Она не могла позволить себе тратить здесь драгоценное время.
И хотя старик не уточнял, когда именно она должна добраться до далекого шпиля, задерживаться было явно не лучшей идеей.
Что еще важнее, рана на запястье с каждым мигом болела всё сильнее. Ощущение было таким, будто плоть жжет каленым железом, требуя немедленно убраться отсюда.
Золотой нож, подаренный ведьмой, был далеко не простой вещицей. И эта жгучая боль определенно имела под собой веские основания.
Помассировав и сжав пульсирующее запястье, Ливия резко поднялась на ноги.
Пора было двигаться дальше.
***
Лесная чаща оказалась совершенно не такой, какой представляла её Ливия.
Здесь журчал прозрачный, чистый ручей, а вокруг было так светло и радостно, что с трудом верилось в отсутствие солнца. Казалось, будто она снова поднялась на поверхность земли.
«…Где это я?»
Осторожно ступая, Ливия углублялась в лес, поднимаясь вверх по течению ручья.
Если продолжать в том же духе, она сможет быстро миновать этот участок. К счастью, жутких криков больше было не слышно.
Спеша вперед, Ливия остановилась у самого истока извилистого ручья. Прямо посреди густой зелени возвышалась статуя богини, выглядевшая здесь неожиданно чужеродно.
«Статуя богини посреди глуши?..»
Подойдя ближе, она заметила надпись на постаменте прекрасного изваяния:
«О, честная душой, Можешь ли ты поклясться моим именем?»
Глаза Ливии широко распахнулись. Река ненависти и символ нерушимых клятв.
Стикс.
«…Неужели это та самая река Стикс?»
Задрав голову, Ливия опустилась на колени и благоговейно прикоснулась губами к стопе богини. Дрожащим голосом она истово зашептала:
— О, богиня, умоляю, позволь этой ничтожной на мгновение погрузиться в твои воды. Я вовек не забуду твоей милости.
С благоговейным шепотом Ливия извлекла из запястья золотой нож, который пек сильнее прежнего. Острое лезвие мгновенно срезало прядь её волос.
Она аккуратно положила срезанные волосы к ногам статуи и замерла в ожидании.
В тот же миг откуда-то сверху слетела ярко-красная птица, сделала круг над головой Ливии и уселась прямо на плечо богини.
Что это? Ливия с любопытством уставилась на пернатое существо и невольно ахнула.
Птица без глаз, с белым клювом, исчерченным черными буквами, и всего с одной лапой вместо двух — это точно было не обычное создание.
Её пустой, лишенный зрачков взгляд уставился прямо на Ливию, после чего птица забавно склонила голову набок.
Воплощение самой богини Стикс!
Пока Ливия ошеломленно хлопала глазами, птица еще раз описала круг над ней и скрылась в чаще.
Хозяйка реки дала свое благословение. Медлить было нельзя. Не раздумывая больше ни секунды, Ливия сбросила одежду и шагнула в воду.
Плюх —
Стоило ей погрузить в воду хотя бы стопы, как дикий, леденящий холод сковал всё тело.
Зубы застучали от мороза, но она стиснула челюсти и шагнула глубже.
— Ливия, а ты слышала, что, чтобы попасть в подземный мир, нужно пересечь девять изгибов и пять рек?
— Да! Реку Скорби, Ахерон, реку Плача, Коцит, Реку Огня, Пирифлегетон, Реку Забвения, Лету, и Реку Ненависти — Стикс!
— О, моя умная девочка, всё помнишь. А помнишь ли ты историю о том храбреце, что обрел неуязвимое тело, искупавшись в водах Стикса?
— Конечно! Э-э… Ахиллес! Ахиллес же!
Отец рассмеялся, ласково ероша волосы Ливии, щебечущей, словно птичка.
Несчастный герой, погибший от стрелы, попавшей в его незащищенную пятку — единственное место, не коснувшееся вод Стикса…
Мифы часто грешат преувеличениями, иные рассказывают лишь со слов праздных зевак, но прислушаться к ним стоило.
Её собственная история, заброшенная богом морей в самое сердце загробного мира, кому-то тоже могла показаться нелепой выдумкой или небылицей.
— Ливия, это вовсе не значит, что Стикс безопасна. Она по-прежнему река мертвых. Живой человек, испивший её вод, умрет в тот же миг, так что если когда-нибудь окажешься в подземном царстве, ни за что не подноси её к губам.
— Ой, папа! Да что меня вообще занесет в этот подземный мир? А даже если и пойду, мы с Лете отправимся вместе, так что не переживай!
— Ха-ха. Верно. Наверное, я отправлюсь туда раньше вас, так что буду ждать.
— Нет, папа! Не смей умирать! Ты не можешь нас бросить!
— Да не умираю я, не умираю! Если и пойду, то только тогда, когда моя Ливия встретит хорошего человека, выйдет замуж и подарит мне чудесных внуков.
— Что? Нет, пап! Я не хочу замуж. Ненавижу замужество! И не заставляй меня! У-у-у!
Отец, глядя на разрыдавшуюся Ливию, подхватил её на руки и принялся утешать.
Хотя вы же обещали, что мы будем жить вместе вечно…
Вспоминая детство, Ливия задрожала от пронизывающего холода. Сдерживая слезы и ожесточив взгляд, она зашла в воду по пояс.
Однако как бы далеко она ни забредала, уровень воды не поднимался выше пояса. Для полного погружения здесь было слишком мелко. Набрав в дрожащие ладони воды, Ливия плеснула ею себе на грудь.
Стараясь ни в коем случае не сделать глоток, она омыла левое плечо ледяной речной водой.
Свииш!
Пронзительный, леденящий душу визг полоснул по затылку. Ливия мгновенно обернулась, но вокруг никого не было.
От предчувствия беды волоски встали дыбом.
Инстинктивно почуяв смертельную опасность, Ливия рассекла руками воду и бросилась к валуну, где оставила свою одежду.
Бац!
Огромная черная стрела со свистом рассекла воздух, чиркнув по её предплечью.
— ……!
Подавив стон, Ливия схватилась за правую руку, по которой разлилась жгучая, невыносимая боль.
Но времени на панику и растерянность не оставалось. Кто-то целенаправленно охотился на нее.
Стиснув зубы до хруста, Ливия выскочила на берег. Схватив одежду, она бросилась бежать, не оглядываясь.
Как бы быстро она ни перебирала ногами, уйти от летящих стрел не получалось. На этот раз массивная стрела наотмашь пробила ей плечо насквозь.
— …Ха-а, кх!
Она закусила губу до крови, чтобы не закричать во весь голос, но ноги подкосились. Споткнувшись на бегу, Ливия отчаянно закрутила головой в поисках укрытия.
За поваленным, искривленным деревом чернел узкий скальный разлом — как раз достаточный, чтобы втиснуться туда и спрятаться.
Добравшись до укрытия, она забилась в расщелину и постаралась дышать как можно тише.
«Неужели это стражи подземного мира? Кто они?»
В голову закрался худший сценарий, но она тут же отбросила его. Если бы их послал Аид, подземные дриады не бежали бы в таком ужасе. Разве те не перепугались как раз тогда, когда появилось «то самое»?
Так кто же нападает на неё? Какая тварь источает столь леденящую, чудовищную ауру?
«Надо же было стреле угодить именно в то плечо, которое я не успела омыть в реке…»
Зажав рот рукой, чтобы не выдать себя стоном, Ливия дрожащими пальцами попыталась нащупать рану. И в этот момент…
«…Она исчезла?»
Стрелы не было. Она не помнила, чтобы вытаскивала её, но плечо было пустым.
«Она же точно вошла в плоть, почему её нет?»
Когда она провела пальцами по больному месту, кожа в месте удара забурлила, и из неё густо хлынула кровь, словно напитанная ядом.
С одной стороны, отсутствие громоздкой стрелы радовало, но само происшествие выглядело пугающе. К тому же состояние раны стремительно ухудшалось.
Привалившись спиной к камню, Ливия судорожно ловила ртом воздух и осматривалась.
Вокруг стояла тишина. Никаких признаков преследования. Расслабляться было нельзя, но гниющая рана на плече внушала панический ужас.
Если зараза пойдет дальше, она умрет в загробном мире во второй раз. А смерть в царстве мертвых означала окончательное стирание из бытия…
До крови прикусив губу, Ливия вытащила золотой кинжал.
Если ей суждено умереть…
«Я просто отрежу её».
