетливо скрывался мрачный импульс, который он сдерживал до такой степени, что на тыльной стороне его ладоней вздулись вены.
Ви На приподнялась, опираясь на руки, и запрокинула голову. Она высунула язык и слизнула его нижнюю губу.
— Син Хэ Гон...
Она крепко обняла его за шею и потерлась о него щекой; его кожа, гладкая, как фарфор, завибрировала. Звук движущегося кадыка был будоражащим. Безостановочно гладя Син Хэ Гона по волосам, Ви На медленно опускала язык все ниже. Когда она лизнула прямую линию его шеи, он выдохнул, и его дыхание было похоже на сигаретный дым. Когда она вдруг потянулась вверх и их губы соприкоснулись, его язык, ответивший на поцелуй, сплелся с ее языком не менее страстно и грубо, чем она ожидала.
Ощущение липкой слюны, которую они передавали друг другу, обостряло все чувства. Тяжело дыша, Ви На ерзала бедрами, пока в изнеможении не опустила руки.
То ли случайно, то ли намеренно, рука Ви На скользнула по его паху. В этот миг ее пальцы невольно сжались — его объем был просто колоссальным. Жар, исходивший от него, был настолько сильным, что казалось, можно обжечься. В испуге Ви На снова посмотрела на него, а он вдруг уткнулся щекой ей в шею и глубоко вдохнул. Этот вдох был таким диким, словно вдох зверя, что тело Ви На напряглось как струна. Но, даже съежившись, Ви На медленно и соблазнительно шептала ему в ухо, плотно прижавшись к нему:
— Все в порядке...
— .......
— Я в порядке...
Она шептала инстинктивно, но по правде говоря, сама не понимала, почему слова «все в порядке» вытекают из ее губ, как соблазн.
В этот момент. Син Хэ Гон запустил руку в волосы Ви На и с силой оттолкнул ее от себя. Чернота, закружившаяся вокруг Ви На, которую отбросило назад, была готова поглотить ее с неистовой страстью. Его откровенный взгляд, скользнувший по лицу и телу Ви На, стремительно лишал ее рассудка.
— Син Хэ Гон... ммм.
Ее губы были искусаны так грубо, что перед глазами все побелело. Словно только этого и ожидая, Ви На протянула обе руки. Он, до этого сосавший ее язык, перехватил ее пальцы и прикусил. Вожделение скапливалось между ее пальцами и стекало вниз. То, как он проглатывал ее пальцы целиком, с шумом обсасывал их, а кончиком своего языка надавливал на ее, было до безумия непристойно. Его взгляд был еще более порочным. Лоно Ви На стремительно увлажнялось. Он одновременно обсосал ее указательный и средний пальцы, а когда с характерным звуком выпустил их, вязко произнес:
— Научись различать.
— А, что-что...?
— Научись различать, где твое желание, а где мое.
Что это значит? Его желание — это мое желание... Когда он увидел растерянное выражение лица Ви На, он нахмурился. Ви На, чувствуя себя глупым ребенком, который медленно соображает, виновато посмотрела на него. В этот момент Син Хэ Гон приподнялся, схватил подол футболки и, скрестив руки, стянул ее с себя.
Глаза Ви На, которые до этого расширились от радости, в следующее мгновение округлились по другой причине.
Словно смотрю в зеркало. Глаза Ви На смотрели вовсе не на крупный костяк и мощные мышцы.
Почему мне так отчетливо видно? Бесчисленные шрамы, усеявшие упругую кожу без всяких прикрас... Ви На молча смотрела на это тело, покрытое ранами, от мыслей о происхождении которых по спине пробегал холодок, и ее собственное тело тоже заныло, отчего ей стало не по себе. Глубокий порез возле ребер вызвал у Ви На чувство глухой тоски.
— ...Должно быть, было больно.
Услышав шепот Ви На, Син Хэ Гон молча отшвырнул снятую футболку и склонился к ней. Армейский жетон на его шее звякнул. Ви На, как и Син Хэ Гон до этого, принялась гладить его шрамы.
Син Хэ Гон, игнорируя прикосновения Ви На, протолкнул язык глубоко ей в горло. Несмотря на боль от перекрытого дыхания, Ви На застонала, словно всхлипывая.
— Ха-а, ах, Син Хэ Гон...
— Ху-у...
Руки Син Хэ Гона жадно стащили с Ви На штаны. Резкое, почти истеричное движение, которым он одним махом стянул их до щиколоток и отбросил в сторону. Его грудь, высеченная из первобытных, а не искусственных мышц, вдавила грудь Ви На. Их шрамы терлись друг о друга. Биение его сердца передавалось по телу. Его огромный, эрегированный член тыкался ей в пах.
Когда Ви На, ощутив откровенное прикосновение, прикусила дрожащую губу, глаза Син Хэ Гона вспыхнули. Он уперся руками по обе стороны от ее лица. И вдруг начал неистово тереться своим членом о ее пах. Его военная форма, подстеленная под Ви На, сминалась и сбивалась от его резких движений.
— Угх, ах! Ха-а, а-ах...!
Наслаждение вспыхнуло, как фейерверк. В рот Ви На, издающей пронзительные стоны, ворвались его пальцы. Хоть это была и плоть, а не кожа, но пальцы проникли так глубоко и резко, что Ви На, как и прежде, было тяжело.
С пугающе сосредоточенным взглядом он согнул два пальца, как крюки, и с силой провел ими по ее нёбу. По спине Ви На пробежал ток. Ее красные глаза, пропитанные страстью, легко стирали рассудок партнера.
Син Хэ Гон, словно опьяненный, безжалостно вытаскивал ее язык наружу и терзал его пальцами до тех пор, пока лицо Ви На не исказилось от боли. Как только он терял контроль, его движения, его взгляд — всё в нем становилось пугающе жестоким.
— М-мм, мм, а-а...
Глаза Ви На слабо задрожали. Син Хэ Гон, до этого так неистово двигавшийся, внезапно замер. Ви На, тяжело дыша, смотрела на длинные пальцы, покидающие ее рот. Син Хэ Гон посмотрел в ее влажные глаза и с трудом сфокусировал свой садистский взгляд. Его лицо исказилось в хаотичном выражении, словно он пытался понять, как он вообще докатился до такого. В его незнакомо растерянном лице промелькнуло нечто похожее на чувство вины.
Испугавшись, Ви На поспешно закивала, показывая, что она в порядке. В ответ Син Хэ Гон тихо выругался.
— С ума сойти...
Пробормотал он хриплым голосом. Видимо, он что-то не так понял. Ви На плакала вовсе не от боли или страданий. Поэтому она торопливо закричала:
— Нет. Я в порядке!
— .......
— Не останавливайся. Все в порядке...
Син Хэ Гон непреклонным взглядом смотрел на Ви На, которая отчаянно умоляла его обращаться с ней как угодно, лишь бы он не останавливался. Как бы парадоксально это ни было в сочетании с чувством безысходности от того, что он не знал, с чего начать ее исправлять, его член, черт возьми, продолжал стоять колом.
Даже сейчас, подчинив это жалкое, красивое лицо себе, ему хотелось вбивать в нее свой член так, чтобы стереть в кровь и верх, и низ. Хотелось заставить ее сосать его от пальцев рук до пальцев ног, сосать ее самому и довести до слез — это была его врожденная, жуткая природа.
— Син Хэ Гон...
Ее слишком провокационный голос и пустые глаза, ее покорность, с которой она безропотно приняла бы его семя даже в глаза, не моргнув... Все это было живым доказательством ее страданий. Гарантией тех лет, когда ее эксплуатировали как божество. И именно он, ослепленный ее красивой оболочкой, отказывался видеть правду.
Син Хэ Гон, уперевшись двумя ногами в пол, встал. Ви На, которая до этого терпеливо сносила даже то, что он разрывал ей горло пальцами, при его подъеме побелела от страха. Это было так мило, что хотелось разорвать ее гладкие щеки в клочья.
Он знал.
Если он возьмет ее сейчас, то ничем не будет отличаться от тех, кто безжалостно удовлетворял свою похоть на этом теле.
— Син Хэ Гон, Син Хэ Гон...
И все же... он хотел взять ее.
В нем таилось нечто, что могло утолить жажду только в том случае, если он возьмет ее. Он никак не мог отказаться от желания лизнуть эти красные глаза, которые, несколько раз рискуя жизнью, отчаянно бросались только к нему.
Таким он родился и таким был воспитан.
Ви На тут же упала на колени и вцепилась в ноги Син Хэ Гона. Он постарался посмотреть на нее с равнодушием. Ви На цеплялась за него так с самого первого дня. Словно он был единственной соломинкой в этом мире.
Когда же это перестало вызывать у него отвращение, как к насекомому? С каких пор это перестало быть неприятным?
— Со мной правда все в порядке. Мне ни капли не больно. Просто стой. Я все сделаю сама.
— .......
— Я, я все сделаю... Не уходи. Прошу? Не уходи...
Ее маленькая ручка без всяких обиняков начала тереть его вздыбленный член. Син Хэ Гон стиснул челюсти, пытаясь не поддаться возбуждению. Она смотрела на его лицо, терлась щекой о его бедро, и ее растрепанные черные волосы, похожие на водоросли, беспорядочно метались из стороны в сторону. Бедро Син Хэ Гона затвердело как камень.
В тот самый момент, когда Ви На собиралась схватиться за ремень его брюк и стянуть их, его высокое тело, словно подкошенное, опустилось к ней.
Син Хэ Гон, словно признавая поражение, взял маленькое лицо Ви На в одну руку и слегка встряхнул.
Ви На еще раз с тоской произнесла имя, которое уже затерла до дыр.
— Син Хэ Гон...
— Да.
— Можешь делать со мной все, что захочешь. Не сдерживайся.
Она, наверное, сама этого не осознавала, но в этих бесконечно повторяющихся словах было что-то механическое, словно не зависящее от ее воли. Син Хэ Гон тоже передразнил этот тон.
— Может, так и сделать.
И все же глаза Ви На засияли, и она закивала с безумной радостью. Раз уж она так этого хотела, почему бы и нет. Син Хэ Гон с холодным, спокойным взглядом, который никак не вязался с его готовым взорваться членом, грубо перевернул тело Ви На на живот.
