1 - 32
За то короткое время, пока она поднимала палец к экрану, в голове у Гаон пронеслось множество мыслей.
Снова «первой»?
Просто сообщение: уходи с работы первой, поужинай и ложись.
И всё же среди таких мыслей Гаон питала тонкую, как ниточка, надежду.
Слов «давай сегодня уйдём вместе»…
И чтобы потом вместе поужинать и лечь спать в один час — вот такой день.
Настолько обыкновенный, что кто-нибудь и посмеялся бы над этим.
Но для Гаон это было тем сообщением, которого она отчаянно ждала.
Гаон коснулась экрана и прочла присланное Тхэ Гоном.
«Подожди десять минут. Поедем вместе».
Гаон разом зажала рот ладонью.
— Что-то случилось?
Увидев это, Хи Ван спросил жестами и вслух. Тогда Гаон покачала головой и быстро показала:
— Идите первым. У меня появилась встреча.
— Встреча?
На переспрос Хи Вана Гаон кивнула и снова села на стул.
Хи Ван посмотрел на Гаон, которая сказала про встречу и снова села, и недоумённо склонил голову.
А вдобавок Гаон опять включила компьютер.
На мониторе высыпали разные графики — будто она собиралась снова заняться анализом.
— Это что же? Говорила ведь про встречу. Встреча — рабочая, что ли? Не пойму.
Хи Ван, стоя у Гаон за спиной, сказал это будто про себя. Для «про себя» получилось довольно громко.
Будто раз она всё равно не слышит, то и остерегаться незачем.
Хи Ван достал телефон, проверил время окончания работы и вышел из лаборатории.
По дороге в холл Хи Ван нажал на вызов.
— Начальник, это Ким Хи Ван, новый сотрудник лаборатории. Я ухожу. Сонбэ Ю Гаон сказала, что у неё встреча, и велела мне идти первым. Да, да. Ежедневный отчёт я отправил по почте.
Закончив разговор, Хи Ван вышел из здания. И тут телефон зазвонил снова.
— Да, Ким Хи Ван слушает.
В отличие от предыдущего, голос отвечавшего Хи Вана был совсем серьёзным. Продолжая разговор, Хи Ван направился к станции метро.
Гаон положила телефон на рабочий стол, на самое видное место, и разбирала данные.
Глаза были в мониторе, но все мысли — о Тхэ Гоне.
Чёрный экран телефона ярко вспыхнул.
Рука Гаон быстро схватила его.
«Сейчас выхожу, зайти в лабораторию».
На сообщение Тхэ Гона Гаон торопливо ответила.
«Нет. Я спущусь в холл».
В том, как она выключала монитор и вешала сумку, чувствовалось замирание. Пусть сообщение и пустячное, но, раз его прислал Тхэ Гон, Гаон замирала, и сердце колотилось. От одного-единственного сообщения.
Она торопливо дошла до холла и увидела Тхэ Гона, окружённого людьми.
Решив, что это руководство «Фикс Био», она замедлила быстрый шаг.
Она хотела встать в нескольких шагах и подождать, пока он договорит, но встретилась с Тхэ Гоном взглядом.
Глаза Гаон слегка расширились от удивления. Тхэ Гон повернулся, вышел из круга и взял её за руку.
— Если этот проект пойдёт по плану, сотрудничество «Джен AI» и «Фикс Био» станет только прочнее, а синергия от него превзойдёт всякое воображение. Тогда, полагаю, слияние последует само собой. То есть все тревожные толки разом улягутся.
— Разумеется, так и должно быть, и я верю, что так и будет, — поддержал начальник отдела Им. Он был доверенным человеком госпожи Квак из янпхёнской усадьбы, а когда-то и секретарём покойного отца Тхэ Гона, президента Со Ён Хуна. Теперь он работал в отделе кадров и планирования.
— Я ухожу. Если у вас есть что добавить, начальник Им Хва Су выслушает ваши мнения. И, разумеется, потом обсудит со мной. Итак, до свидания.
Тхэ Гон учтиво поклонился руководителям на прощание и вывел Гаон из холла.
Машину, видно, уже подали: личный водитель Тхэ Гона, Сон Ки Нам, ждал с открытой дверцей.
Первой села Гаон, следом Тхэ Гон.
Водитель Сон закрыл дверцу и пошёл к водительскому месту. Машина, у которой разом зажглись фары и завёлся мотор, развернулась от здания «Фикс Био» и плавно влилась в поток.
Час был вечерний, и они то ехали, то стояли, но до дома в Тэчхидоне добрались меньше чем за полчаса.
Пока они с парковки поднимались на лифте, Гаон спросила жестами:
— А ужин?
— Поужинаем.
— Дома?
Тхэ Гон посмотрел на неё в упор. Во взгляде читалось: зачем спрашивать очевидное.
Гаон решила, что он неверно понял смысл вопроса, и спросила снова:
— Сегодня вы не заняты?
— Нет.
Тхэ Гон слегка кивнул и ответил, не разжимая губ.
Пусть она и не слышала, ей вполне хватило его взгляда и движения.
— Что, ты хотела мне что-то ска…
Тхэ Гон начал было говорить, но двери лифта открылись, и показалась дверь их квартиры.
Мягкий шаг.
Гаон первой шагнула и пошла к двери.
Тхэ Гон подумал, что она, наверное, не увидела его губ. Иначе бы она не повернулась к нему спиной первой.
Вскоре дверь открылась, и Гаон с Тхэ Гоном по очереди вошли внутрь.
Гаон — в спальню, Тхэ Гон — в кабинет; пути разошлись.
Гаон вошла в гардеробную при спальне, поставила сумку и собиралась переодеться, но телефон вспыхнул.
С выражением «кто это?» Гаон взяла телефон.
«Ты не отвечаешь. Гаон-щи, ты в порядке?»
От неожиданного содержания Гаон посмотрела на отправителя.
Сок Мин Гён.
Не отвечаю? На что не отвечаю?
Гаон думала это, и тут пришли ещё фотография и сообщение.
«Утром я и сама так растерялась, что послала только статью с фотографией. У тебя всё хорошо, Гаон-щи?»
Фотография, статья?
И в тот же миг в голове у Гаон будто вспышкой пробило электричеством.
Гаон быстро провела по экрану.
«Замечен наедине с неизвестной женщиной»
«Наследный принц „Фикс Био“ замечен в неожиданном месте»
Она забыла. Начисто.
Будто её заколдовали — сообщением Тхэ Гона, его прикосновениями, его взглядом.
Только теперь Гаон вспомнила ту статью о Тхэ Гоне, что пришла ей на телефон сегодня утром, вместе с выходом на работу Ким Хи Вана.
И даже то, что прислала эту статью Мин Гён-онни.
Экран снова зажёгся, и появилось уведомление.
Отправителем опять была Мин Гён.
Но Гаон не стала читать. И без чтения понятно, о чём.
Наверняка сообщение пополам из утешения и тревоги. И с лёгкой примесью любопытства.
Что Мин Гён особенно остро реагирует на всё, связанное с Тхэ Гоном, Гаон замечала.
Ведь и у самой Гаон все чувства работали с особой тонкостью, когда дело касалось Тхэ Гона. Включая сердце.
Правда, Гаон предполагала, что дело в Сок Чин Хо. Ведь ей во всех отношениях выгоднее, чтобы между матерью Тхэ Гона Ё Джин и её отцом Чин Хо не было трений.
И тут в поле зрения Гаон попала рука Тхэ Гона, забирающая её телефон.
Когда он вошёл в спальню?
От внезапного появления Тхэ Гона глаза Гаон расширились.
Скользнуло.
Телефон бессильно выскользнул у неё из руки и оказался в руке Тхэ Гона.
Во взгляде Тхэ Гона, смотревшего на телефон, не было ни малейшего волнения. Скорее он казался чрезмерно сухим.
— Интересно?
Прочитав по губам, Гаон покачала головой.
— Не интересно?
Кив. Кив.
Глядя ему прямо в глаза, Гаон кивнула.
Взгляд был с вызовом, но в целом лицо Гаон было спокойным.
Тхэ Гон же с удивлённым видом косо приподнял уголок губ. С выражением «занятно» он принял её вызывающий взгляд.
— Правда?
Тхэ Гон качнул телефоном, который держал кончиками пальцев.
Гаон подняла руку и показала жестами. Будто это сущий пустяк, не выказывая и чувства.
— Давайте ужинать.
А потом обошла Тхэ Гона и вышла в гостиную. Будто её и не занимал собственный телефон в его руке.
Реакция Гаон была неожиданной. Он думал, что она хотя бы обиду покажет, если не злость.
Ну и ладно. В расчёт брака с Ю Гаон уже входило то, что таких мелких трат чувств можно избежать.
Куда сильнее чувства тратили янпхёнская усадьба и Намянджу. Ведь бабушка, госпожа Квак Пок Ча, обычно не выказывавшая чувств, звонила с самого утра.
Из-за одного звонка во время совещания Тхэ Гону пришлось прервать его и выйти.
Разговор был не просто попрёками и не уговорами. Это было объяснение по поводу фотографии и статьи, а также порядок действий.
«Больше никакого шума быть не должно. Если доверие акционеров пошатнётся, вместе с ним исчезнет и повод тебя защищать. Тогда „Фикс Био“ может перестать быть твоей компанией. То есть славу, оставленную твоим покойным отцом, может забрать себе кто-то другой».
Госпожа Квак говорила, убрав из голоса чувства, холодно. Тон был привычный, но особенно ледяной. И наоборот, тон деда из Намянджу был полон чувств и близок к просьбе.
«В молодости и оступиться можно. Твой дед в своё время тоже был таков. И всё же, знаешь, когда идёт такая молва — это плохо. Понимаешь, о чём я?»
Светильник, висевший над столом, обливал головы обоих ярким светом.
Но на лицах супругов, освещённых этим светом, не было никаких чувств.
