Вокруг царил полнейший кавардак.

Отец, совершенно потерявший голову от выпивки, вцепился в Астера и нес какую-то околесицу. В конце концов, с повлажневшими глазами, он торжественно провозгласил, что вверяет меня ему.

Захмелевший папа в своих мыслях уже выдал меня замуж. Наблюдать за этим, пока Астер безмятежно улыбался, было просто жутко.

Астер быстро смекнул, что отец становится необычайно щедрым, когда выпьет, и то и дело подливал ему. Попавшись на эту хитрую уловку, отец даже не понял, как его обвели вокруг пальца, и окончательно поплыл. В довершение всего он проявил нелепое гостеприимство, пригласив Астера остаться на ночь.

Наконец, с позором отключившись, отец признал свое полное поражение.

И вот результат.

Я безучастно наблюдала за Астером, который по-хозяйски расположился в гостевой спальне и проверял, мягкая ли постель. Он успел умыться, переодеться в халат и выглядел так, будто прожил в нашем замке всю жизнь.

Стоя в стороне со скрещенными на груди руками, я спросила:

— Ты и вправду собираешься здесь ночевать?

— Тесть велел мне остаться, было бы невежливо просто уйти.

Слово «тесть» заставило меня усмехнуться. Похоже, раз уж мой нетрезвый родитель позволил так себя называть, Астер решил не стесняться в выражениях. Поразительно, как быстро и естественно он сменил тон.

— Вижу, обращение «тесть» уже вовсю слетает у тебя с языка.

— Мне придется называть его так в будущем, пора привыкать.

— Кажется, ты уже вполне освоился.

— Еще не совсем.

Астер усмехнулся и поднялся. Взяв меня за плечо, он непринужденно подвел меня к столу. Там уже стоял вечерний чайный сервиз — как раз для того, чтобы выпить чашку перед сном. Он сел напротив и наполнил чашки.

— Честно говоря, я изрядно нервничал.

— Да что-то совсем не заметно было.

— Что ж, рад, что смог это скрыть.

Он ответил спокойно и пододвинул чашку ко мне. Теплый чай умиротворял все внутри. Сделав глоток, Астер вдруг негромко рассмеялся, словно его осенила какая-то мысль.

— В доме Фрэнсисов очень добрые люди. Даже чай подают такой, что помогает от похмелья.

— Отец плохо переносит алкоголь, поэтому он знает толк в подобных сборах.

— И все же, раз он решил выпить со мной, значит, я ему симпатичен.

— Завтра, когда он протрезвеет, его мнение может измениться.

— Что ж, тогда мне придется снова составить ему компанию за бутылочкой? 

— Поглядите-ка на него, да вы, оказывается, тот еще любитель выпить! Смотрите только, не нойте завтра, что у вас раскалывается голова.

От моих шутливых упреков Астер и вовсе покатился со смеху. Я-то пыталась поворчать для вида, но, видя, что мои слова вообще не возымели на него эффекта, даже как-то смутилась.

Он допил свой чай до последней капли и добавил:

— Благодаря этому чаю похмелья точно не будет. Мне определенно нравятся такие проявления заботы.

— В каком смысле?

Я недоуменно наклонила голову, услышав это внезапное откровение. Астер пояснил: 

— В замке Бланшей к любой внезапной любезности принято относиться с подозрением. Ведь в подобный чай, например, проще всего подмешать какой-нибудь яд.

Он легонько постучал по чайнику и застенчиво улыбнулся. Хотя он говорил об этом как о пустяке, скрытый смысл его слов был зловещим. В том, что он упоминал вскользь, крылось слишком много мрачных тайн.

Я заговорила, желая его успокоить:

— В нашем доме не ждут ничего взамен за доброту. Чувствуй себя спокойно.

— Да. Именно эту мягкость я и имел в виду, когда сказал, что мне это по душе.

Астер снова наполнил чашку. Чай явно пришелся ему по вкусу. Я внимательно на него смотрела. Стоило ему упомянуть Бланшей, как на его лицо ложилась тень. Хотя он говорил об этом легко, воспоминания наверняка были болезненными. Снова и снова обманываться чужой добротой, чтобы в итоге быть сброшенным с обрыва... Должно быть, Астера не раз ломали и уничтожали. Бланши были слишком жестоким родом для ребенка, вынужденного противостоять ему в одиночку.

Пока я пила чай, на меня навалилась сонливость. Расслабившись, я подперла подбородок рукой.

— Ты ведь тоже добрый, Астер.

— Неужели?

— Да. Когда мы встретились впервые, ты терпел все мои выходки.

— Они меня не особо беспокоили.

— Это я и называю добротой. Обычно людей раздражают пьяные дебоши.

В тот день мне не стоило изводить его. Ведь это я затащила его в отель и буквально съела заживо, когда он просто предложил проводить меня домой. И мало того что я сбежала на следующее утро, так еще и наплела чепухи о том, что это была «ошибка на одну ночь». Однако он отреагировал спокойно. Возможно, именно поэтому я не могла быть с ним по-настоящему холодной.

— Ты такой добряк, должно быть, тебе нелегко жилось среди… не самых добрых людей?

— Пожалуй, ты единственная, кто назовет семейство Бланшей таким мягким словом.

— Я просто попридержала более крепкие выражения. Все-таки они твоя семья.

— Спасибо, что заботишься о моих чувствах.

Астер усмехнулся и, копируя мою позу, подпер подбородок рукой. Свободной рукой он потянулся ко мне и стал перебирать мои волосы. Мои распущенные розовые локоны то исчезали в его широкой ладони, то снова скользили сквозь пальцы. Его прикосновения, задевавшие щеку, были нежными. Я не чувствовала в них никакой похоти. Было просто тепло.

Наверное, дело в том, что отец пригласил его официально.

Он казался человеком, который легко может перейти границы, но у него были свои принципы. Я была уверена, что он меня не тронет — именно поэтому позволяла себе находиться с ним в одной комнате.

До бала дебютанток оставался ровно месяц. Само торжество было на следующей неделе, и мне нужно было пересмотреть наши отношения до этого момента. Обрубить ли все концы сразу, как я и планировала, или же…

Я решилась поднять вопрос, который обдумывала все это время. Возможно, это прозвучит цинично, но у меня была безосновательная уверенность, что Астер поймет.

— Астер.

— Слушаю, Камилла.

— Я собираюсь сказать безумную вещь. Если это будет для тебя абсолютно неприемлемо, можешь плеснуть мне в лицо чаем и уйти.

— Этого не случится, так что говори смело.

Астер лениво улыбнулся, побуждая меня продолжить. Но от моих следующих слов его невозмутимость испарилась без следа.

— Ты действительно хочешь на мне жениться?

В его глазах промелькнуло замешательство. Он явно не ожидал, что я так сразу заговорю о браке. Рука, ласкавшая мою щеку, замерла.

— Мои намерения неизменны.

Это был серьезный ответ. Значит, он все еще собирался взять меня в жены. Но останутся ли его намерения прежними, когда он услышит продолжение?

Астер, которого я знала, был человеком искренним. Тот факт, что он терпеть не мог приемы, полные лицемерия и притворства, был тому доказательством. Могла ли я предложить брак без любви кому-то вроде него? Ему это было не особо выгодно. Он мог даже подумать, что я поступаю несправедливо, отталкивая его.

И все же я должна была это произнести. Я заговорила с легкой самоиронией, выпрямляя спину, чтобы сбросить сонную негу и придать телу бодрости. Словно уютной, доверительной атмосферы мгновением ранее никогда и не было, я сухо спросила, будто обсуждала деловую сделку:

— Даже если это будет брак без любви?

— Что ты имеешь в виду?

Астер напрягся, почувствовав перемену в моем настроении. На мгновение он выглядел разочарованным, будто ожидал совсем другого, но я ничего не могла с собой поделать. Раньше я бы никогда не прибегла к подобному методу, но с появлением Астера такой вариант стал возможен. Будь я чуть похуже, я могла бы притвориться, что люблю его, и выйти замуж, чтобы втереться в доверие к Бланшам.

Но брак, основанный на обмане и использовании человека, был не в моем стиле и не в стиле Фрэнсисов. Наша семья заключала сделки только на основе четких договоренностей и доверия. Мне было неприятно предлагать ему столь сомнительный контракт, но я не собиралась его принуждать. Даже если он откажется, я не перестану раскрывать преступления Бланшей.

Я сделала акцент на «браке без любви», потому что не могла полюбить кого-то из их рода. Поэтому я предлагала стать надежными деловыми партнерами — с доверием, но без чувств.

— Я хочу прояснить это прежде чем наши договорные отношения закончатся. Я говорю о союзе по взаимному согласию, основанном на интересах друг друга. О браке, который может закончиться честным разводом, как только условия контракта будут выполнены.

При слове «развод» Астер отреагировал резко. Подлокотник кресла, в который он вцепился, вдруг хрустнул и деформировался. Он прорычал низким, скрежещущим голосом:

— О разводе не может быть и речи.

— Сначала выслушай меня, возможно, ты передумаешь. Я не говорю, что разведусь с тобой во что бы то ни стало. Я имею в виду, что мы мирно расстанемся, если кто-то из нас встретит другого человека.

— «Другого»?

Лицо Астера потемнело от гнева. Он поднялся и навис надо мной. Я не отвела взгляда, встретившись с ним глазами. Он посмотрел на меня сверху вниз и произнес глухим голосом:

— Для меня никакой другой не будет. И я позабочусь о том, чтобы в твоей жизни тоже никто другой не появился.

Это прозвучало как самое настоящее предупреждение: если подобный смельчак все же решит объявиться, ему несдобровать.

***

Перевод завершен, скачать в формате эл книги можно на бусти https://boosty.to/heylalala/posts/a9100ace-fbc5-4f22-bbd9-19e56d180b46?share=post_link