Ливия вытерла рукой раскрасневшееся от тошноты лицо и молча прокляла его глазами. Без голоса это было единственное, что ей оставалось.
Тритон, словно уловив её безмолвный выпад, усмехнулся, прищурив глаза. Его ярко-синие глаза сверкали, напоминая полуденное море под лучами солнца.
Его улыбка была настолько ослепительной, что могла вызвать зависть даже у небесных богинь, — но в её нынешнем положении, когда её заставляли есть испорченную еду, она казалась до боли неуместной и лишь раздражала.
— Даже без голоса твои глаза говорят очень громко, — заметил он.
Он тихонько рассмеялся, встряхнув плечами, и медленно направился к Ливии. По мере того как они сближались, их взгляды молча и остро оценивали друг друга. Её ослабшее тело инстинктивно отпрянуло назад, но Ливия заставила себя держаться прямо.
Её изнуренное лишениями тело исхудало до костей. Под резко выступающими ключицами её хрупкое тело напрягалось изо всех сил, тяжело и прерывисто вздымаясь при каждом вдохе. В такие моменты ей нужно было сохранять холодный рассудок. Какими бы изнурительными ни были выпавшие на её долю испытания, потерять рассудок означало бы верную гибель.
Разве она не приняла решение еще до того, как бросилась в море? Она верила, что сможет вытерпеть что угодно. Если это поможет ей выжить и отомстить за семью, то…
Веки Ливии то и дело тяжело опускались и поднимались. Каждый раз перед ней проносились воспоминания о семье — воспоминания, за которые она цеплялась изо всех сил.
Голос отца, говоривший, что иногда можно позволить себе немного полениться, Ясон, вечно накладывавший ей в тарелку куски побольше, и мягкие волосы младшего брата, обвивающиеся вокруг пальцев.
Этот прекрасный бессмертный был для неё лишь средством достижения мести.
Катастрофа, которую она добровольно приняла ради отмщения тем жестоким людям, что сожгли её семью.
«Да, только и всего.»
Глубоко вздохнув, она постепенно вернула лицу прежнее спокойствие.
Наконец Тритон остановился перед Ливией, и в его взгляде блеснул живой интерес.
— Как и ожидалось, твой дух вызывает восхищение. И соображаешь ты быстро… неплохо для простой смертной.
Его тень накрыла Ливию с головой. Он подошел так близко, что ей пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на него.
Он был огромен.
Даже не принимая свою божественную форму, этот мужчина возвышался над Ливией по меньшей мере на две головы. Учитывая, что сама Ливия не была миниатюрной для женщины, его рост казался поистине внушительным.
«Это тело, должно быть, прочнее стали», — пронеслось у неё в голове.
Взгляд Ливии скользнул вниз по рельефным линиям мощного торса Тритона. От каждого движения его мышцы грозно перекатывались под кожей.
Вероятно, его сердце скрывалось за еще более толстой броней мышц. Насколько же оно мощное? Смог ли бы кинжал Ехидны пронзить его с одного стремительного удара?
Её взгляд углубился, пытаясь разглядеть сердце, спрятанное за этой грудой мышц. Ей хотелось прикоснуться к нему рукой, но вернувшееся вовремя благоразумие остановило её.
А эта татуировка…
Она гадала, что означает этот черный узор, тянущийся от плеча прямо к сердцу? Он наверняка сам выбрал этот образ, так что, возможно он несет в себе какой то глубокий смысл? Или, может быть, в нем скрывается ключ к его слабости?
«Это что, раковина? По форме напоминает акулу…»
Разве владыка морей не считался предводителем акул? Наверное, именно поэтому её цеплял этот странный узор, напоминающий акульи зубы.
Пока она бессознательно пыталась разглядеть татуировку на его плече, Тритон скрестил руки на груди. Его мышцы напряглись еще сильнее, полностью скрыв узор на сердце. Разочарованная тем, что обзор пропал, она нахмурилась, и до её слуха донесся низкий смешок.
— Ты меня буквально глазами пожираешь.
Сначала не поняв, в чем дело, Ливия моргнула, а затем сообразила, о чем он. Она чуть было не выпалила опровержение, но прикусила губу и отступила на шаг. Какой смысл что-то объяснять голосом, который все равно не издает звуков? Да и оправдываться перед ним казалось излишним. Резко отвернувшись, чтобы больше на него не смотреть, она почувствовала, как он какое-то время сверлил её взглядом, а затем прошел мимо, словно это не имело никакого значения. В этот момент вода заволновалась, и в комнату вплыли две гигантские тени. Вздрогнув от неожиданности, она обернулась и увидела приближающихся к ней черно-белых акул.
— ……!
Акулы, да еще какие — пара огромных черно-белых хищников.
Даже со своими скудными познаниями Ливия никогда раньше не слышала о таких существах. Особенно с золотой эмблемой в виде раковины у них на лбу.
«Неужели это посланцы морского бога?» — подумала она.
Несмотря на то, что они превосходили её размерами в несколько раз, страха она почему-то не испытывала. Напротив, их черные как смоль глаза показались ей почти милыми.
Сначала их кружащие движения выглядели плавными, но как оказалось это было её наивное заблуждение.
В какой-то момент черная акула принялась толькать Ливию в плечо, словно задевая её. Белая акула попыталась её остановить, оттолкнув соперницу телом, но черная ни в какую не хотела слушать. Когда Ливия пошатнулась от удара массивного хвоста, движения черной акулы стали еще более агрессивными.
«Вредная рыбина…»
С неприкрытым раздражением уставившись на черную акулу, Ливия увидела, как та направила свою огромную морду прямо на неё.
— Симфо.
Ленивый голос остановил хищника. Черная акула, собиравшаяся снова броситься к Ливии, тут же развернулась и поплыла к Тритону.
«Симфо, Симфо … Раздражающая Симфо, прямо под стать своему хозяину.»
Повторяя имя акулы, Тритон мягко похлопал по толстой коже черного хищника, крутившегося рядом, и негромко произнес:
— Почему ты так озоруешь, Симфо? Ты же не из тех, кто обижает слабых.
Слова Тритона повергли Ливию в уныние. Было неприятно слышать открытое признание в том, что её считают слабой, хотя он был по-своему прав.
«Быть недооценённой — не такая уж плохая для меня позиция…»
Возможно, лучше будет позволить ему и дальше считать её слабачкой . Ливия нахмурилась, изобразив крайнее недовольство, и злобно посмотрела на акулу и Тритона.
Акула качнула хвостом, словно говоря: «И что ты мне сделаешь?»
«Проклятая тварь, ну правда…»
Встретив её ожесточенный взгляд, Тритон с интересом усмехнулся:
— А ты действительно ничего не боишься, верно?
Хотя на его губах не появилась улыбка, его интерес был очевиден. Кружащие вокруг него акулы тоже не сводили с Ливии глаз.
— Иди сюда.
Равнодушный голос позвал её, а легкий жест руки предлагал сесть напротив.
Ливия продолжала упрямо сверлить его и акул взглядом, но всё же нехотя сделала шаг вперед. Они что, действительно должны сидеть вот так лицом к лицу, как старые друзья? Она совершенно не понимала его истинных намерений, что заставляло её насторожиться.
Когда она опустилась на странное, упругое сиденье, какого раньше никогда не видела, оно мягко обволокло её тело.
Что это вообще такое? Оно отдаленно напоминало медузу, но выглядело неживым..
— На испытание ушло около трех дней.
Вздрогнув от голоса, прервавшего её изучение кресла, она подняла голову.
— Ты закончила позже, чем я рассчитывал. А выглядела такой уверенной, что я думал, это займет у тебя меньше времени.
Лицо Ливии, прежде бледное, вспыхнуло от гнева. Было невыносимо слышать, как её смертельно опасное испытание пренебрежительно называют «затянувшейся задачей».
Её грудь пылала от досады и обиды, но, раз уж она выбрала этот путь, ей оставалось лишь молча стиснуть зубы. Жгучеё желание отплатить ему той же болью глубоко въелось в её душу.
— Кажется, от всех этих усилий ты немного похудела. Я кое-что приготовил по этому случаю.
Едва на его губах появилась лукавая улыбка, он тихо присвистнул. Выдохнутый им воздух превратился в звуковые вибрации, разошедшиеся волнами.
За жемчужным занавесом послышались шаги. И это был не один или два человека. В комнату вошли несколько нимф, каждая из которых несла огромный поднос.
— ……!
Глаза Ливии слегка расширились от удивления.
«Авдика».
Та самая нимфа, что сопровождала её на пир богов. Авдика, кажется, тоже испугалась, столкнувшись взглядом с Ливией, но тут же поспешно опустила поднос и мгновенно растворилась в тени. Остальные нимфы поступили точно так же. Подобно хорошо обученным солдатам, они молча выполнили свою работу и исчезли, даже не оглянувшись.
В конце концов перед ней остался лишь стол,заваленный дарами с земли. Ливия с окаменевшим выражением лица перевела взгляд на Тритона.
— Ешь.
…Он что, издевается над ней прямо сейчас?
