“Что?”
[Лучше бы он хотя бы предупредил меня, прежде чем вот так внезапно поднять на руки.]
Я смотрела, как его острый взгляд смягчается, превращаясь в нежную дугу.
[Каждый раз, когда я видела это лицо, мне казалось, что оно до опасности, до безумия прекрасно.]
[Сам по себе Евредиан производил скорее резкое, чем мягкое впечатление, но стоило ему улыбнуться, и моё сердце таяло от нежности, появлявшейся в его выражении.]
[Разве один человек действительно может одновременно излучать настолько противоречивые чувства?]
Он тихо рассмеялся, и лёгкий поцелуй опустился на кончик моего носа. Его губы были невероятно мягкими, словно могли растаять от одного прикосновения.
“Или это было там?”
Евредиан повернул голову, будто что-то прикидывая, и его взгляд остановился на стоявшей рядом колонне. Затем он ещё раз посмотрел за неё.
“…А.”
Я довольно быстро поняла смысл его действий.
В оцепенении огляделась вокруг.
Два боковых дворца Королевского дворца Лебовни. Длинная галерея, соединяющая Западный и Восточный дворцы.
“Вот оно что…Это было здесь?”
[Меня похитили вместо Тезевии.]
[Воспоминание об этом дне до сих пор было настолько ярким, словно всё произошло вчера.]
[Брисни тогда ещё была в утробе Тезевии, а я жила в постоянном страхе, не зная, когда армия Белгота может внезапно начать наступление.]
[Это были те самые дни, когда я прятала Тезевию в подвале, а сама осторожно пробиралась мимо этих колонн.]
[И тот момент, когда наши взгляды неожиданно встретились, пока я скрывалась где-то среди них…]
[Он до сих пор стоял у меня перед глазами совершенно отчётливо.]
[Тот красновато-фиолетовый взгляд, который даже на расстоянии с невероятной ясностью врезался мне в память.]
“Тогда мне было действительно страшно.”
Я почувствовала, как его губы коснулись моих, а затем скользнули ниже, к подбородку, и тихо рассмеялась.
Перед глазами вновь возник тот момент, когда мы впервые встретились взглядами, прячась где-то среди этих колонн.
Тот красновато-фиолетовый взгляд, настолько чётко запечатлевшийся в моей памяти, что я могла вспомнить его даже спустя столько времени.
“Если подумать…как же странно. Сколько времени прошло? Два с половиной года?”
Евредиан не ответил.
Вместо этого по ключице пробежала щекочущая дрожь.
Я невольно тихо застонала.
“Подожди, погоди.”
Я оттолкнула его за плечи и нервно забегала глазами по сторонам.
[С того момента, как я пообещала отцу больше не заставлять его волноваться, не прошло и часа.]
Совесть тихонько, но настойчиво покалывала меня.
“Если кто-нибудь нас увидит…”
“Никто не увидит. Не волнуйся.”
Ответ последовал незамедлительно.
[Он был прав. Между Западным и Восточным дворцами не было ни прохожих, ни малейших признаков чьего-либо присутствия.]
[Но всё же…]
[Никто не увидит?]
Я посмотрела вниз, на Рауля, которого держала прижав к груди.
К счастью, Рауль мирно спал, устроив голову прямо у меня на сердце.
[Лари, ты спишь?]
Я задала вопрос мысленно, так громко, как только могла, но ответа не последовало.
Я удовлетворённо улыбнулась.
“Похоже, спит.”
“…Кто?”
Я поправила Рауля, спокойно лежавшего у меня на руках, и широко улыбнулась.
Евредиан посмотрел на меня с лёгким подозрением. Я не упустила момент, когда его взгляд скользнул к моим губам.
В его красных-фиолетовых глазах мелькнула едва заметная нерешительность.
“Мм.”
Я решила сама развеять её.
[Что я только не сделаю ради мужчины, который проделал весь этот путь, чтобы найти меня?]
[То ли его особая атмосфера передалась мне, то ли всему виной была душная влажность конца летнего дня, но мои глаза сами собой мягко изогнулись в улыбке.]
Не успев даже понять, какое выражение появилось у меня на лице, я тихо, почти напевно прошептала:
“Теперь можешь меня поцеловать.”
“…”
“Или мне самой? Хотя руки у меня сейчас…”
Договорить я не успела.
Словно только этих слов он и ждал, длинные пальцы приподняли мой подбородок.
“Ты всегда каким-то чудом знаешь, что именно я хочу услышать.”
Это был тихий, низкий шёпот.
И вместе с этими словами наши губы встретились.
Как и в день нашей первой встречи, серебристые волосы сияли в тонких солнечных лучах.
Красные-фиолетовые глаза, до этого наполовину прикрытые, полностью закрылись, когда наши дыхания смешались.
Не было ни звона скрещивающихся клинков, ни лязга доспехов, ни криков солдат.
Только тишина.
В солнечном свете позднего дня, распавшемся на десятки косых лучей между колоннами, кружилось какое-то головокружительное, почти нереальное ощущение.
[То самое чувство, которое мог подарить мне только этот человек.]
[Точно такое же, как тогда.]
***
[Спрятать мужчину, тайно пересёкшего границу, в моём боковом дворце оказалось не так уж сложно.]
[Особенно учитывая, что Западный дворец находился довольно далеко от Главного дворца и практически полностью принадлежал мне.]
[Если лишь следить за тем, чтобы слуги держали язык за зубами, я могла без труда скрывать его здесь какое-то время.]
[Если подумать, выходило, будто я заперла Евредиана в своём боковом дворце.]
И неудивительно, что в памяти тут же всплыли дни, когда я не могла сделать ни единого шага в Императорском дворце.
“Как же всё изменилось…”
[Роли и положение, существовавшие два года назад, полностью поменялись местами.]
[Хозяин стал гостем, гость - хозяином.]
[Заключённая стала тюремщицей, а тюремщик - заключённым.]
[Мир и правда удивительная вещь. За долгую жизнь чего только не увидишь.]
[Разумеется, на этот раз тайное заточение не продлилось бы так долго.]
Вскоре после того, как я привела Евредиана в Западный дворец, я поняла кое-что ещё.
Беспокойство мужчины, который так охотно последовал за мной, вовсе не было беспричинным.
Евредиан явно догадался о том, чего я ему не рассказала.
[Я скрывала только одну вещь.]
[То, что порождённая Солей скверна была Хадесом - хозяином, стоявшим за Реморди.]
[И то, что целью Хадеса теперь был не Евредиан, а я.]
[Я намеренно не говорила ему об этом, прекрасно понимая, какой приказ он отдаст в ту же секунду, как всё узнает.]
[Но он уже приехал, зная обо всём.]
[Поэтому мне не составило труда догадаться, что он задумал.]
Так всего через два дня после того, как мы начали жить вместе в Западном дворце, между нами развернулось напряжённое противостояние воли.
“Давай вернёмся.”
“Нам следует вернуться.”
Наши взгляды скрестились.
Первым заговорил Евредиан:
“Ты сказала, что любишь меня.”
[Прямое попадание.]
Я растерялась и, запинаясь, ответила:
“Это совершенно другое дело. Если рассуждать так, то я тоже тебя люблю. Именно поэтому я и не собираюсь идти с тобой.”
“Но ты ведь не собираешься прятать меня здесь до конца жизни.”
И вот уже несколько дней Евредиан неустанно пользовался своей фирменной настойчивостью.
[Он быстро понял, насколько я уязвима перед этим лицом и этим голосом, и при каждом удобном случае бесстыдно цеплялся за меня.]
[К тому же наша смена ролей на этом не закончилась…]
“Еленика.”
“…”
“Ты выйдешь за…”
“Всё, хватит. Пожалуйста, прекрати.”
Я наконец отступила, залившись краской.
Старая библиотека Западного дворца была наполнена янтарным светом заката, едва уловимым запахом книг и особенным, чистым теплом тела Евредиана.
“Если ты ещё хоть слово об этом скажешь, я сбегу.”
Я прижала книгу, которую держала в руках, прямо к лицу Евредиана.
Короткие серебристые волосы на его лбу слегка растрепались.
Но почти сразу мою руку перехватила его большая ладонь.
Он без труда забрал у меня книгу, и на его губах появилась улыбка.
“Почему? Смущаешься?”
В его голосе звучала откровенная насмешка.
Он сидел у моих ног, положив руку мне на колено, а подбородок опирая на ладонь. Затем медленно наклонил голову.
“Два года назад ты постоянно говорила мне подобные вещи. Причём совершенно без предупреждения.”
Я вздохнула и отвернулась.
[В последнее время я и сама часто об этом думала.]
[Если бы я знала, что мои безрассудные предложения однажды вернутся ко мне таким образом, хотя бы раз подумала бы, прежде чем их произносить.]
“Не сравнивай меня с той, какой я была тогда. Эффект совершенно другой…”
[Пожалуй, самому выдающемуся мужчине на всём континенте сейчас ничего не стоило цепляться за меня и просить выйти за него замуж.]
[Сохранять самообладание в такой ситуации было практически невозможно.]
Евредиан тихо рассмеялся.
“Теперь ты понимаешь, что чувствовал я тогда?”
“…Уф.”
Я тихо застонала и потянулась за книгой, которую он забрал.
Текущая сквозь меня священная сила засияла и обвилась вокруг его руки.
“Не так быстро.”
Но Евредиан Белгот был человеком, стоявшим примерно на двадцать ступеней выше меня в искусстве управления священной силой.
В тот же миг вокруг него распространилась чистая аура, мягко, но твёрдо оттеснив мою силу.
Я застыла с открытым ртом.
“Ничего себе, ты действительно потрясающий, но…Нет, подожди, даже так…”
В моём голосе звучало искреннее восхищение.
[Два года назад я этого не понимала, но теперь, когда научилась чувствовать движение священной силы, осознала: Евредиан и в самом деле был ходячим источником божественной мощи.]
[Медленное, размеренное движение священной силы внутри его тела было настолько плотным и сложным, что не оставляло ни малейшей возможности проникнуть туда какой-либо другой энергии.]
Я протянула руку и провела пальцами по этому потоку, зачарованно наблюдая за ним.
“Удивительно…”
“Что тебя теперь так удивляет?”
“Тогда я просто не понимала, что именно вижу. Недаром говорят: человек видит лишь то, что ему известно…”
[Так вот почему его называют величайшим обладателем священной силы на всём континенте.]
Евредиан выглядел по-настоящему озадаченным, но я не обратила на это внимания и продолжила медленно прослеживать кончиками пальцев движение его священной силы.
“А ты не мог бы просто отдать мне половину своей силы? Тогда мне действительно больше нечего было бы бояться в этом мире.”
“Можешь забрать всю. Выходи за меня.”
“…Когда ты успел превратиться в заезженную пластинку?”
[Разговор снова вернулся к исходной точке.]
Я неловко отвела взгляд и убрала руку.
[Боже, мне было так стыдно, что хотелось просто сбежать.]
[Евредиан вёл себя так, словно изливал на меня всю ту нежность, которую не мог позволить себе раньше.]
[Не отходить от меня весь день было для него само собой разумеющимся, а стоило нашим взглядам задержаться друг на друге дольше нескольких секунд, его губы неизменно находили мои.]
[А уж если наши губы соприкасались…]
[Дальше всё было вполне предсказуемо.]
[И всё же по своей натуре Евредиан Белгот вовсе не был человеком, который позволял себе действовать без ограничений.]
[Если быть точнее, он просто был исключительно искусен в том, чтобы поступать так, что я не могла ему отказать.]
[Как сейчас.]
“Обними меня, Еленика.”
“…”
“Поцелуй меня.”
[Это были в точности те же слова, которые я сама произносила два года назад.]
В его красноватых-фиолетовых глазах плясала искорка веселья, но назвать это простой шуткой я не могла.
[За той высокой, непроницаемой стеной, которой он так гордился, скрывалось нечто до боли сладкое и тягучее, словно маршмеллоу, идеально растопленный до мягкости.]
Я едва сумела сохранить невозмутимое выражение лица.
“Не хочу. Не буду.”
[Я уже начинала подозревать, что настоящим мастером соблазнения был вовсе не Солея.]
[А этот мужчина.]
[Стоило потерять бдительность, и я сама не заметила бы, как начну кивать на всё подряд.]
[Но позволить этому случиться я не могла.]
[Потому что…]
“Как только я дам тебе разрешение, ты ведь сразу отвезёшь меня в Белгот и оставишь там, правда?”
Впервые Евредиан промолчал, не найдя, что возразить.
[Я совершенно точно разгадала его намерения.]
[Евредиан Белгот явно почувствовал присутствие Хадеса и понял, что именно я - та, кто пробудила Хадеса и призвала Рауля, могу стать его новой целью.]
[Поэтому он хотел забрать меня в свои владения и держать внутри созданного им защитного барьера до тех пор, пока всё не закончится.]
[Разумеется, внутри убежища и защитного поля, созданного Евредианом, мне нечего было бы бояться смерти.]
[Вместо этого мне пришлось бы беспокоиться о нём.]
[Стоило мне оказаться внутри той абсолютно неприкосновенной сферы, которую он создал, как целью Хадеса естественным образом стал бы уже он.]
[Истинной целью Хадеса была вовсе не “я”.]
[Ему нужен был всего лишь “величайший источник божественной силы”.]
[Я уже изменила судьбу Евредиана Белгота.]
[И не могла позволить ей вернуться к исходному ходу.]
Я протянула к нему руку с твёрдой решимостью:
“Никакие уговоры не помогут. Я не поеду с тобой в Белгот добровольно, пока ты не откажешься от своего плана.”
“…”
“Я собираюсь читать. Отдай книгу.”
От моего нарочито сухого тона его идеально ровные брови слегка нахмурились.
“Хорошо. Я понимаю твою позицию. Но отказаться от этого я не могу. Просто не вынесу мысли о том, что ты снова окажешься в опасности.”
“Я чувствую то же самое. И не приму никаких отговорок вроде: „Со мной всё будет хорошо“.”
Евредиан некоторое время молча смотрел на меня, а затем сменил тактику.
“Тогда улыбнись мне.”
Длинный тёплый указательный палец мягко коснулся тыльной стороны моей ладони и начал ритмично постукивать по ней.