Онлайн чтение книги Солнцестояние Solstice
1 - 33

От его неожиданного появления я потеряла дар речи и просто смотрела на него снизу вверх. Он заговорил первым, нарушая неловкое молчание:

— Ищешь меня?

— Напугали. Как вы узнали, что я здесь?

— Увидел тень в окне.

Если причина в этом, то хорошо. Я боялась, что упустила из виду какую-нибудь скрытую камеру наблюдения, но, похоже, дело не в этом.

— Так зачем пришла?

Я уже собиралась ответить, что из-за отключения электричества, но невольно заглянула через плечо мужчины в молельню.

Комната, окутанная сыростью и освещенная лишь слабым мерцанием свечи, казалась мрачной — полная противоположность тому, какой я видела её раньше. Великолепного света витражей, заливавшего молельню в ясный день, сейчас не было и в помине.

Что он делал в таком месте? Я притворилась, что колеблюсь, и вместо ответа осторожно спросила:

— Можно зайти?

Он пристально посмотрел на меня, кивнул и посторонился, пропуская внутрь.

Сев на скамью рядом с Алессандро, я огляделась. Внутри ничего не изменилось с моего первого визита. Распятие, статуя Девы Марии на возвышении, свечи, длинные скамьи и даже расположение Библии — всё было на своих местах.

С чего вдруг он пришел в молельню? Не спать же сюда лег. Я усомнилась, что он настолько набожен, но нарочито бодро заметила:

— В первый день в особняке Марта показала мне это место, сказав, что витражи здесь очень красивые. Жаль, что сегодня не солнечно.

Она говорила, что это единственное место в доме, которое осталось нетронутым. Значит ли это, что в молельне тоже может быть тайник, вроде того, что в туалетном столике Лукреции? Паническая комната или большой сейф? Иначе непонятно, зачем он здесь торчал.

Я продолжала болтать о пустяках, наблюдая за выражением лица Алессандро. Он не открывал рта и не шевелился. Обычно он хотя бы коротко отвечал, но сейчас, словно соляной столб, смотрел только на алтарь.

— Чем вы занимались здесь весь день? Молились? Или... вас гложет какая-то серьезная проблема?

— Ничем. Или всем сразу.

Ответив загадкой, он снова замолчал.

Не думала, что тишина может быть такой тяжелой. Похоже, сегодня он был совсем не в настроении общаться с партнершей и даже не смотрел в мою сторону.

Решив, что лучше оставить его одного, я уже собралась уйти, когда до слуха долетел неожиданный вопрос:

— Ты веришь в Бога?

Может, дождь настроил его на сентиментальный лад? Раньше Алессандро никогда не поднимал таких сложных тем. От неожиданности я не сразу нашлась с ответом.

Учитывая, что у меня есть крестильное имя, стоит сказать «да»? Но я давно охладела к вере и в последний раз переступала порог церкви очень давно.

В итоге я так ничего и не ответила. Выдержав паузу, Алессандро продолжил:

— Я не верю ни во что, что называют Божьей волей. Все это лишь красивая обертка.

Я молча моргала. Не такие слова ожидаешь услышать от человека, просидевшего весь день в молельне.

— Люди в конечном итоге всего лишь марионетки, играющие свои роли на сцене... По крайней мере, я так думаю.

Голос Алессандро не умолкал, словно он вытаскивал наружу слова, которые долго копил внутри.

— Значит, все это не воля Божья, а чья-то шутка. И нами просто играют.

Сказав это, он посмотрел мне прямо в глаза.

В его синих глазах не читалось никаких эмоций. Жар и желание, которые, казалось, могли обжечь, исчезли, оставив после себя лишь зияющую пустоту.

Казалось, все вернулось к исходной точке. Бесстрастное лицо мужчины словно насмехалось надо мной: мол, ты думала, что немного поняла меня за это время?

Что он вдруг хочет сказать? Ходить вокруг да около — не в его стиле. Определенно, сегодня с ним что-то было не так.

От досады я лишь беззвучно шевельнула губами, и, словно в ответ, его губы тоже дрогнули.

— Тогда, если... если допустить, что твое появление на этой сцене, и именно передо мной, — это тоже чья-то злая шутка...

В этот момент яркая вспышка пронзила окно, заставив меня рефлекторно зажмуриться.

— Какова же... твоя роль?

Как только он договорил, небо разорвал грохот. Свет и тень заплясали на лице Алессандро, очерчивая его контуры.

В мерцающем свете его выражение лица, как ни странно, казалось растерянным.

Словно у человека в горячечном бреду...

У меня возникло чувство, будто невидимая рука сжала мне грудь. Я не понимала, почему он спрашивает об этом и как назвать ту эмоцию, что сейчас сотрясает меня.

Нет, я и не хочу в этом разбираться. Мне не нравилось, что эта необъяснимая неопределенность, исходящая от него, заражает и меня.

Алессандро, если ты кукла, то веди себя как кукла. Играй отведенную тебе роль.

Враг моих родителей, цель, у которой нужно выведать информацию, временный партнер в отношениях с заранее известным финалом. Я не могла позволить ему переступить эту черту.

— Если верить вашим словам, я тоже просто еще одна марионетка.

Да, я старалась укрепить наши отношения, но только потому, что это было нужно для миссии. Я не стремилась к глубокой связи, которая могла бы повлиять на мою жизнь. Ситуация, когда мы слишком сильно привяжемся друг к другу и это станет обузой, меня не устраивала.

— Не знаю, какая у меня роль, но в одном я уверена: я — эпизодический персонаж, который скоро покинет сцену.

Этого должно быть достаточно. Разве не он сам с самого начала предложил срок в три месяца? Если я первая очерчу границы, Алессандро не станет их переступать — в этом я была уверена.

— Так что считайте это коротким сном. Только до конца этого года. Я тоже буду так считать.

Договорив, я слегка нажала кончиком указательного пальца на межбровье Алессандро. Это был довольно смелый жест, но он не выказал недовольства. Пустота в его глазах исчезла. Он лишь смотрел на меня со своим привычным странным спокойствием.

Я знала, что он говорит слишком мало, а думает слишком много. Как было бы хорошо, если бы я могла хоть немного легче читать его мысли.

Пора было сменить тему.

— Что, жалеете о грядущем расставании? Времени еще полно.

Алессандро не ответил. Он лишь провел пальцами по лбу и, как обычно, бесстрастно улыбнулся.

Не знаю, что за перемена произошла в его настроении, но он вернулся. Успокоенная знакомым поведением, я посмотрела на него и кивнула в сторону выхода.

— Кстати, вы знаете, что электричество отключили? Вообще-то я пришла сказать вам об этом. Не похоже, что его скоро починят.

— Это не первый раз. Несколько лет назад во время шторма тоже отключали свет.

Он немного помолчал, а затем продолжил:

— Ты пришла ко мне, потому что испугалась?

— Вовсе нет. Я же не ребенок.

Я притворно возмутилась, и он едва заметно улыбнулся. Если бы я не присматривалась, то и не заметила бы. Казалось, что его недавний странный облик растворился в темноте.

Алессандро встал и взял с алтаря подсвечник.

— Аварийное питание включается автоматически. За систему безопасности и холодильники можешь не переживать. Но вот освещение и прочее — исключение...

Он протянул мне другую руку. Большую, с длинными пальцами и выступающими костяшками. Казалось, она легко может полностью скрыть мою ладонь.

— Прости, но придется привыкнуть к темноте, пока всё не починят.

Хотя мне этого и не хотелось, я взяла его за руку, и мы вместе вышли из молельни.

Дождь лил не переставая. Спускаться по лестнице и идти по коридору, полагаясь лишь на дрожащий свет свечи и руку Алессандро, было странно. Казалось, что отключилось не только электричество, но и само время в этом доме остановилось.

— А аварийного фонарика нет?

К сожалению, в моем старом телефоне не было таких продвинутых функций, как фонарик.

— Есть. Один в кабинете, один на кухне.

— Всего два на такой огромный дом?

— Двух вполне достаточно.

Открыв дверь кабинета, Алессандро передал мне подсвечник.

— Зато в кабинете есть камин. Подержи пока. Осторожно, не накапай воском.

Ручка подсвечника, который я машинально приняла, хранила тепло его руки. Послышался звук укладываемых сухих веток, чирканье спички... Сколько времени прошло? Теплое оранжевое пламя осветило пространство. Похоже, старинный камин был здесь не только для красоты.

— Если боишься темноты, можешь остаться здесь, пока не дадут свет.

— Да не боюсь я, честное слово. Разве что скучно.

Алессандро молча посмотрел на меня, греющуюся на диване у камина, затем открыл самый нижний ящик шкафа и что-то достал. В темноте раздался стук дерева о дерево.

То, что принес Алессандро, оказалось деревянной шкатулкой с черно-белым узором в клетку. Выдвинулись ящички по бокам доски, и один за другим показались фигуры размером с палец. Пешка, слон, ладья, ферзь...

Это были шахматы.

— Умеешь играть?

Еще бы не уметь. Кто, по-твоему, научил меня играть в первый раз?

— Хотите сыграть вместе?

— Если не хочешь, скажи. Я не хочу заставлять.

Алессандро быстро расставил фигуры и встретился со мной взглядом.

— Будешь играть или нет?

Видя его уверенность в том, что поражение ему не грозит, я почувствовала странный азарт. Уголки моих губ поползли вверх, я расправила плечи.

— Буду. Но просто так — не хочу. Просто выиграть или проиграть — это скучно.

— Тогда?

— Давайте на пари. Проигравший исполняет одно желание победителя.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver