Контент удален!

— Что вы сказали?

— И чем тебе это добро так хорошо, что ты его аж сюда притащила?

Ё Джин без труда поняла, что под «добром» Чэ Гук разумеет «Сок Чин Хо».

Ведь взгляд Чэ Гука был обращён к Чин Хо.

Чин Хо нарочно держался поодаль от Ё Джин и, будто слоняясь, оглядывался по сторонам.

Чин Хо опасался Чэ Гука.

И оттого в Ё Джин только сильнее поднималось сопротивление.

— Вы забыли, что лучшие годы моей жизни испортили вы?

Ё Джин снова вытащила брак по расчёту с Со Ён Хуном.

— Хватит. Сам всё узнаю.

Чэ Гук, которому это, видно, осточертело, достал телефон и продолжил:

— Скажем прямо: то, что от президента Со у тебя родился Тхэ Гон, — счастье и для тебя. Благодаря Тхэ Гону ты и живёшь без забот о деньгах. Попадись тебе какой-нибудь никчёмный — разве жила бы ты вот так, вольготно?

— Хотите сказать, что этот никчёмный — Чин Хо? — раздражённо спросила Ё Джин.

Чэ Гук с досадливым лицом покачал головой, отвернулся и поднёс телефон к уху.

— А, да, это отец. Ты где?

Едва Чэ Гук заговорил, как в зале вдруг стемнело и музыка стихла.

— Хё Джин-а, кладу трубку. Похоже, церемония начинается.

Торопливо повесив трубку, Чэ Гук пошёл к стулу со своим именем и сел.

Ё Джин тоже пошла к своему месту рядом с Чэ Гуком и села.

А вот Чин Хо не подошёл и остался стоять в самом конце.

В конце концов Ё Джин встала и направилась к нему, а Чэ Гук, увидев это, снова поцокал языком с осуждающим видом.

— Возвращайтесь уже на место.

— Ничего, — светло улыбнувшись, отозвалась Мин Гён на слова Тхэ Гона.

Как и просила Ё Джин, Мин Гён естественно, как тень, держалась рядом с Тхэ Гоном.

Пока он здоровался за руку и раскланивался, она улыбалась у него за спиной, а если кто-то протягивал руку ей, без стеснения пожимала.

Тхэ Гон, похоже, не обращал на это внимания.

Пока его не спрашивали, он будто и не замечал присутствия Мин Гён.

А вот Мин Гён — наоборот.

Она ловила все обращённые к ней взгляды и прикидывала, что в них.

Кто-то принимал её за секретаршу, а кто-то, склонив голову набок, многозначительно щурился, будто прикидывая, кем она приходится.

Второе Мин Гён, разумеется, было по вкусу.

Она даже фантазировала: а хорошо бы их воображение разгорелось и они принялись шептаться.

И тут в зале потемнело, к Тхэ Гону подошёл какой-то мужчина и тихо шепнул ему на ухо.

— Да, понял, начинаем сразу.

— Да, господин директор.

Тхэ Гон быстро прошёл вперёд и куда-то вошёл.

Мин Гён двинулась было за ним и вдруг встала как вкопанная.

Там, куда вошёл Тхэ Гон, висела табличка «Посторонним вход воспрещён».

Можно ли войти? Мин Гён подумала это и шагнула вперёд, но мужчина, шептавший Тхэ Гону, остановил её.

— Кем вы приходитесь господину директору?

— Что?

На внезапно ударивший вопрос Мин Гён не нашлась с ответом, и мужчина переспросил:

— Вы супруга господина директора?

— А, это… то есть.

— Без подтверждения войти нельзя.

Чёткий тон мужчины Мин Гён задел.

Ей не понравилась эта манера — вежливо, но исподволь проводить черту.

Однако и предъявить ей было нечего.

— Здравствуйте. Я Хан Сок Вон, начальник отдела маркетинга «Фикс Био». Просим вас занять свои места согласно табличкам.

Под светом, падавшим на трибуну посреди зала, мужчина, назвавшийся начальником маркетинга, вёл церемонию.

— Идите на место. Церемония сейчас начнётся.

От решительного тона и лица мужчины Мин Гён повернулась и позвонила Чин Хо.

Пошли гудки, и Мин Гён, лавируя между рассаживавшимися людьми, заговорила:

— Вы где? Что? А, вы там. Хорошо. Я? Я сейчас…

Она только собиралась сказать, где находится, как раздались аплодисменты.

Она повернула голову к середине трибуны и увидела выходящего Тхэ Гона.

— Я к вам подойду. Кладу трубку.

Она закончила разговор и пошла, а в спину ей уверенно ударил голос Тхэ Гона.

— Прежде всего сердечно благодарю всех гостей, почтивших нас своим присутствием.

Приветствие Тхэ Гона было полно достоинства и уверенности.

Он сказал всего одну фразу, но в ней была сила, разом подчинившая себе зал.

— Сегодня я стою здесь, чтобы продолжить дело моего покойного отца.

Зрачки Квак Пок Ча, смотревшей на Тхэ Гона со своего места, едва заметно дрогнули.

Высокий рост, крепкое сложение и твёрдый взгляд были до того похожи.

Будто сын Ён Хун, которого она считала уже похороненным, ожил.

Пока Тхэ Гон стоял на трибуне и оглашал заявление о передаче дел, в зале было тихо, будто все затаили дыхание.

— Держи.

Через плечо сидевшей на стуле в комнате ожидания Гаон Хё Джин протянула бумажный стаканчик с кофе.

— Держись. Всё обойдётся, — показала жестами Хё Джин, садясь рядом.

Гаон только вертела стаканчик и молча смотрела в пол.

— Гаон-а.

Хё Джин мягко взяла её за плечо.

Только тогда её полные слёз глаза обратились к Хё Джин.

— Будешь такой — отцу станет только тяжелее. Тем более сейчас тебе надо держаться и быть бодрой.

— Я не знаю. Как быть в такие минуты.

— Не кори себя. Гаон-а, я и сама, честно говоря, не знаю, как тебя утешить…

Хё Джин говорила это негромко, показывая жестами, и тут на её телефоне мигнуло уведомление.

— Минутку.

Хё Джин коснулась тыльной стороной ладони подбородка — подожди, мол.

Сообщение было от отца, Ли Чэ Гука.

«Идёт церемония передачи у директора Со. Ты где? Не придёшь? А жена директора Со?»

— Сестра, что ли, не сказала?

Хё Джин склонила голову набок и обронила это себе под нос.

Она собиралась ответить Чэ Гуку, и тут из реанимации послышалось, что вызывают родственника Хён Сопа.

Хё Джин показала Гаон жестами «тебя зовут» и указала на дверь реанимации.

Обе подошли к двери, а следом подбежала и встала рядом сиделка.

Дверь открылась, и вышел врач.

Гаон с напряжённым лицом впилась взглядом в его губы.

— Пока давление и пульс стабилизировались. Похоже на временную аритмию из-за тромба. Состояние сердца сейчас стабильное. Правда, нельзя исключать, что тромб мог сместиться в сосуды мозга, поэтому я записал его на КТ и МРТ. Главный кризис миновал.

Пока врач сухо объяснял положение, Хё Джин рядом усердно переводила жестами.

Окаменевшее от напряжения лицо Гаон понемногу разгладилось.

— Ох, слава богу. Вот уж и правда слава богу.

Сиделка поклонилась врачу.

И Гаон, и Хё Джин с облегчением выдохнули и сели на стулья.

Врач вернулся в реанимацию, и в комнате ожидания остались только они.

На телефон Гаон пришло уведомление.

«Выслал водителя Сона».

Сообщение от Тхэ Гона. И следом — звонок у Хё Джин.

Гаон повернула голову и посмотрела на говорившую Хё Джин.

— Это ты, Тхэ Гон. От сестры слышал, да. Нет, сейчас всё хорошо. Говорят, кризис миновал. Врач сказал, что состояние стабильное. Гаон, то есть твоя жена, сильно перепугалась, но теперь ничего. А можно? Хорошо. Тогда, как приедет водитель Сон, с ним и доберёмся. Да. Здесь круглосуточно сиделка.

Продолжая разговор, Хё Джин короткими жестами передавала Гаон слова Тхэ Гона по частям.

— У тебя сегодня важный день, поэтому я сказала только сестре. Так что не обижайся сильно. Я боялась, что скажу тебе — и ты понапрасну разволнуешься и ошибёшься. Обижаешься на тётку? Ну вот, спасибо, что поняла.

Хё Джин посмотрела на Гаон и кивнула. Жестами она передала, что церемония у Тхэ Гона идёт без сучка без задоринки.

Гаон не подавала виду, но то, что она не попала на приём вовремя, и правда не давало ей покоя.

Закончив разговор, Хё Джин сказала Гаон, показывая жестами:

— Прежде всего он просит тебя приехать на приём. Тхэ Гон. И говорит, что, как приём кончится, пусть и поздно, он приедет с тобой в больницу.

— Мне и правда можно сейчас поехать?

— Не веришь — напиши Тхэ Гону. Он, конечно, сейчас занят и сразу ответить не сможет, но наверняка скажет приезжать.

И, будто в подтверждение слов Хё Джин, на телефон Гаон снова упало сообщение Тхэ Гона.

«Я говорил с тётушкой, приезжай на приём с водителем Соном».

Гаон посмотрела на Хё Джин и кивнула с доверием во взгляде.

И тут в комнату ожидания вошёл водитель Сон.

— Я приехал за вами и за госпожой.

Хё Джин улыбнулась, глядя на низко поклонившегося водителя Сона.

— Вы раньше, чем я думала.

— Да. Можно ехать прямо сейчас?

— Конечно. Кризис уже позади.

Хё Джин дала наставления сиделке, и Гаон тоже крепко сжала ей руки, прося позаботиться об отце.

— Не тревожьтесь. Я буду при нём круглосуточно.

Так они оставили сиделку и сели в машину водителя Сона.

Чем ближе был отель, где шёл приём, тем сильнее сжимало сердце Гаон новое напряжение.

Можно ли мне стоять рядом как жене Со Тхэ Гона? Что, если я покажусь его слабостью или изъяном?