После того как по острову Мунхва разнесся слух о том, что майора Син Хэ Гона отправили на гауптвахту, подчиненные бригадного генерала Чжи Чхан Хуна начали расхаживать по базе с вызывающим видом.

Официально отряд «Чок Пха» был создан с целью устранения лидера «Сэлли» Ви Си Гёна, поэтому после подтверждения его смерти военная дисциплина несколько пошатнулась.

Как только общий враг исчез, противостояние внутри базы между фракциями Син Хэ Гона и Чжи Чхан Хуна достигло апогея.

Казалось бы, теракты прекратились, наступил мир, и атмосфера должна была стабилизироваться, но на Мунхва как никогда ощущалось приближение хаоса.

— Блядь.

Выйдя из душа, Сок То Хви выругался, столкнувшись в раздевалке с омерзительной физиономией. Один из парней, известный тем, что с самого выпуска усердно вылизывал пятки бригадному генералу Чжи, ухмылялся, глядя на него. Раздевшись по пояс, он засунул руки в карманы штанов и пялился в зеркало, всем своим видом показывая, что ему нечем заняться.

— Как-то невежливо материться прямо в лицо, капитан Сок.

— И че? Пошел на хуй.

— Ты же сам сейчас раздет, у кого еще хуй наружу?

— Если что-то не устраивает, можешь тоже раздеться.

Хорошо хоть звания у них были одинаковые, и не нужно было подбирать слова. Когда тебя бесит кто-то старший по званию, приходится через силу изображать уважение, от чего потом аж сводит чеку.

То Хви фыркнул и, повернувшись к смеющемуся ублюдку спиной, начал одеваться. Пока он натягивал штаны, откровенно пялящийся взгляд прилип к его паху. Чувствуя отвращение, То Хви мгновенно оделся. Он небрежно поднял воротник и зачесал влажные волосы назад, когда ублюдок внезапно присвистнул.

Не обращая на него внимания, То Хви специально задел плечом этого показушника — бам! — и прошел мимо. Пока он наклонялся, чтобы завязать шнурки на берцах, в уши влетели издевательские слова, словно тот боялся, что То Хви уйдет, не дослушав.

— Не, ну реально, для штуки, которой ни разу не пользовались, размер у тебя завидный.

После того как другие видели его голым, То Хви выслушивал подобное постоянно, поэтому его уже тошнило от этого. Ему было жаль даже тратить силы на то, чтобы поковыряться в ухе в ответ, поэтому он просто быстро завязал шнурки.

— Раз такой огромный, мог бы хоть раз куда-нибудь сунуть. Если уж и лишаться девственности, то пусть лучше красивая ведьма тебя трахнет — считай, повезло. А, нет... Эта сука, наверное, грязнее любой шлюхи? Будет обидно какую-нибудь заразу подцепить. Ну или... Не обязательно же в дырку пихать, способов полно. А... Или вы ее там уже втихаря по кругу пускаете?

То Хви, который уже выпрямился и взялся за ручку двери раздевалки, замер. Казалось, над ним ставили эксперимент, насколько сильно можно загрязнить уши примерно за тридцать секунд. Стоя спиной, этот ублюдок требовал одобрения: «Разве нет?», и не видел, насколько ледяным стало лицо То Хви. Поэтому он продолжал хихикать даже тогда, когда То Хви обернулся.

То Хви, не разуваясь, пересек раздевалку и одной рукой схватил ублюдка за горло. А затем с силой впечатал его в шкафчик: Бац!

— Эй.

— Кх, бля... Ах ты ж! Совсем ебн... Кх.

— Знаешь, какая у меня сила хвата? Я любой фрукт одной рукой в кашу превращаю.

— С-сука... Отпус, ти!

— Раз уж майор Син на губе, почему бы и мне туда не загреметь? Сверну тебе шею, и меня точно туда отправят.

То Хви, постепенно усиливая хватку, посмотрел в расширенные от ужаса глаза. То, что То Хви не проявлял никаких признаков возбуждения и оставался абсолютно спокойным, пугало еще больше. Ублюдок побледнел и начал лихорадочно вырываться, отчего шкафчик заходил ходуном.

То Хви разжал пальцы еще до того, как на шее остались следы. Он вовсе не собирался всерьез отправляться на гауптвахту.

Закашлявшись, ублюдок замахнулся кулаком со словами: «Ах ты сука». Однако в отряде «Чок Пха» То Хви уступал в физической силе только Син Хэ Гону. В прямой драке ублюдок оказался бы в невыгодном положении. Видимо, понимая это, он ограничился лишь замахом.

— Только попробуй еще раз пиздануть что-то подобное.

Для То Хви это было в десятки раз противнее, чем когда шутили над ним самим, и он не мог спустить это на тормозах.

— И вообще, грязный тут только твой член. Хоть он у тебя и размером с арахис, ходят слухи, что ты суешь его куда ни попадя.

— Ах ты пидарас!

Ублюдок, у которого все же осталась капля гордости, снова бросился на него, но То Хви перехватил его руку и заломил за спину. Легко, до смешного просто обезвредив противника, То Хви швырнул его на пол, как мусор, и вышел из раздевалки.

Выйдя из здания, он увидел, что небо уже затянуло черным. Взгляд То Хви, пропитанный этой тьмой, был мрачным.

— Ха-а...

Ему дико захотелось курить. Он лихорадочно пошарил в карманах формы, но тут же вспомнил, что последнюю сигарету выкурил еще утром. Блядь. То Хви провел языком по пересохшему рту. Мысли о Ви На, которую только что оскорбили за глаза, полностью завладели его разумом. В горле пересохло еще сильнее.

В данный момент Ви На была заперта в подвале, а не в своей комнате.

Как только Син Хэ Гон отправился на гауптвахту, Чжи Чхан Хун, словно только этого и ждал, временно взял на себя обязанности по контролю над Ви На. Хоть это и называлось «временно», все прекрасно понимали, что к моменту возвращения Син Хэ Гона генерал Чжи найдет кучу предлогов, чтобы полностью прибрать ее к рукам.

Контроль над Ви На входил в полномочия начальства, поэтому То Хви оставалось лишь бессильно наблюдать. Даже его тревога о том, что Ви На попадет в грязные руки старого лиса, была превышением его полномочий.

Но события приняли неожиданный оборот.

Ви На вдруг закрыла глаза и замолчала.

Это произошло внезапно, во время многочасового допроса наедине с генералом Чжи. Закрытые глаза еще можно было как-то пережить, но то, что она замолчала, было ясным знаком: она отказывается общаться.

«Единственный человек, который имеет право использовать мои способности — это Син Хэ Гон».

Перед тем как закрыть глаза и замолчать, Ви На напоследок бросила эти слова, словно ультиматум, чем окончательно вывела генерала Чжи из себя. Взбешенный, он, ссылаясь на ее неповиновение, приказал перевести Ви На в тюрьму, находящуюся в подвале, которую также называли комнатой для пыток.

Конечно, Чжи Чхан Хун не сразу бросил ее туда. Но когда прошел день, затем второй, а Ви На, словно погрузившись в спячку, продолжала невозмутимо игнорировать генерала, он взорвался.

Так что решение бросить ее в подземную тюрьму было продиктовано исключительно личными эмоциями. Он сам отправил Син Хэ Гона на губу, обвинив в том, что тот поддался эмоциям, а теперь поступал точно так же.

— Нормально ли ее там кормят...

Сама Ви На говорила, что может долго обходиться без еды, но она так любила поесть, что ей наверняка было голодно. Вспоминая, как он тайком от Юн По Рён поил ее соевым молоком, пряча руки за спиной, То Хви невольно усмехнулся. Тогда он обливался холодным потом, но сейчас это казалось забавным.

Она была пиздец какой милой.

Пока То Хви бессмысленно ерошил еще не до конца высохшие волосы и направлялся к своему корпусу... Краем глаза, бросив взгляд на соседнее здание, он заметил что-то, мелькнувшее в темноте, что-то чернее самой ночи.

Нахмурившись, То Хви сначала подумал, что ему показалось, но интуиция подсказывала обратное, и он уставился в ту сторону. Промелькнувший силуэт был черным, тонким и длинным. Он развевался, словно танцуя.

То Хви с подозрением направился туда, где скрылось это нечто. Он шел, прижимаясь к стене, потому что ситуация была подозрительной.

В тот самый момент, когда он собирался завернуть за угол здания, прямо на него выскочила фигура, и То Хви вздрогнул. Он чуть было не ударил ее в шею, чтобы обезвредить, но сначала его заворожили два сверкающих красных огонька.

— Ты что здесь делаешь?

Озиравшаяся по сторонам Ви На схватила растерянного То Хви за руку и потянула за собой. Они вдвоем присели на корточки в кустах.

То Хви, конечно, предполагал, что мелькнувший силуэт похож на волосы Ви На, но не мог поверить, что это действительно она. Лицо, которое и так не выходило у него из головы, вдруг появилось прямо перед ним, так что То Хви был слегка ошарашен.

Ви На еще теснее прижалась к То Хви. Тело То Хви напряглось. Запах дешевого мыла, исходящий от нее, показался ему сильнее, чем обычно — возможно, это было лишь его воображение. То Хви вдруг стало стыдно, и кончики его ушей покраснели.

— Сок То Хви.

— Ты почему здесь? Разве генерал тебя не запер? Как ты выбралась?

— Где находится гауптвахта?

Лицо Ви На, спрашивавшей это шепотом, словно они выполняли сверхсекретную шпионскую миссию, выглядело крайне обеспокоенным. Когда То Хви непроизвольно громко переспросил: «Что?», Ви На, как сурикат, снова огляделась по сторонам. Ее маленькие ручки, похожие на листья папоротника, вцепились в форму То Хви, и она зашептала:

— Мне сказали, что Син Хэ Гон заперт на гауптвахте. Где эта гауптвахта? Это далеко отсюда? Я смогу туда пробраться?

Пока она, как из пулемета, выпаливала эти вопросы своим нежным голоском, а уши То Хви становились все краснее, откуда-то послышались голоса. Звук шагов приближался прямо к ним.

Пока Ви На испуганно замерла, То Хви крепко схватил ее за руку. Он сам, казалось, удивился своему поступку, но тут же мягко сказал: «Идем за мной», и потащил Ви На за собой.