Астер, казалось, всерьез опасался, что я переменю о нем мнение. Его можно было понять — после всех тех безумств, что наговорил герцог Бланш.

Его беспокойство показалось мне даже милым, но я напустила на себя серьезный вид, скрывая, что ни на секунду не усомнилась в нем.

— Вот как? А вот у герцога Бланша на этот счет совсем другое мнение.

— Моего отца можешь в расчет не брать.

— Разве это возможно? Как ни крути, ты тоже Бланш.

Поняв, к чему я клоню, Астер ответил спокойно. Однако смысл его слов был далек от безмятежности.

— Это прозвучит странно, но я ненавижу саму мысль о том, что во мне течет кровь Бланшей. Будь моя воля, я бы вытравил ее до последней капли.

На мгновение в его глазах сверкнул ледяной блеск. Я и раньше это чувствовала, но теперь убедилась окончательно: он органически не выносил свою принадлежность к этому роду. Конечно, все это могло быть лишь игрой, но, по крайней мере сейчас, его слова не казались притворством.

— Не самые подходящие слова для будущего наследника.

— Для бастарда, лишенного всякой поддержки, это было единственным выходом. В моем мире либо ты пожираешь других, либо пожирают тебя.

Бастард, лишенный поддержки.

Это означало, что он на ножах с нынешней герцогиней Бланш. По словам Елены, в детстве его обижали и принижали, но мне было любопытно, как дела обстоят теперь. Он одерживал победу за победой на полях сражений и блистал в Академии империи Арендт, однако его истинные способности оставались загадкой. Слухи приписывали ему невероятное мастерство, но сама я этого никогда не видела.

Отец велел мне забыть о том дне, но я никогда не смогу.

Бланши все еще хранили горечь того дня. Разумеется, это могло быть простым недоразумением. Если так, я была готова искренне извиниться. Но в моих зыбких воспоминаниях по-прежнему полыхало пламя. Синее пламя.

Я отчетливо помнила огонь, который мог быть сотворен только магией. И мне было трудно поверить, что Бланши здесь ни при чем. Ведь магия огня была их родовой чертой.

— Значит, ты выбрал меня, чтобы держать герцогиню в узде?

— Я не настолько слаб, чтобы прятаться за спину женщины, которая мне дорога, лишь бы приструнить врагов.

Его ответ на мой провокационный вопрос застал меня врасплох. Я во все глаза уставилась на Астера. Он же, казалось, даже не осознавал, насколько ошеломляюще звучат его слова. Или же прекрасно знал, но считал это само собой разумеющимся.

— Я учился за границей, чтобы обрести силу.

— Значит, ты вернулся именно сейчас, потому что пришло время?

Я подалась вперед и спросила вполголоса. Он тоже склонился ко мне и прошептал:

— Если быть точным, я вернулся раньше срока, чтобы не упустить невесту. Пришлось изрядно поспешить.

Легкая шутка, последовавшая за серьезным разговором, разрядила обстановку. Убедившись, что Астер не имеет никакого отношения к истории с приданым, я игриво заметила:

— Не потому ли ты в первый же день после возвращения отправился в кабак? Причем в каком-то захолустном переулке для простолюдинов?

Меня до сих пор ставило в тупик то, что Астер пошел в то заведение. На его месте я бы прямиком направилась в замок.

— Что ты там делал?

Астер на мгновение задумался над моим любопытным вопросом, а затем пробормотал, словно погрузившись в воспоминания:

— В детстве я часто играл в тех переулках.

— Что? Там?

Даже для бастарда это место было чересчур сомнительным — там кишели простолюдины. В тех районах стража почти не появлялась, и любого дворянина, рискнувшего выделиться из толпы, могли запросто обокрасть или похитить.

— Однажды я там потерялся. Карета, на которой меня привезли, внезапно исчезла.

— …Должно быть, дело рук герцогини Бланш, — негромко проговорила я, мгновенно уловив суть.

Оставить ребенка благородных кровей в таком месте было равносильно тому, чтобы бросить его на произвол судьбы. Даже если бы ему удалось вернуться домой, память о предательстве оставила бы глубокий шрам на сердце.

Астер ответил как ни в чем не бывало:

— Такое случалось часто. Но мне тогда крупно повезло.

Что ж, по крайней мере, ему посчастливилось встретить доброго человека и вернуться целым и невредимым.

— Кто-то тебе помог?

— Да. Поэтому я и пошел туда, думая о том человеке.

Астер, оказавшийся теперь совсем близко, протянул руку и принялся перебирать мои волосы. Пока я в замешательстве смотрела на него, он произнес:

— А ты, Камилла? Зачем ты туда пошла? Из всех кабаков выбрала именно тот, в глухомани.

— Это мое излюбленное место. Там можно спокойно выпить, не привлекая внимания.

— Я смотрю, тебе все так же неведом страх.

— Что ты сказал?

Я не расслышала его приглушенное бормотание и придвинулась еще ближе, но он тут же сменил тему.

— Ничего. В следующий раз сходим вместе. Мне понравилось пить с тобой в ту ночь.

— Идет.

Я с готовностью согласилась и попыталась отстраниться, но он не выпустил мои волосы. Напротив, вместо того чтобы увеличить дистанцию, он притянул меня еще ближе. Перехватив его руку, я спросила:

— Что ты делаешь?

— Хочешь пойти сегодня? В тот самый кабак.

— А?

— Это особенное для нас место. Ночь нашего знакомства.

Астер тепло улыбнулся, не моргнув глазом, когда произносил такие смущающие вещи. Почувствовав, как щеки предательски заливает румянец, я попыталась высвободить волосы из его ладони. Но его крепкая хватка переместилась с волос на мою руку, и он потянул меня на себя. Прежде чем я успела что-то предпринять, он поцеловал тыльную сторону моей ладони и прошептал:

— Почему ты вечно приближаешься ко мне, совершенно позабыв об осторожности?

— Что…

— У любого терпения есть предел.

Словно этого было мало, Астер поднес мои пальцы к своим губам. Они медленно скрылись в его горячем рту.

— Ах…

Ощутив обжигающее прикосновение его языка, я содрогнулась, и с губ сорвался слабый стон. Я совсем забыла, что мы находимся наедине в кабинете вице-командора, и вела себя с ним слишком непринужденно. Возможно, из-за нашей недавней близости я теряла бдительность рядом с ним быстрее, чем с кем-либо другим. От того, как он покусывал и ласкал мои пальцы, по всему телу разлился жар.

— Астер, отпусти!..

Стоило мне упереться свободной рукой в его плечо, как дверь с грохотом распахнулась, впуская в комнату поток холодного воздуха.

— Вице-командор!

Звонкий, жизнерадостный голос прозвучал без всякого предупреждения. Вздрогнув, я оттолкнула Астера с такой силой, что он, не ожидавший подобного отпора, повалился навзничь.

— Ой!

— Вице-командор?

Вошедший недоуменно склонил голову, переводя взгляд с меня на Астера и обратно. Пытаясь остудить пылающее лицо, я принялась усиленно обмахиваться ладонью и посмотрела на незваного гостя.

— А что здесь делает юный маркиз Летиа?

— Я здесь работаю! — энергично отрапортовал Кристофер, отдавая честь.

Только сейчас я заметила на нем мундир Ордена Красных Рыцарей — точно такой же, как на Астере. Должно быть, он пошел добровольцем, как только прознал о возвращении Астера в столицу.

— Вот оно что.

Поняв, насколько глупым был мой вопрос, я неловко почесала щеку. Мысли все еще путались — перед глазами стояло то, как страстно Астер целовал мою руку. Тот, нахмурившись, принялся отчитывать Кристофера:

— Я же тысячу раз говорил вам стучать, сэр Кристофер.

— Я стучал, вице-командор!

Астер лишь недоверчиво хмыкнул.

— Стук одновременно с открыванием двери за настоящий стук не считается.

Юный маркиз буквально влетел в кабинет. Нам еще повезло, что все ограничилось лишь поцелуем руки, а если бы…

Кристофер смущенно потер затылок.

— В следующий раз я буду осторожнее!

В его голосе звучала непоколебимая военная дисциплина. Астер покачал головой:

— Вам еще учиться и учиться.

— Так точно! Прошу, продолжайте наставлять меня во всем!

— Не в том смысле, маркиз Летиа.

Я с любопытством разглядывала Кристофера, поражаясь его непосредственности. Должно быть, на поле боя ему пришлось несладко, но благодаря Астеру он сумел сохранить эту детскую наивность.

Астер пояснил свою мысль строже:

— Сэр Кристофер, я сказал это, потому что хочу, чтобы вы думали своим умом, а не потому, что собираюсь вечно водить вас за руку.

— Но разве вы не можете просто продолжать меня наставлять?

— Если вы так этого хотите, почему бы вам просто не уйти в отставку?

— Вы слишком жестоки, вице-командор!

Несмотря на выправку, сейчас он больше походил на капризного ребенка. Астер лишь вздохнул в ответ на его нытье. Тем не менее он не стал больше ворчать, и было видно, что Кристофер ему небезразличен. С ним он держался куда проще и мягче, чем с тем же Парисом.

Все же их связывает боевое братство.

Они вместе прошли через горнило войны. Их узы были совсем иного рода, нежели вечные перепалки с Парисом. К тому же, Астер был спасителем Кристофера, так что их близость была вполне естественной.

Заинтригованная их историей, я подперла подбородок рукой и спросила:

— Так как же вы двое познакомились?