Контент удален!

— Мне надо ехать.

— Почему? Куда?

Хё Джин спросила вслух и жестами, а Гаон дрожащими руками показала ей телефон.

«Приезжайте скорее. Ему плохо».

Сообщение прислала сиделка, ухаживавшая за Хён Сопом в больнице.

Гаон стремительно вышла из ателье, и Хё Джин бросилась за ней.

В воздухе растворялась негромкая музыка.

Приём по случаю передачи «Фикс Био» был не таким, как сухие деловые приёмы. Обстановка была ближе к мягкому и светлому званому ужину.

Ё Джин закончила разговор на террасе, откуда был виден сверкающий огнями центр Сеула, и удовлетворённо улыбнулась.

Только что ей позвонила младшая сестра Хё Джин.

— Я сейчас в больнице. Отцу Гаон… нет, свату, вдруг стало плохо. Только что перевели в реанимацию. Звонить прямо Тхэ Гону как-то неловко, вот я и решила сперва сказать тебе. У Тхэ Гона ведь сегодня важный день. Так что ты сама посмотри и передай ему, как сочтёшь нужным. А сможет ли Гаон быть на приёме… надо ещё посмотреть, как тут будет.

Отсутствие Гаон на приёме было для Ё Джин нежданной удачей.

Она невозмутимо ответила, что поняла и что сестре зря приходится там мучиться, но подавляла дёргающийся уголок губ так, что их сводило.

— И зачем говорить? В такой хороший день накликать беду. Даже лучше вышло. Начнут шептаться, что глухонемая, — только на смех поднимут. Пусть не приходит. И ей спокойнее, и нашему Тхэ Гону спокойнее. В общем, никакого от неё проку.

Бормоча это себе под нос, она подхватила бокал шампанского с подноса проходившего официанта и отпила.

— Вы здесь? А мы с отцом вас обыскались, — быстро подошла к Ё Джин Мин Гён.

— Вас не было видно, вот я и забеспокоилась, куда вы делись.

— Какое там беспокойство. Просто говорила кое с кем по телефону.

Ё Джин довольно улыбнулась и поднесла бокал к губам.

— А Чин Хо?

— Отец там здоровается. Сказал, есть знакомые.

— Мин Гён-а, и ты выпей. Ты сегодня постаралась, — сказала Ё Джин, оглядев наряд Мин Гён.

Чёрное бархатное платье силуэта «Н», подчёркивающее грудь, а поверх — жакет-болеро.

— Это не ради приёма, а ради вас. Вы меня пригласили, а если я произведу впечатление, будто оделась кое-как, что станет с вашим лицом?

— Ох, до чего же ты внимательная.

Ответ Мин Гён, видно, пришёлся Ё Джин по душе: она широко улыбнулась.

— Только можно ли нам тут стоять? Это ведь передача поста директору Со Тхэ Гону, не надо ли вам быть рядом?

— Я и без того собиралась к нему подойти, у меня есть что ему сказать. Не пойдёшь со мной?

— Я?

Мин Гён округлила глаза.

— Э-э, там ведь будет и Гаон-щи, то есть жена господина директора Со Тхэ Гона, что мне там делать?

— Об этом не тревожься. Она сюда не придёт.

— Что? Как это…

— В общем, есть такое дело. Так не пойдёшь?

Ё Джин переспросила ещё раз, будто прощупывая.

Тогда Мин Гён криво улыбнулась и взяла Ё Джин под руку, изображая близость.

— Раз вы так настойчиво зовёте, надо идти. Я ведь уже сказала: в такой день ваше лицо не должно пострадать.

— Ну до чего же обходительная, вся в отца. Этого не отнять.

Ё Джин легонько хлопнула её по руке и засмеялась.

В зале приглашённых становилось всё больше.

Ё Джин направилась к Тхэ Гону, который в середине зала беседовал с руководством «Фикс Био».

— Ох, давно не виделись, госпожа.

Кто-то узнал Ё Джин и заговорил первым.

На это Тхэ Гон слегка повернулся, увидел стоявшую позади Ё Джин и шагнул в сторону.

— Здравствуйте, господин Пак. Не так уж и давно. Мы виделись на похоронах моего мужа.

При слове «похороны» несколько руководителей кашлянули и поправили лица.

Тхэ Гон с безучастным лицом сказал Ё Джин:

— У вас ко мне дело?

— Да, верно.

Ё Джин улыбнулась и обратилась к выстроившимся руководителям:

— Если позволите, можно мне поговорить с сыном наедине?

— А, разумеется, конечно.

— Сын у меня до того занятой, что и лицо-то его увидеть непросто.

— Ещё бы. Конечно. Скоро станет полноправным генеральным директором «Фикс Био», будет ещё занятее. Так что видьтесь почаще и разговаривайте.

Будто по уговору, все окружавшие Тхэ Гона руководители отступили.

Глядя им вслед, Ё Джин негромко фыркнула «ну!».

— Тоже мне «госпожа». Сами же перемывали кости, что я баба, которая мужу ноги связала.

Ей, видно, вспомнилось, как её презирали, намекая на разлад с покойным Со Ён Хуном, и Ё Джин обронила это с горечью.

— Говорите. О деле.

Тон Тхэ Гона был сухим.

— Ну как же так, разве не слишком ты холоден с матерью?

— Если это не срочно, поговорим после церемонии.

— Ты так говоришь, а каково мне перед Мин Гён?

Ё Джин слегка вспыхнула.

— Я, пожалуй, отойду. Мне тут не место…

Мин Гён тихо сказала это, потихоньку высвобождая руку, но Ё Джин напрягла локоть и удержала её.

— Тебе ведь Хё Джин не звонила?

От этих слов уголок глаза Тхэ Гона слегка приподнялся.

Заметив едва уловимую перемену в лице сына, Ё Джин слабо улыбнулась и продолжила:

— У тебя ведь сегодня важный день. Вот я и сказала, что незачем тебе сообщать. В общем, Гаон сегодня, похоже, не сможет прийти.

— Вот как?

Глаза и лицо переспросившего Тхэ Гона, в отличие от секунды назад, были невозмутимы.

Что такое? Неужели… эта Гаон исхитрилась сообщить ему тайком от Хё Джин?

На этот раз лоб Ё Джин слегка сморщился.

Да к тому же вялая реакция сына исподволь разозлила её.

— Вот я и говорю: что за день сегодня? Твоя церемония. В такой важный день разве не должен рядом быть хоть кто-то, кто о тебе позаботится? Вообще-то там полагалось быть Гаон… кхм, твоей жене. Но раз уж так вышло, что поделаешь.

— Что вы, собственно, хотите сказать?

Тхэ Гон посмотрел на часы на запястье и спросил ещё холоднее.

Холодность была оболочкой, скрывавшей «раздражение».

— Пусть только на сегодня Мин Гён побудет рядом и позаботится о тебе, как тебе?

— Что?

Коротко переспросив, Мин Гён с изумлённым лицом посмотрела на Ё Джин.

— Мне хотелось бы, чтобы сегодня ты помогла Тхэ Гону.

Будто мнение Тхэ Гона не имело значения, Ё Джин сначала испросила согласия у Мин Гён.

Мин Гён растерянно посмотрела на Тхэ Гона.

И тут шумный зал разом стих.

Взгляды людей тоже одновременно повернулись в одну сторону.

У входа в зал одна за другой, с промежутком, появились госпожа Квак Пок Ча и Ли Чэ Гук.

Едва увидев их, Тхэ Гон быстро подошёл, взял Квак Пок Ча за руку и пошёл рядом, будто поддерживая.

А потом учтиво поклонился вошедшему следом Ли Чэ Гуку.

— Мы не опоздали?

— Время ещё есть, — ответил Тхэ Гон на вопрос Чэ Гука.

— А остальные все прибыли?

— Большинство уже здесь, бабушка.

— Ну, раз так, чего же тянуть? Пора проводить церемонию.

Квак Пок Ча крепко сжала руку Тхэ Гона.

— Приехали.

Ё Джин подошла к ним и по очереди поздоровалась с Пок Ча и Чэ Гуком.

— А Хё Джин?

Не глядя на Ё Джин, Чэ Гук озирался по залу, разыскивая младшую дочь.

— Говорит, у неё дела.

— Дела? Какие дела?

Только тогда Чэ Гук посмотрел на Ё Джин и спросил встревоженно.

— Отец, вам туда не надо?

Вместо ответа Ё Джин показала подбородком на Квак Пок Ча, которой кланялось руководство.

— Ах да, вот голова. О Хё Джин поговорим потом.

Направляясь к Пок Ча и Тхэ Гону, стоявшим с руководителями, Чэ Гук многозначительно улыбнулся.

Пока Чэ Гук здоровался за руку с руководством, Тхэ Гон непринуждённо отошёл к другой группе.

Увидев это, Ё Джин легонько толкнула Мин Гён в бок и сказала:

— Чего стоишь? Иди помоги. Тогда и наш Тхэ Гон со спокойной душой пообщается с людьми.

А можно ли? Мин Гён мялась, а Ё Джин поторапливала её, прищурив один глаз.

— Он ведь не отказался. Значит, всё в порядке. Иди и стой рядом. Так и настанет минута, когда понадобишься. И тогда, глядишь, первой, кого он позовёт, окажешься ты.

От этих слов Мин Гён, видно, набралась смелости и пошла к группе, где был Тхэ Гон.

Ё Джин с бокалом шампанского в руке провела указательным пальцем по губам и оценивающе смотрела на Мин Гён и Тхэ Гона, попавших в одну картину.

— Что вы одна?

Неизвестно когда сожитель Чин Хо прилип к Ё Джин сбоку.

— А где наша Мин Гён?

— Вон она.

На вопрос Чин Хо Ё Джин ответила нарочито равнодушно.

Будто это сущий пустяк.

— Постойте, а почему она рядом с директором Со?

Чин Хо, наоборот, вытаращил глаза и уставился на них двоих.

— А что? Им нельзя постоять вместе?

— Да нет, но, дорогая…

— Смотрятся хорошо, и ладно.

— А жена директора Со?

— Сегодня хороший день. Не будем поминать ненужных имён.

Ё Джин повернулась и пошла к Чэ Гуку.

— Отец.

— А, да. А Хё Джин?

— У вас только Хё Джин и на уме.

Глядя на недовольно косившуюся Ё Джин, Чэ Гук поцокал языком.

— Оттого-то из тебя ничего и не вышло.