Дюгонг, испугавшись вспышки Актиуса, замахал руками и замотал головой.
— Успокойся, ничего подобного.
Актиус пристально посмотрел на копьё, которое держал. Это был безошибочный символ богини Афины. Только один человек мог метнуть в него это копьё.
— …Ого, это копьё твоей невесты, Актиус? Откуда, чёрт возьми, его метнули? С такой силой… она где-то рядом?
Этого не могло быть. Если бы она была рядом, она бы не ограничилась одним копьём. Она наверняка прибежала бы, чтобы схватить его. Раз этого не произошло, значит, она издалека услышала о сегодняшнем собрании волн.
Актиус с суровым лицом поднял копьё и осмотрел его. При ближайшем рассмотрении на древке сверкнули жирные чёрные буквы, словно выжженные огнём.
В ночь следующего полнолуния я рожу тебе ребёнка.
«…Сион, проклятая женщина.»
Актиус провёл холодной рукой по бледному лицу. Что бы ни творилось у неё в голове, эта девчонка с каждым днём становилась всё наглее.
— Хахаха! Это же объявление войны? Действительно, Сион! Самая любимая воительница богини Афины!
Копьё вонзилось в затылок Дюгонга, который смеялся, не замечая смятения Актиуса.
Не обращая внимания на огромное тело Дюгоня, со стоном уходящее под воду, Актиус быстро скрылся под волнами.
Его беспокойство о рыжеволосой человеческой женщине полностью выветрилось из-за агрессивного объявления войны от его невесты.
***
После пробуждения от первого испытания повседневная жизнь Ливии начиналась и заканчивалась преследованием Тритона. По сути, это было всё, что она могла делать в этом подводном мире.
Прежде чем столкнуться со следующим испытанием, ей нужно было усердно его преследовать. Ей позволили остаться, полагаясь на скудное милосердие и любопытство морского бога, поэтому она должна была любыми средствами поддерживать его интерес. Удалась ли её засада или нет — не имело значения.
Снова она искала его весь день, но почему-то ни разу не увидела даже проблеска его переливающихся голубых волос.
«Где он может быть?»
Ей хотелось схватить кого-нибудь и спросить, но все избегали её, словно один только взгляд на Ливию мог навлечь беду. К тому же, поскольку она не могла говорить, это было ещё более раздражающе.
Не имея другого выбора, Ливия присела на шпиль, откуда ей открывался вид на его жилище. Оперевшись подбородком на колени, она смотрела на его спальню, вспоминая события того дня.
В тот день она пробралась в его спальню, решив ждать его весь день. Упрямо вцепившись в коралловый столб кровати, она ждала, пока он не ляжет в постель. Затем она прыгнула на него, пытаясь полоснуть золотым кинжалом по шее. Но результат оказался жалким провалом.
Буквально за секунды он без труда одолел её.
— Довольно неплохая попытка.
Её тело грубо перевернули, а волосы схватили.
— Ты ждала меня здесь весь день?
Его мягкий голос донёсся до её уха, когда шею резко откинули назад, заставив её задохнуться. Его низкий смех, казалось, насмехался над ней.
Чем сильнее она пыталась вырваться, тем крепче он прижимал её. В конце концов она почувствовала, будто её внутренности снова вот-вот разорвутся. Бессознательно она тяжело дышала и дрожала. Вспоминая, как она умерла от сильного давления, пульс на шее бился беспорядочно.
В тот миг произошло нечто, от чего сердце Ливии чуть не остановилось. Тритон вонзил зубы в её затылок.
Ливия, тяжело дышавшая, задохнулась и подавила крик. От напряжения дыхание стало ещё чаще.
Несмотря на то, что казалось, будто он вот-вот разорвёт ей шею, боль была не такой сильной, как она боялась. К несчастью она слишком отчётливо чувствовала прохладное прикосновение его губ к своей шее.
— …Люди действительно такие слабые.
Словно колеблясь, кусать её дальше или нет, Тритон медленно поднялся.
Ливия отползла от него, но зубы её скрипели от досады. Какой смысл купаться в Стиксе, если она не может даже защититься, не то что напасть! Место на шее, где его зубы оставили след, жгло.
Она стиснула зубы, пообещав себе попробовать снова, но смех, коснувшийся её затылка, был унизительным.
Ливия упёрлась лбом в согнутые колени и глубоко вздохнула. Ей хотелось стать сильнее, но времени было мало, и она не знала как. В довершение всего ей предстояло выдерживать испытания, которые он будет устраивать, сокращая её оставшееся время.
Пока она в досаде кусала губу, что-то стремительно приблизилось к ней.
Пережив угрозу жизни несколько раз, она инстинктивно почувствовала опасность. Ливия резко подняла голову. В поле её зрения она увидела чёрное существо, яростно несущееся на неё.
Испугавшись, глаза Ливии расширились.
Чёрная акула, Симфо.
Её разинутая пасть, казалось, готова была проглотить Ливию целиком. В тот момент, когда акула собиралась приблизиться, она вдруг внезапно остановилась.
— ……
Морской хищник замер прямо перед Ливией, глядя ей в глаза. Казалось, озадаченный тем, что она стоит неподвижно и смотрит в ответ, не вздрагивая, он один раз проплыл вокруг неё, а затем снова остановился, глядя прямо на неё.
«Я думала, что акулы не могут стоять на месте, но, видимо, эта нарушала это распространённое убеждение.»
Акула и Ливия смотрели друг на друга, словно наблюдая за чем-то странным. Каждый раз, когда акула открывала рот, её острые зубы зловеще поблёскивали. Одного укуса этих зубов хватило бы, чтобы легко разорвать пополам маленькую человеческую женщину вроде Ливии.
Однако если бы у неё не хватило смелости встретиться лицом к лицу с такой акулой, она бы не осмелилась противостоять богу моря. Ливия сосредоточила свой взгляд на ней и отчётливо произнесла команду беззвучными губами.
«Уходи».
«Ты совсем не страшная.»
Не было причин бояться зверя, который подчиняется приказам своего хозяина. В конце концов, этот хозяин решил пока оставить её в живых, поэтому она понимала, что эти существа не причинят ей вреда.
Гррр—
Вместо рёва акула выпустила грубый поток пузырей. Затем она проплыла мимо, провокационно толкнув её тело.
Разумеется, Ливия не сдержалась. Она быстро выставила руки и сильно толкнула акулу, но существо весом в сотни килограммов даже не сдвинулось, словно насмехаясь над её усилиями. Вместо этого оно придвинулось ещё ближе, дразня её.
Её зелёные глаза наполнились решимостью. Она сменила тактику, стараясь не дать акуле оттеснить себя. Она протянула руку в открытую пасть акулы.
Ливия почувствовала, как акула вздрогнула, испугавшись её действия. Казалось, она почувствовала, что кожа Ливии отличается от кожи других людей.
Её тело было погружено в реку Стикс. Если только бог, более сильный, чем Стикс, не разорвёт её силой, никакая обычная атака не сможет пробить тело Ливии. То же самое относилось к пальцам, которые она засунула в пасть акулы.
— Хуп…!
Она крепко вцепилась в острый зуб, прилагая все силы. Лицо покраснело, сердце колотилось, будто готово было разорваться, но она не переставала давить. Челюсть дрожала от того, как сильно она стиснула зубы.
Раздражающая зубастая рыба.
Она была полна решимости вырвать её зуб. Если не получится, то планировала хоть как-то сломать. В тот миг, когда она надавила, зуб сдвинулся.
— ……!
Акула, казалось, тоже это почувствовала: она затрясла телом и внезапно рванула вверх с невероятной скоростью.
Ливия изо всех сил сопротивлялась стремительному течению, держась за её зуб. Её тело качалось, словно в любой момент могло сорваться, но она не могла сдаться сейчас.
Даже если это означало быть съеденной заживо этой акулой.
Хруст.
Понемногу зуб, который уже ослаб, наконец полностью оторвался от ткани. Когда она почувствовала в ладони грубый, острый зуб, по всему телу пробежала дрожь.
Это был экстаз. Всепоглощающий экстаз, пронёсшийся по всему её существу.
Ливия рассмеялась, как безумная, сжимая зуб акулы. Она вырвала всего один зуб, но чувствовала себя так, будто победила акулу, нет, самого Тритона.
В отличие от неё, акула, раздражённая потерей зуба, стала ещё агрессивнее кусаться. Как раз когда она широко раскрыла челюсти, чтобы наконец проглотить Ливию, белая акула внезапно врезалась и ударила чёрную акулу телом.
Гррр!
Чёрная акула взбаламутила сердитые пузыри, раздражённая вмешательством белой акулы. Однако белая акула оставалась невозмутимой. Названная Нео, белая акула стремительно спустилась вниз, держа Ливию во рту.
Сказать, что она укусила её, было бы неточно, скорее, она просто держала её во рту. Движения были такими мягкими, что трудно было поверить, будто это хищник моря.
«Что, что это, зачем ты так делаешь?»
Ливия была так же озадачена внезапными действиями белой акулы. Прежде чем она успела осознать, что происходит, она снова оказалась на прежнем месте.
На вершине шпиля, с которого открывался вид на жилище Тритона.
Когда чёрная акула, поднимая яростные волны в погоне за белой, попыталась врезаться в них, белая акула оскалила зубы.
Гррр!
Белая акула, остановив чёрную на месте, указала мордой куда-то. Чёрная акула посмотрела в направлении, указанном белой. Ливия последовала за её взглядом.
Тритон.
Мужчина, который вернулся, не замеченный ею, стоял у окна и смотрел на неё.
