Сукины дети.

По Рён с ледяным лицом резко распахнула дверь.

Поглощенные своими тошнотворными намерениями, они даже не заметили По Рён, пока она не оказалась прямо у них за спиной. Им вообще не было нужды остерегаться того, что дверь откроют.

По Рён со всей силы влепила пощечину по затылку того ублюдка, который теребил ширинку, упираясь коленями в кровать. Хрясь! Раздался звук, похожий на раскалывающийся арбуз, и здоровенное тело покачнулось.

Рыбак рыбака видит издалека: три рожи, словно по команде, одновременно обернулись к По Рён. По Рён смотрела на них с таким выражением, будто видела копошащихся в мусорном баке опарышей.

— Решили устроить сексуальное насилие прямо в медпункте? Вы же понимаете, что за это вас под трибунал отдадут? А? Совсем страх потеряли, ублюдки?

Хотя ей было противно даже смотреть на этих троих, которые в растерянности переглядывались, По Рён упорно не отводила от них глаз. Потому что там был кое-кто, на кого ей хотелось смотреть еще меньше.

Взгляд, который единственный заметил ее еще с того момента, как она решительно зашагала к кровати, и неотрывно следил за ней. Почему-то По Рён не могла встретиться с ним глазами.

Она не могла объяснить себе, почему бездумно вмешалась в эту ситуацию, но при этом ведет себя так, словно игнорирует присутствие Ви На. Но и вечно отворачиваться тоже не могла, поэтому По Рён неохотно перевела взгляд.

На мгновение она вздрогнула: лицо Ви На, сидящей, прислонившись спиной к стене, чудовищно распухло. Не похоже, что это дело рук этих ублюдков. Ей говорили, что Син Хэ Гон допрашивает Ви На в связи с убийством Ви Си Гёна.

После этого никаких новостей не поступало, поэтому По Рён не знала, чем закончился допрос. Да и не хотела знать, полностью погрузившись в тренировки и игнорируя всё остальное.

Значит, это господин майор так ее изувечил?

Его насилие — хотя это слово было трудно применить к его действиям — было жестоким, но имело какую-то свою изящность. Он был из тех, кто и бровью не поведет, вонзая стержень карандаша в барабанную перепонку заложника. Да, он мог загонять человека в угол так, что тот умолял о смерти, но никогда не оставлял таких бессмысленных, показных шрамов. А лицо Ви На явно выбивалось из этих рамок.

Действительно ли это дело рук Син Хэ Гона? Картина, вырисовывающаяся по этим следам побоев, никак не вязалась с образом Син Хэ Гона. Тот, кто потерял рассудок и дико набросился на нее... Это совершенно не вязалось с тем человеком, которого она знала...

— Какое еще сексуальное насилие. Чтобы это было насилием, жертва должна чувствовать стыд. Мы тоже не пальцем деланы. Ты у нее спроси. Принуждали мы ее или нет. Она сама сказала, что отсосет нам разок.

В этот момент ублюдок, получивший по затылку, распустил свой грязный язык. По Рён нахмурилась. Тот, что нес эту чушь, подло скривил губы.

— Сама-то, как только она на глаза попадется, издеваешься над ней как можешь. На базе все знают, что ты аж трясешься от желания ее помучить. А теперь что? Вспомнила, что вы обе бабы, и почувствовала женскую солидарность?

Ха-а. По Рён подавила вздохом клокочущее желание убить его на месте. Говорят, если трижды стерпеть, можно избежать убийства. После службы в армии ей бы и трех раз не хватило, но, поскольку она не могла стать убийцей, вместо горячих кулаков она пустила в ход свой грязный язык.

— Раз вы такие смелые, давайте, продолжайте прямо при мне. Покажите мне это жалкое зрелище: как три придурка, воспользовавшись отсутствием врача, навалились на одну бабу и пыхтят, держась за свои никчемные членики. А я с удовольствием посмотрю.

— Капитан Юн, ты вроде не похожа на шлюху, а рот у тебя грязный пиздец. Фильтруй базар.

— Уж почище твоего вонючего хера будет, а?

Вспылив, один из них попытался шагнуть из-за шторки со словами «Ах ты ж...», но двое других изо всех сил его удержали. Видимо, они все же осознали, что ситуация складывается не в их пользу. Вскочивший ублюдок тоже не стал сильно сопротивляться и покорно позволил себя усадить.

Видя ледяной взгляд По Рён, тот, кто был самым сообразительным из них, сказал:

— Капитан Юн, как ни крути, это всего лишь покушение, так что давай просто забудем. Мы правда не заставляли ее силой. Мы сейчас тихо свалим, а ты сама у нее спроси. Давай разойдемся по-хорошему. Мы же вместе дерьмо жрем.

По Рён свирепо вытаращилась на ублюдка, который вдруг начал убеждать ее, словно они всегда были лучшими друзьями. «Договорились?» — сказал он и бесстыдно похлопал ее по плечу. Она со всей силы ударила его по руке. «Ой-ей», — притворно испугавшись, он убрал руку, и вся троица, хихикая, неспешно вышла из медпункта, а их смешки эхом разнеслись по коридору.

По Рён, молча подавляя гнев, дождалась, пока их голоса не стихнут окончательно, а затем сгребла в руку гальку из горшка с цветком на столе врача.

Высунувшись из дверей в коридор, она увидела три затылка, которые как раз собирались повернуть за угол. Убивать их было бы чересчур, поэтому По Рён целилась в открытые шеи или мочки ушей.

Звонкого звука попадания не последовало, но галька полетела точно в цель. Зато она услышала сдавленное «Ай!». По Рён лучезарно улыбнулась лицам, которые обернулись, изрыгая проклятия.

— Попадитесь мне еще раз, сукины дети. Тогда мне будет плевать на губу и прочее, я разберусь с вами по-настоящему.

Хотя вы отправитесь на губу раньше меня. Ведь она была правильным солдатом с обостренным чувством справедливости.

Стерев с лица натянутую улыбку и вернувшись в палату, По Рён бросила взгляд на Ви На, которая все еще тупо смотрела на нее. Веки были покрыты кровоподтеками, но сами глаза оставались ясными и блестящими.

По Рён не хотелось ничего говорить. Но с другой стороны, ей хотелось взбеситься и обрушить на нее град ругательств. Ей хотелось наорать на нее и спросить: «Ты правда сказала, что отсосешь им? Какого хера ты несешь эту грязь? Ты вообще в своем уме?». А затем с опозданием поразилась самой себе.

А мне-то какое дело?

По Рён проигнорировала свое непрошенное чувство жалости и принялась рыться в тележке с медикаментами. Она делала вид, что Ви На не существует, словно она была призраком.

Ее бесило, что она никак не может найти ни спрей-заморозку, ни таблетки от головной боли. Чем этот врач вообще занимается, что так долго отсутствует? Все происходящее ее раздражало.

Именно тогда.

— Почему ты это сделала?

Возможно, из-за того, что ее жестоко избили, но ее и без того тонкий голос теперь касался ушей, как пушинка. По Рён подняла голову.

— Ты же ненавидишь меня, почему ты меня защитила?

— Ха.

Проблема была не только в ее отвратительном произношении, она изначально неправильно выучила корейский. Как будто специально подбирала слова, которые бесят больше всего.

Защитила. Разве это слово вообще применимо к По Рён и Ви На?

По Рён недовольно скривилась.

— Когда это я тебя защищала, дура? Я просто остановила ублюдков, которые творили какую-то дичь прямо у меня на глазах. Не обольщайся.

— .......

— Это как... если на улице валяется дорожный знак — ты его поднимаешь, если ребенок потерялся и плачет — помогаешь найти родителей... Как человек, ты просто не можешь пройти мимо и вмешиваешься, вот и все.

Поняла Ви На ее логику или нет, но она просто тупо смотрела на нее. По Рён стало немного неловко из-за того, что она одна так возбужденно оправдывалась, и она резко опустила голову.

Наконец, она нашла спрей-заморозку в тележке. Сняв крышку, она распылила его на запястье: пш-ш-ш. Ви На все это время молчала. По Рён было непривычно, что Ви На такая тихая. Обычно их словесные перепалки начинала По Рён, цепляясь к ней, а вот когда По Рён хотела закончить разговор, именно Ви На с невинным видом бросала еще одну фразу, заставляя ее задержаться.

Крутя запястьем, по которому разливался холодок, По Рён снова посмотрела на Ви На. Взгляд Ви На, который ни на секунду не отрывался от нее, встретился с ее взглядом. По Рён импульсивно спросила:

— Это правда?

— М-м?

— Что ты несла бред про то, что отсосешь им.

Ви На, даже не колеблясь, покорно кивнула: «Угу». От этого По Рён чуть не взорвалась. Швырнув спрей на стол, По Рён угрожающе двинулась к Ви На.

— С какой стати ты сказала, что отсосешь им? Ты что, шлюха? Ах да, ты же и есть шлюха. Но даже если ты шлюха, это военная база. Только попробуй сделать такое еще раз, и если я это увижу... Блядь, я тебя убью.

— Угу. Хорошо.

— .......

Такое покорное согласие без капли сопротивления лишило По Рён боевого запала.

— Они сказали, что если я отсосу им, они быстро уйдут. А я очень хотела поскорее отдохнуть. Вот и сказала, что отсосу.

Вопрос «С какой стати ты сказала, что отсосешь им?» был скорее оскорблением, чем попыткой узнать причину, но Ви На ответила честно. Более того, причина была до абсурда нелепой. Но, глядя на ее состояние, в котором желание отдохнуть было вполне понятным, По Рён проглотила слова, вертевшиеся на языке.

— Какой бы ни была причина, если сделаешь это еще раз — убью. Из-за тебя и так вся база стоит на ушах, так что не создавай новых проблем.

— Угу.

На душе по-прежнему было тяжело, словно она проглотила камень. По Рён с тяжелым сердцем смотрела на ее лицо, которое было в еще худшем состоянии, чем когда она избила ее, а затем отвернулась. Раз уж она хочет отдохнуть, надо уйти. Не из заботы, конечно, просто ей больше нечего было сказать.

— Не уходи.

Но в тот момент, когда По Рён отвернулась, Ви На произнесла:

— Не уходи. Побудь со мной.

Ее голос преградил По Рён путь, словно голос потерявшегося ребенка, лишившегося родителей.

  ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver