На мой вежливый ответ на губах Айлы заиграла мягкая улыбка. Кристофер был на редкость общительным юношей. Вероятно, статус невесты Астера даровал мне в его глазах особые привилегии, и я не могла не оценить ту теплоту, с которой он меня принимал.

— Вы уже ознакомились со списком гостей, который я передала вам в прошлый раз? — поинтересовалась Айла.

— Да. Я запомнила все о тех людях, имена которых вы подчеркнули. 

— Похвально. Понимание положения собеседника — ключ к успешной беседе. Если вы знаете, что человек любит, а каких тем лучше избегать, вести диалог становится в разы проще. 

— Благодаря вам я без труда получила бесценные сведения.

Подобную информацию невозможно раздобыть, не имея глубоких связей в высшем обществе. Для такой девушки, как я, только вступающей на светскую арену, это было бесценным подспорьем. Несмотря на то что Айла Летиа на время покинула столицу, чтобы поправить здоровье, ее былая слава «цветка высшего света» ничуть не померкла. Неудивительно, что многие мечтали заполучить ее в качестве шаперона.

— Многие уже выразили желание познакомиться с вами поближе, едва прознали, что я стану вашей сопровождающей.

— Я с радостью встречусь с любым, кого вы сочтете нужным мне представить, маркиза Летиа.

— О нет, вовсе не обязательно одаривать вниманием каждого дворянина, чтобы не создавать впечатление излишней доступности. Куда разумнее подходить к выбору знакомств избирательно.

Айла улыбнулась и протянула мне приглашение. Мой взгляд тут же зацепился за знакомую печать на карточке с золотым тиснением. 

— Это герб семьи Фогт.

— Верно. Это почтенный род, из которого традиционно избираются гвардейцы императора. У их сына скоро праздник по случаю дня рождения. Если вы произведете там правильное впечатление, это принесет огромную пользу.

— Благодарю вас. Благодаря вашим стараниям в моих руках оказалось столь ценное приглашение.

Семья Фогт даже среди графских родов занимала особое положение. Будучи фаворитами императора, они обладали влиянием, сопоставимым с маркизатом. Как раз когда я подумала, что было бы неплохо наладить с ними контакт, Айла добавила:

— Ах, чуть не забыла: молодой герцог Бланш тоже приглашен. Вы пойдете вместе.

Услышав имя Астера, я невольно переспросила:

— Что? Разве у молодого герцога есть связи с семьей Фогт?

— О, разве вы не знали? Второй сын графа Фогта и молодой герцог были сокурсниками во время учебы за границей. Они вместе обучались на факультете фехтования.

— Вот оно что.

Теперь, когда я об этом задумалась, мне действительно доводилось слышать, что второй сын Фогтов учился в Ахивите. Учитывая, что они с Астером сверстники, их знакомство по Академии выглядело вполне логичным. Должно быть, они часто пересекались, а раз Астер получил приглашение — значит, они были довольно близки.

Оказывается, у него на удивление широкие связи.

Я-то полагала, что он совершенно не интересуется светской жизнью, раз почти не бывал в столице, но реальность оказалась диаметрально противоположной. Сначала семья Летиа, теперь — Фогты. Если он выстраивал эти связи намеренно, то его расчетливость пугала; если же нет — то он баснословно удачлив.

Впрочем, он сам говорил, что учеба за границей была нужна ему для обретения силы.

Вспоминая наш прошлый разговор, я склонялась к тому, что все это было частью его плана. Его слова о власти не были пустым звуком. Я гадала, почему он так долго оставался в Ахивите, но теперь понимала: это было для него не бегством, а вызовом.

«В моем мире либо ты пожираешь других, либо пожирают тебя».

Теперь слова Астера обретали для меня новый смысл. Он вернулся в империю вовсе не от скуки. Вероятно, он наконец-то начал охоту, целью которой был захват власти в доме Бланшей. Неудивительно, что герцогиня и ее дети места себе не находили. Любой его шаг с момента возвращения заставлял их нервничать. И их маниакальное желание разорвать нашу помолвку наверняка было продиктовано тем же страхом. Даже притом, что Фрэнсисы были их заклятыми врагами, Бланши понимали: этот союз даст Астеру еще более мощные «крылья».

Чем больше я узнаю его, тем сильнее хочу заполучить на свою сторону.

Чтобы раскрыть тайны, которые так тщательно оберегают Бланши, мне нужно войти в их ближний круг. Изначально я не планировала использовать брак для этой цели. В конце концов, Астер оставался Бланшем, и я полагала, что он не слишком отличается от остальных. Риск связать себя узами с ним и тем самым подставить под удар свою семью казался мне неоправданным. Но теперь молодой герцог виделся мне ключевым «тузом» в моей игре.

Проблема заключалась в том, что его чувства ко мне, похоже, были искренними. Я не считала себя достаточно коварной, чтобы хладнокровно использовать того, кто открывается мне всем сердцем. С другой стороны, предлагать ему фиктивный контракт прямо сейчас казалось преждевременным.

Что ж. Впереди еще месяц на разведку.

Приведя мысли в порядок, я вернулась к беседе с Айлой.

— Мне пора, — попрощалась гостья с довольным видом. Она оказалась именно таким приятным и тактичным человеком, на какого я надеялась. Я считала большой удачей иметь такую наставницу и с почестями проводила ее.

— Да, маркиза. В следующий раз я непременно навещу вас сама.

— Договорились.

Айла тепло улыбнулась и поднялась в экипаж. Как только ее карета скрылась за поворотом, подъехал другой экипаж, подготовленный мною заранее.

— Все готово, мисс.

Кучер распахнул дверцу, и я, садясь внутрь, скомандовала:

— В пентхаус на Первой улице.

Карета тут же сорвалась с места, набирая ход.

***

В роскошных апартаментах меня уже ждали. Едва я вошла, мне помахала Елена Бланш. Никогда бы не подумала, что настанет день, когда я сама назначу ей встречу.

При мысли о том, сколько всего произошло за это время, я невольно вздохнула. Откинув вуаль на шляпке, я присела за столик.

— Ты рано, — заметила я. 

— А ты по-прежнему пунктуальна. Ни разу не опоздала. 

— Зато ты сегодня пришла заранее, хотя обычно вечно опаздываешь. Неужели так нервничаешь? 

Елена фыркнула на мои колкие слова.

— Хм! Ты сама не понимаешь, о чем говоришь. Я могу быть пунктуальной, когда захочу.

Ответила она резко, но в ее движениях сквозило беспокойство. Должно быть, она была на взводе с тех пор, как в карете обнаружили магический маячок. К тому же Париса с позором выставили из замка Фрэнсисов, причем сделал это лично Астер. Ей явно было о чем подумать.

Я перешла прямо к делу, не тратя времени на светские вступления.

— Это ведь ты подослала Париса в замок?

— Ты тоже не сдержала обещание! Разве ты не должна была расторгнуть помолвку с Астером?

— Ты сама приняла это решение и ушла. Я на это согласия не давала.

Когда я ответила столь сухо, Елена прикусила нижнюю губу. Она явно злилась из-за того, что я больше не выказывала отвращения к этому браку. 

Я задала вопрос, который мучил меня с самого начала:

— Почему ты так отчаянно хочешь расстроить нашу свадьбу? 

— Потому что я не желаю видеть тебя в нашей семье.

— И это настоящая причина?

— Что?

— Мне кажется, за этим стоит нечто иное.

— Какое еще «иное»?!

При моих словах Елена запнулась, ее губы беззвучно зашевелились. Ее чрезмерно острая реакция лишь подтвердила мои догадки: она что-то скрывала. Скрестив руки на груди, я продолжила:

— Хорошо. Даже если причина в этом, я не обязана тебе потакать.

Елена хранила молчание, явно опасаясь сделать неверный ход. Разумеется, я не собиралась ее отпускать. Я перевела тему на то, что, как я знала, напугает ее больше всего.

— Кстати, а герцог Бланш знает о твоих с братом выходках? Насколько я слышала, он одобряет наш брак. Уверена, он будет в восторге, узнав, как вы с Парисом постоянно вставляете нам палки в колеса. 

— Ты мне угрожаешь?

— Нет, лишь констатирую факты. Так кто из вас подбросил маячок — ты или Парис?

— Какая разница! — выкрикнула Елена, словно пытаясь заглушить голос собственной совести. От ее визгливого тона я невольно поморщилась.

— Послушай, кто угодно, только не ты. Этот брак и тебе не принесет ничего хорошего. 

— Что значит «кто угодно, только не я»? 

— ...Я имею в виду, что просто не хочу родниться с Фрэнсисами!

Снова та же старая песня. Когда я саркастично усмехнулась, Елена отвела взгляд. По ее бегающим глазам было ясно: она недоговаривает.

— Ты ведь что-то скрываешь, верно?

— Да нет же!

Голос Елены сорвался, она подалась вперед и перешла на шепот. Ее внезапная осторожность разительно контрастировала с недавними криками.

— Камилла, просто послушай меня. Не делай этого, а то потом пожалеешь. 

— Чем больше ты меня отговариваешь, тем любопытнее мне становится.

Моя ленивая улыбка заставила Елену нахмуриться. Поняв, что слова не действуют, она в сердцах вскочила с места.

— В любом случае я тебя предупредила!

— Погоди.

Я схватила ее за руку и заставила сесть обратно. Она уставилась на меня округлившимися от удивления глазами. Я одарила ее невозмутимой улыбкой.

— Елена, я встретилась с тобой вовсе не для того, чтобы выслушивать твои нотации.

— Что?

— Ты, кажется, заблуждаешься. В этой встрече правила диктую я, а не ты.

— «Диктуешь правила»?

— Ты забыла? Я ведь только что тебе угрожала.

— Ты же сказала, что это не угроза!

— Нет, это была именно она.

Елена побледнела. Она быстро оценила ситуацию — ей уже доводилось сталкиваться с моим гневом. Подперев подбородок рукой, я произнесла самым медовым голосом, на какой была способна:

— Кажется, Астер еще не доложил герцогу о маячке, но я далеко не столь великодушна, как он. Теперь ты понимаешь, за кем последнее слово?

Елена поправила платье, больше не пытаясь повышать голос. Казалось, она искренне боялась гнева герцога Бланша. Теперь она была готова к конструктивному разговору. Улыбнувшись, я раскрыла истинную цель нашей встречи.

— Если хочешь, чтобы я держала язык за зубами, расскажи мне все, что знаешь о моем женихе. Особенно о том, в каких отношениях он состоит с герцогом и герцогиней. 

— Ты хочешь, чтобы я стала твоим шпионом?

— Шпионом? Как грубо. Думай об этом как о дружеском совете будущей невестке.

Елена задрожала от ярости, почувствовав скрытую за моими словами сталь. Как бы я ни подслащивала пилюлю, было очевидно: мне нужны все сведения, которыми она располагает. Вполне естественно, что она чувствовала себя униженной. Но она понимала: с теми доказательствами, что у меня есть, ей не выкрутиться.

Помедлив, она наконец произнесла:

— Поклянись, что никогда не скажешь, что это я тебе поведала.