— Нет. Мне не больно.
На лбу Ви На, поспешно отрицающей это, выступила холодная испарина. Губы Син Хэ Гона сжались. Ви На торопливо вцепилась в его руки, державшие ее лицо, боясь, что они исчезнут. Она цеплялась за шрамы — единственное уязвимое место на этом теле, похожем на броню, не имеющем ни одной мягкой линии.
— Правда... не больно. Я не чувствую боли.
Чем больше Ви На отрицала, тем мрачнее становилось лицо Син Хэ Гона. Ви На подняла ноги и обвила ими его талию. От ее жеста, подгоняющего его начать скорее, он нахмурился. Ви На с непоколебимым видом смотрела на Син Хэ Гона снизу вверх. Он не произносил ни слова, ничего не делал, лишь смотрел на нее. Ви На даже не замечала, что кожа вокруг ее глаз, по которой он иногда проводил пальцем, дрожала.
— Мне не больно... Куда ты?
Ви На, которая безостановочно твердила это, словно пытаясь промыть мозги даже Син Хэ Гону, обеспокоенно спросила, когда он все же убрал руки. Она торопливо потянулась к нему, но он перехватил ее руки. Опустив их сцепленные ладони и оперевшись по обе стороны от бедер Ви На, он опустил голову. Ее ноги снова широко раздвинулись. Когда лицо Син Хэ Гона приблизилось к ее лону, а затем и коснулось его, Ви На, не понимая, что происходит, лишь моргала. А затем, когда он кончиком языка коснулся влажной, набухшей плоти, она с испугом дернула бедрами.
— Чт-что ты делаешь... Х-ха, а-ах...!
Язык, дразнящий влажную щель, без колебаний проник внутрь. Ви На от неожиданности едва не сомкнула ноги. Иссиня-черные волосы, уткнувшиеся ей в промежность, заколыхались. Соки, которые, казалось, уже полностью вытекли, хлынули с новой силой в еще большем объеме. Чувствуя себя так, словно она обмочилась, Ви На беспорядочно заерзала бедрами. Десять пальцев, зажатых в его руках, то растопыривались, то крепко сжимались, хаотично двигаясь.
— А-а, ах...!
Не в силах вынести наслаждения, Ви На высоко вскинула ноги. Толстый язык ловил каждую каплю ее соков, стоило им только попытаться стечь вниз, и тут же слизывал их. Его маниакальное упорство — не оставить ни единой капли — вычистило все мысли из головы Ви На, оставив лишь звенящую пустоту.
— Прекра... ти, прекрати, хватит...!
Ви На казалось, что от этого ее тело вот-вот расплавится и растечется, как жидкость, и она начала умолять его отчаянным голосом. Оставив Ви На во власти жестокого наслаждения, Син Хэ Гон легонько прикусил зубами твердо набухший клитор. Кх-х! Ви На издала странный звук и подпрыгнула на месте. Вслед за этим раздался влажный звук поцелуя — то, как он губами прижался к ее горящему клитору, казалось попыткой успокоить ее испуганное тело.
Ви На было настолько непривычно это колоссальное наслаждение, пропитавшее ее жаром до самых ресниц, что ей постоянно хотелось сбежать. Но бежать было некуда. Ее соски, набухшие так же сильно, как и клитор, который он кусал и сосал, невыносимо зудели. Всё, что могла делать Ви На в ответ на даруемое им удовольствие, — это лишь бесконечно шептать его имя, не уставая от переполняющего ее возбуждения.
— Син Хэ Гон...
В процессе восхождения к вершине блаженства что-то непонятное в ее душе надломилось. Почему-то, чем больше ее тело воспаряло, тем сильнее сжималось и рушилось ее сердце.
«Если когда-нибудь появится человек, который будет дорожить тобой, ты тоже должна обязательно защищать его. Потому что он наверняка станет для тебя очень важным человеком...»
Когда Ви На крепко зажмурилась, физиологические слезы, скопившиеся в глазах, покатились по щекам. В этот самый момент, оказавшись на пике экстаза, словно уносящего ее куда-то в небеса, Ви На пронзительно вскрикнула: А-ах! Внутренние мышцы, сжимавшие его язык, резко сократились. Одновременно с этим из ее лона вырвался низкий, хриплый стон.
— Ха-а, ха-а...
Пока поясница Ви На, взмывшая вверх, медленно опускалась на пол, язык Син Хэ Гона тоже неторопливо выскользнул. Он еще долго целовал внутреннюю сторону ее бедра, а когда Ви На по привычке пробормотала его имя, он поднялся со звуком: «М-м?».
— Теперь хватит...
Син Хэ Гон пристально смотрел на ее лицо, пропитанное наслаждением и приобретшее еще более порочный оттенок. Словно испытывая это впервые, Ви На не могла даже осознать те чувства, что только что пронеслись через нее, и выглядела растерянной. Учитывая, с какой готовностью она падала на колени, обещая стать его развлечением, или как без колебаний садилась ему между ног на гауптвахте, предлагая свои губы, он был уверен, что она вдоль и поперек искушена в подобных делах. И только сейчас, видя, как она смущается и не может даже посмотреть ему в глаза, он понял, что его предположение было неверным.
— Значит, и к этому у тебя нет иммунитета.
Ею всегда помыкали, подстраиваясь исключительно под чужую похоть. Секс усвоился ею лишь как боль, но даже эту боль она не могла распознать как боль...
Син Хэ Гон лег на нее, силой забирая себе ее взгляд, пытающийся избежать его. Тревожно мерцающий красный свет перетек в зрачки Син Хэ Гона.
— Это не так.
Ее слепое отрицание больше не вызывало у него раздражения. Син Хэ Гон погладил волосы смущенной Ви На, притянул ее к себе и поцеловал.
— Нет же... Я совсем ничего не чувствую.
— Я понял.
— Правда... Так что все в порядке. Можешь делать со мной что угодно.
— Я же сказал, что понял...
Син Хэ Гон накрыл губы Ви На своими. Это казалось безмолвным приказом замолчать, и Ви На ничего не оставалось, кроме как закрыть рот. Языки нежно и тепло сплелись. На мгновение Ви На охватила опасная мысль, что она была бы не против целоваться с ним вечность.
— У... а-ах!
Но, словно разбивая ее неосторожность вдребезги, в ее лоно, где все еще влагой скапливался жар, проникла его головка. Воспоминание о том, как она уже принимала его в себя, заставило тело Ви На напрячься. Син Хэ Гон умело скорректировал угол, чтобы идеально подогнать его под вход, и мягко проник внутрь, но Ви На дрожала. Словно понимая это, Син Хэ Гон прижался губами к ее щеке и прошептал:
— Она достаточно расслаблена, но будет больно.
— Не б...
— Нет, тебе будет больно.
Син Хэ Гон твердо произнес это, словно ставя клеймо на растерянно дрожащих глазах Ви На.
С этого момента тебе будет больно. И это нормально.
Его взгляд был настолько непоколебимым, что Ви На потеряла волю отрицать это.
— Поэтому смотри мне в глаза.
— .......
— Пройдет немного времени, и я сделаю так, чтобы тебе не было больно... Хорошо?
— ...Да.
Ви На покорно кивнула, словно его слова были священным догматом. Син Хэ Гон, словно хваля ее, поцеловал Ви На в лоб, а затем медленно начал двигаться вперед. Плоть, в которой скрылась головка, начала понемногу расходиться с влажным хлюпающим звуком. Чтобы не нарушить приказ, Ви На смотрела на него. Но ей было тяжело. С губ Син Хэ Гона тоже срывалось хриплое дыхание. Вздувшаяся вена на его гладком лбу почему-то заставила сердце Ви На сжаться. Руки Ви На, бессильно трепетавшие, с трудом опустились на его лицо.
— А... тебе больно?
В этот момент Син Хэ Гон пораженно выдохнул: Ха. На долю секунды его взгляд, устремленный на Ви На, стал таким нежным, словно он смотрел на что-то невероятно милое. Син Хэ Гон потерся губами о кончик носа Ви На и ответил: «Да». Она ожидала, что он скажет «нет», и от этого неожиданного ответа глаза Ви На широко раскрылись.
В тот же миг он смело толкнулся бедрами вперед, и Ви На содрогнулась от ощущения плотного наполнения.
— А-ах...!
— Ху-у...
Когда Ви На непроизвольно попыталась отвернуть голову, Син Хэ Гон потребовал смотреть на него: «Глаза». Ви На, выдохнув «Угу», с трудом сфокусировалась на нем. И все же это было лучше, чем в начале. Конечно, низ живота напрягся, словно в камень, но Ви На, словно под гипнозом, твердила себе, что все в порядке.
В этот момент губы Син Хэ Гона опустились и слизнули слезинки с ее ресниц. Веки, виски, а затем и щеки... Наконец, он так бережно и нежно обхватил ее губы, что в груди Ви На снова заныла непонятная боль.
Почему он обнимает меня так?
Он — человек с самыми холодными и жестокими глазами из всех, кого Ви На видела в своей жизни.
Но его секс казался слишком трепетным.
Настолько, что мог вселить иллюзию, на которую она не имела права...
— Больно?
Спросил Син Хэ Гон.
Ви На хотела сказать, что ей не больно. Что ей совсем не больно, и поэтому он может быть с ней настолько грубым, насколько захочет... Она хотела сказать это.
— Больно...
Но Ви На сказала, что ей больно. И тогда произошло нечто удивительное. Ее тело действительно начало болеть. От промежности, широко раздвинутой, чтобы принять его член, до шрама от ножа под грудью и пулевого ранения в боку... Всё болело так, что терпеть было невозможно.
— Больно, больно...
Из глаз Ви На потекли слезы. Не от грусти и не от боли. Ей было страшно от того, что она солгала. Ей не было больно. Ей не должно быть больно. Ведьма, рожденная с красными глазами, не должна знать, что такое боль.
Именно тогда глаза Син Хэ Гона, смотревшего на Ви На, признающуюся в своей боли, изогнулись. Ви На на мгновение забыла о боли и в оцепенении уставилась на него. Это был первый раз, когда он так улыбнулся ей.
— Потерпи... совсем немного. Хорошо?
Он улыбается так плавно, словно по воде расходится рябь.
Ви На кивнула: «Угу». Твердо веря его обещанию, что он сделает так, чтобы ей не было больно, она ласково погладила его широкие, как море, плечи.
