— Звучит заманчиво.

Астер без малейшего сопротивления направился к террасе. Мочки его ушей слегка порозовели — внезапный физический контакт смутил его. Обычно он сам проявлял инициативу, но эта внезапная застенчивость отозвалась во мне странным чувством.

В хмелю он и впрямь очарователен.

Я искоса взглянула на Астера и улыбнулась. Он определенно был в моем вкусе. Даже наши предпочтения в постели совпадали, что делало его идеальным партнером. Не будь он Бланшем, мы бы, вероятно, уже отпраздновали помолвку и обменялись клятвами у алтаря.

Стоило нам выйти на террасу, как Астер с явным дискомфортом потянулся к шейному платку. Одно движение — и аккуратный узел исчез. Разгоряченный, он расстегнул еще несколько пуговиц и глубоко выдохнул:

— Уф…

Казалось, стоило ему подняться, как опьянение накрыло его с новой силой. Я же, напротив, чувствовала себя прекрасно, поскольку пила умеренно — привычка, выработанная годами светских приемов. Видя его гораздо более расслабленным, чем обычно, я и сама потеряла бдительность. Я подошла ближе и заглянула ему в лицо:

— Ты плохо переносишь алкоголь?

— М-м… Так вот, значит, каково это — быть пьяным.

Он выглядел так, словно захмелел впервые в жизни. Вероятно, раньше он почти не притрагивался к спиртному. И это было к лучшему: значит, у него не будет проблем с азартными играми или сомнительными связями, которые часто сопутствуют любви к выпивке.

Он нравится мне все больше и больше.

Из него вышел бы блестящий деловой партнер. Как и сказал Астер, не будь он из Бланшей, все могло бы сложиться иначе. Он запустил пятерню в волосы и пробормотал:

— Голова идет кругом.

— Желудок в порядке?

— …Да.

Запоздалый ответ лишь подтвердил, насколько он пьян. В этом состоянии Астер казался беззащитным. Это было так трогательно, что мне захотелось позаботиться о нем. Я протянула ему стакан воды.

— Выпей. На свежем воздухе станет легче.

— Спасибо.

Астер мягко улыбнулся и осушил стакан залпом. Видимо, жажда была сильной, потому что он, не удовлетворившись, встряхнул пустую емкость. Это выглядело забавно. Я потянулась за стаканом:

— Дай мне. Я принесу еще.

Но вместо стакана Астер резким движением перехватил мою руку и крепко прижал к себе.

— Не нужно. Моя жажда — вовсе не по воде.

Не успела я опомниться, как он переплел наши пальцы и притянул меня ближе. И без того мизерное расстояние между нами вовсе исчезло.

Астер, непривычно томный и расслабленный, был невероятно притягателен. Глядя на этого захмелевшего мужчину, я и сама почувствовала некое опьянение. Я не стала избегать его взгляда и спросила:

— И чья же это вина?

— Ты правда не понимаешь?

— Понимаю, но хочу услышать подтверждение.

Астер усмехнулся моему дерзкому ответу. Он приподнял мой подбородок и запечатлел на губах легкий поцелуй.

— Это твоя вина, Камилла.

Несмотря на обвинительный тон, то, как он прикусил мою нижнюю губу, было нежно и сладко. Напряжение внутри меня начало таять. Я невольно улыбнулась, но стоило мне приоткрыть рот, как его дыхание заполнило меня до краев. Ощущение его языка, проникающего так глубоко, что на кончиках пальцев закололо, не оставило места для раздумий.

— М-м…

Этот поцелуй был яростнее обычного. Словно в доказательство того, что его слова не были ложью, он терзал мои губы и запускал пальцы в волосы. То, как он крал каждый мой прерывистый вдох, лишало рассудка. Вкус вина, разливающийся во рту, только усиливал это чувство.

— Камилла…

Шепот над самым ухом был настолько соблазнительным, что по телу пробежала дрожь. Голос, сочащийся чувственностью, заставлял мою кровь закипать.

— Пьянеть можно не только от вина, но и от людей.

— Значит, ты пьян мной?

Астер лениво улыбнулся, будто услышал нечто крайне приятное. Родинка-слезинка под его томными глазами была очаровательна. С самой первой нашей встречи она казалась мне странно знакомой.

Я протянула руку и коснулась ее. Он негромко застонал и прикрыл глаза. Родинка под трепещущими ресницами притягивала мой взгляд.

— Опасно так меня касаться, — низко пробормотал он.

Поддавшись игривому настроению, я поцеловала его в родинку и прошептала:

— А если я коснусь тебя вот так?

В тот же миг Астер распахнул глаза. Его алый взор вспыхнул, точно охваченный пламенем. Увидев эту страсть, я поняла, что совершила ошибку. Казалось, я только что оборвала последнюю нить, сдерживавшую зверя. Впрочем, самообладание Астера все еще было крепким.

Он прорычал, покусывая мою шею:

— Ты нарочно? Пытаешься свести меня с ума.

— Твоя реакция довольно милая.

— Что ж, если продолжишь меня провоцировать, этим дело не закончится.

Его губы скользнули с шеи на ключицу. Рука, стягивающая с меня одежду, казалась обжигающей. Ткань, прикрывающая грудь, опасно смялась. Он потерся губами о верхнюю часть моей груди и сказал:

— Я не хочу быть грубым.

— Что ты понимаешь под грубостью? 

Мы ведь уже все испробовали.

Я проглотила эти слова, и он удивленно взглянул на меня. Его красные губы выглядели так соблазнительно, что я осознала: мое тело уже привыкло к нему.

Дело плохо.

Оказаться в плену и его лица, и его тела — действительно большая проблема.

— Мы на террасе, ты же понимаешь, Камилла.

— …Ты хочешь сказать, что не хочешь делать это здесь?

— А разве это не проблема? — Астер посмотрел на меня с недовольством. 

Кажется, я попала в точку. Его неожиданное благоразумие заставило меня рассмеяться.

— Видимо, ты не так сильно изголодался, раз тебя заботит место.

— Я сдерживаюсь. Я ведь все-таки человек.

С лицом, на котором отражалось все величие его внутренней борьбы, он крепко обхватил мою талию. Несмотря на возбуждение, его разум отчаянно пытался сохранить спокойствие. Однако, вопреки его воле, мужское достоинство уже выразительно выпирало. Пах, туго обтянутый брюками, выглядел слишком аппетитно.

Если оставить его в таком состоянии, ему будет больно.

Я бросила взгляд на напряженное естество, затем обхватила его лицо ладонями и заставила посмотреть на меня.

— Помочь тебе?

— Что?

— Вижу, тебе приходится несладко.

Когда мой взор опустился к его паху, он закусил губу и тяжело вздохнул.

— Право слово… Ты даже не осознаешь, в какой опасности находишься.

После этих слов мир вокруг качнулся. В мгновение ока я оказалась на диване террасы. Астер, нависший надо мной, придавил меня своим весом:

— Ты все такая же бесстрашная.

— В Ахивите нет никого, кто не знал бы о моем безрассудстве.

Астер нахмурился, будто хотел оставить этот факт только для себя. Но его бдительность ослабла лишь на миг. Он прижался ко мне всем телом и впился в губы поцелуем. Тяжелый вес и нестерпимый жар заставили меня напрячься.

Его ладонь скользнула под платье, сжимая мягкую плоть. Острая волна возбуждения прошла по бедру, которое терзала его большая рука. Когда он нежно коснулся моего самого сокровенного места, бедра невольно дернулись. Но зажатая между его ног, я не могла сдвинуться с места.

Он властно перехватил мою талию и предупредил низким голосом:

— И куда это ты собралась?

Затем он направил мою руку к своему пылающему паху. Я догадывалась по натянутой ткани брюк, но реальность превзошла ожидания: плоть была горячее и тверже, чем обычно. От ее размеров у меня перехватило дыхание. Сколько бы раз я его ни видела, я не могла привыкнуть. Я запоздало пожалела, что дразнила его, не принимая в расчет то, что скрывалось под одеждой.

— П-подожди…

Я замялась, но он, похоже, не собирался останавливаться.

— Нет. Я больше не могу терпеть.

Его рука, сжимавшая мою, когда я попыталась отстраниться, была напряжена, на ней проступили вены. Он прошептал мне на ухо:

— Ты сказала, что поможешь. Я не могу выйти в таком виде, так что тебе придется меня успокоить.

Он все еще считал, что мы не можем зайти до конца прямо здесь, но было очевидно, как сильно он мучается. Его вкрадчивый голос заставлял каждый нерв в моем теле звенеть от напряжения. Чувствуя его нужду, я не смогла отказать. Стоило мне начать двигать рукой, как Астер издал хриплый стон. Одно лишь выражение его лица заставляло меня терять контроль.

Пытаться ласкать его через прорезь в брюках было неудобно. Цокнув языком, я расстегнула пряжку.

Член высвободился, став еще больше. Одной руки было мало, и я обхватила его обеими. Напряженный ствол был твердым, влажным и горячим. Когда на кончике показалась капля предэякулята, я невольно облизнула губы. Интересно, каков он будет на вкус, если я возьму его в рот?

— Если уж помогать, то как следует.

— Что?

— Ложись.

По моей мягкой команде Астер, точно под гипнозом, откинулся на спину. Я взяла его возвышающийся член и медленно лизнула. Смазка на вкус была сладковато-соленой.

Вздрогнув, Астер обхватил мое лицо, пытаясь отстраниться. Его затуманенный взор на мгновение прояснился от шока.

— Камилла, что ты делаешь!

— Ты сам просил о помощи.

— Но ведь здесь…!

— А что не так с местом? Эта терраса словно создана для подобного.

— …

— Что ж, Астер, можешь и дальше блюсти достоинство. А я буду грубой.

С этими словами я взяла член в рот. Он был слишком большим, чтобы войти полностью за один раз, растягивая мои щеки и блокируя горло. Признавая, что одними губами не справиться, я ласкала головку языком, одновременно работая руками по всей длине.

— М-м-м.

Астер закинул голову, с трудом сдерживая стон. Возбуждение, которое он не мог скрыть, вибрировало в его горле.

Вот оно.

Чувствуя себя так, будто нашла решение сложнейшей задачи, я не прекращала движений. Вскоре, не в силах противиться грядущей разрядке, Астер попытался податься назад, но я последовала за ним, плотно сомкнув губы. В итоге горячая волна хлынула мне в рот.

— Ах…

Астер застонал, закрывая лицо обеими руками. Он выглядел совершенно растерянным — я окончательно сбила с него спесь.

Я неосознанно проглотила жидкость. Непривычный вкус заставил меня поморщиться.

— Ты… ты правда это сделала? — Астер потрясенно уставился на меня. Когда я безучастно кивнула, он потер лицо рукой. — Ха, ты проявляешь инициативу в самых неожиданных вещах.

— А глотать — это плохо?

— Дело не в этом, но…

Он осекся, потирая пылающие щеки. Даже после шквала страсти жар не спадал. В тишине наши взгляды оставались прикованными друг к другу. Астер поднял меня и поцеловал. Казалось, ни один из нас не был удовлетворен таким финалом. Мы целовались, пытаясь унять остаточное томление.

Не в силах больше сдерживаться, я предложила:

— Пойдем в гостиницу. В то же место, что и в прошлый раз.

Глаза Астера вспыхнули. Он быстро поправил одежду и потянул меня за собой.

— Я ждал, когда ты это скажешь.

Его движения были лихорадочными — так ведут себя те, кто считал секунды до заветных слов.

***

Как только они переступили порог номера, их губы снова встретились. С каждым шагом одежда Астера осыпалась на пол, точно хлебные крошки. Платье же Камиллы по-прежнему оставалось на ней.

— Что ты делаешь? Не собираешься меня раздевать?

— Захотелось взять тебя прямо в одежде, — порочно усмехнулся Астер, ничуть не скрывая своих извращенных желаний.

При этом сам он, ее стараниями, был уже абсолютно голым. Глядя на его упругое, словно вылепленное самим богом тело, Камилла сглотнула слюну. 

— Как пожелаешь.

Не снимая платья, она стянула с себя нижнее белье и швырнула их ему. Астер поймал его на лету, бросив на нее обжигающе-хищный взгляд. Опасный и завораживающий, словно у льва за секунду до прыжка. Камилла тут же сама бросилась к Астеру, запрыгивая на него. 

Он привычным движением подхватил ее, крепко сжал ягодицы и ответил на град поцелуев, которыми она жадно осыпала его. Когда он властно смял и прикусил ее губы, Камилла попыталась отстраниться, откинув голову назад, но Астер не позволил ей сбежать, тут же настигнув ее рот. 

Подол длинного платья колыхался в такт их движениям. Широкие, грубые ладони беспрепятственно нырнули под ткань и начали бесстыдно мять беззащитные ягодицы. Твердый, пульсирующий член раз за разом терся о промежность Камиллы. Это ощущение, усиленное грубым трением ткани платья о кожу, было настолько острым, что волоски на ее теле встали дыбом.

— М-м-н... 

При каждом прикосновении его раскаленной плоти Камилла, не в силах скрыть возбуждения, ерзала и выгибалась. От этих движений его терся о ее ягодицы еще сильнее. Астер не заставил себя ждать, отвечая на столь откровенный призыв.

— Хочешь, чтобы я вошел?

— М-м-м…

— Какая нетерпеливая, — усмехнулся он и, прижав ее к стене, одним мощным толчком вошел внутрь.

— Ах! — Камилла вскрикнула от неожиданного проникновения. По дрожащим бедрам потекла густая смазка. В голове помутилось от того, что она кончила от первого толчка. Астер, оставаясь стоять, тут же начал двигать бедрами, отчего ее тело грубо стукалось о стену. 

— Ха-а-а!

Она крепче обхватила его талию ногами. Даже удерживая Камиллу на весу, Астер не замедлял темпа. Напротив, он раздвинул ее ягодицы обеими руками и начал наращивать скорость.

Звуки ударов о стену и влажное чавканье разносились по комнате. При каждом их развратном движении гостиничная мебель содрогалась. 

— Ах, кровать… давай на кровать… — умоляюще прошептала Камилла, но он хитро рассмеялся, продолжая мерно двигать бедрами.

— Мне и так нравится. 

— Слишком… слишком глубоко!

— «Слишком глубоко»?

— Я сейчас с ума сойду…

Камилла впилась зубами в его шею, хватая ртом воздух. Астер усадил ее на стол и произнес:

— Ты ходишь вокруг да около вместо того, чтобы просто попросить меня продолжать. 

— Астер…

— К тому же, тебе явно нравится кусаться. Хочешь оставить на мне след?

Кто бы говорил. Камилла посмотрела на свои почти зажившие отметины и сердито сверкнула глазами. Это он обожал оставлять следы на ее теле. Она до сих пор ясно помнила, как вся была покрыта багровыми пятнами от его укусов и засосов еще пару дней назад.

— Тебе ведь тоже это нравится.

— Верно.

— Ха-а…

— Тогда давай делать то, что нравится нам обоим. 

— Что именно?

— Кусай меня сколько влезет. А я буду делать то же самое.

С этими словами он вышел из нее и опустил лицо между ее ног. Скрывшись под подолом юбки, он жадно обхватил губами клитор.

— А-а-ах!

Его пальцы проникли внутрь, задавая бешеный ритм. Камилла застонала, вцепляясь в ткань юбки. Она выгнула спину, опираясь руками на стол. Щель пульсировала, принимая каждое движение языка.

Количество пальцев, проникающих внутрь, увеличилось с двух до трех, а затем и до четырех — сочные, хлюпающие звуки наполнили комнату. Астер прикусил нежную кожу на внутренней стороне бедра, оставляя яркий след. Подняв взгляд, он посмотрел на нее:

— Люблю оставлять здесь следы.

— Зверь…

— О, хочешь, чтобы я вел себя как зверь?

— Я…

— Почему же ты раньше не сказала? — ласково прошептал он и уложил ее на стол на живот. 

Не может быть…

Камилла обернулась и встретилась с его темным, предвкушающим взглядом. 

— Раз я зверь, то и войду в тебя по-звериному.

Задрав подол платья, он обхватил ее за талию и вошел в нее сзади одним мощным толчком.

— Ах!

Камилла бессильно повалилась на стол. Астер приподнял ее обмякшее тело, просунув руку под платье, чтобы сжать грудь. Его толчки были дикими, первобытными. 

Один был совершенно голым, другая — в смятой одежде. Самым безумным было то, насколько сильно ее возбуждала эта неправильность. Когда Камилла приподняла ягодицы и начала двигать бедрами навстречу, он мрачно пробормотал, грубо раздвигая ее ягодицы: 

— Каково это — когда тебя берет зверь во время гона?

— Ха-а, ха…

— Тебе до смерти это нравится.

Астер воровал ее вдохи, двигаясь все неистовее. Звук сталкивающихся тел становился все резче. Из ее входа густо стекала смазка. Астер звонко шлепнул Камиллу по заднице, отчего мышцы влагалища судорожно сжались, до предела стимулируя член.

— Теперь уже и неясно, кто из нас двоих зверь, — пробормотал Астер насмешливым, полным похоти голосом, вбиваясь в нее в последний раз и извергаясь глубоко внутри. 

По нежным бедрам, смешиваясь, нестройными струями потекли соки и густая сперма. Не успела Камилла бессильно повалиться вперед, как он подхватил ее на руки, словно невесту.

— Идем на кровать, как ты и хотела. 

— Ты... а-ах... 

— Вижу, ты хочешь меня укусить. — Астер поцеловал покрасневшие уголки ее глаз. — С чего начнешь? С какого места? Я бы предпочел вот это.

Он опустил руку Камиллы вниз, заставляя ее обхватить ствол. Снова вставший в полный рост орган дернулся в ее ладони, ожидая ласки. Пока она в оцепенении ощущала его мощь, он осторожно опустил Камиллу на кровать, знаменуя начало «второго раунда». В этот момент его плоть выскользнула из ее пальцев. 

— Ах... — невольно вырвался у нее стон разочарования. 

— Я не из терпеливых, — Астер хищно усмехнулся. — Если будешь медлить — момент упущен, Камилла.

С этими словами он резко задрал юбку прямо ей на голову, закрывая обзор. Сквозь кружева вышивки его силуэт казался расплывчатым и призрачным. Его голос, обвиняющий ее в медлительности, хотя времени он ей почти не дал, звучал невыносимо сексуально. 

Камилла не понимала: то ли зрение затуманилось из-за ткани, то ли от дикого возбуждения. Она попыталась стянуть юбку вниз, чтобы видеть его, но Астер, придерживая мешающуюся ткань, спросил: 

— Можно я ее порву? 

Юбка и так уже была перепачкана их общими соками. Эту одежду все равно больше не наденешь. 

— Рви.

Он с треском разодрал ткань посередине. Это платье не должно было так легко поддаваться, но его сила была просто пугающей. 

— Красавица... — завороженно прошептал он и принялся снова покрывать ее тело отметинами. 

Камилла тонула в экстазе от укусов и ласк, пока вся ее кожа не покрылась отметинами, а его спина — полностью исполосована ногтями.