Онлайн чтение книги Солнцестояние Solstice
1 - 29

Глава 29

С щелчком дверь кабинета открылась. Сердце Ривер билось быстрее обычного. Наконец-то она увидела комнату, в которую наряду со спальней хотела попасть больше всего. Тело зудело от желания перевернуть всё вверх дном, но сейчас нужно быть осторожной. Алессандро, стоявший, прислонившись к дверному косяку, заговорил первым:

— Почему ты?

— Марта занята, варит джем. Знаете ведь, если не мешать, он пригорит. Так что я вызвалась отнести это вам. Сегодня утром на рынке купили гранаты.

Ривер слегка приподняла поднос. Зерна граната, аккуратно выложенные горкой на фарфоровой тарелке, выглядели аппетитно. Но Алессандро даже не взглянул на них.

— Лили, ты мой гость.

Ривер моргнула, не понимая, к чему он клонит, и он продолжил:

— Тебе не нужно помогать на кухне.

— Я знаю, но я благодарна Марте за заботу, и…

— Это работа Марты. Она лишь выполняет мои указания, так что делай, что хочешь.

— …Я как раз собиралась сказать, что делаю это, потому что хочу.

Воспользовавшись его заминкой, Ривер быстро спросила:

— Долго будете держать меня на пороге?

Она спросила дружелюбно, но Алессандро не улыбнулся. Впрочем, эффект был: он посторонился, пропуская Ривер внутрь. Поставив поднос на гладкий стол из красного дерева, Ривер огляделась.

— Кстати, я здесь впервые. Можно осмотреться?

— Делай что хочешь.

Ривер мысленно выдохнула. Не прогнал. Она боялась, что он сразу выставит её за дверь, но обошлось.

— Впечатляет. Понимаю, почему вы проводите здесь столько времени.

Это был не пустой комплимент. Комната была настолько великолепна, что Ривер подумала: если она когда-нибудь уедет из Детройта и будет жить одна, то хотела бы оформить одну комнату именно так. Камин, диван, ковер, книжные полки… Пытаясь запомнить планировку кабинета, Ривер заметила сейф. За столом. Судя по всему, с биометрической защитой. Отпечаток пальца? Сетчатка глаза? Рисунок вен на ладони? Что придется сделать в этот раз, чтобы узнать, что внутри?

— Вы, похоже, любите читать?

Полки были забиты книгами. От «Улисса» и поэм Гомера, которые она до тошноты зачитывала в колледже, до «Саломеи», «Анны Карениной»… А судя по тому, что рядом стояли «Ромео и Джульетта», «Отелло» и «Гамлет», дальше шла полка Шекспира.

— У нас схожие вкусы. Можно мне приходить сюда читать, когда скучно?

— Когда я в кабинете — заходи. Только стучись.

Ответ не идеальный, но уже прогресс. Если действовать осторожно, пока он занят, можно чего-нибудь добиться. Алессандро так и не притронулся к гранату. Хотя она даже принесла маленькую серебряную ложечку для удобства. Он просто сидел в кресле и наблюдал, как женщина осматривает кабинет. Конечно, Ривер чувствовала этот взгляд. Чтобы не вызвать подозрений, она с любопытством рассматривала книжные полки во всю стену. Раздумывая, не сделать ли вид, что читает, она заметила маленькую рамку. Время оставило на ней след, но понять, что это за фото, было нетрудно. Семейное фото Раньери. Вот так находка. Это шанс. Шанс естественно заговорить об Антонио.

— Это ведь вы?

Ривер взяла рамку и подошла к Алессандро. Присев к нему на колени, она почувствовала твердые мышцы и тепло его тела. Специально прижавшись спиной к его груди и животу, она ощутила его ровное дыхание у своего уха. Хотелось вскочить и убежать, но она уже делала это, во второй раз будет легче. Алессандро, смотревший на Ривер, мельком глянул на фото и коротко ответил:

— Это в детстве.

— Надо же, выросли точь-в-точь таким же. Мило. Сколько вам здесь?

— Восемь.

Алессандро постучал пальцем по краю фото. В правом нижнем углу была дата. 20 лет назад. Когда их пути еще не пересеклись. Для своего возраста он держал слишком толстую книгу, но в улыбке читалось детское озорство и очарование. Трудно поверить, что этот ребенок вырастет монстром.

— Похоже на семейное фото. Глаза этой женщины — точная копия ваших…

Ее палец указал на женщину на фото. Женщину, которая даже не смотрела на ребенка, прижавшегося к её коленям. Ривер тоже её знала. Красавица с тенью печали в глазах и скорбной складкой у губ. Лукреция Раньери. Но сейчас важнее был другой человек.

— А этот очень похож на вас. Это ваш отец, верно?

Антонио. Убийца родителей, исчезнувшая цель. Антонио, улыбавшийся до отвращения широко, казался человеком, не знающим забот. Он так же улыбался, когда Ривер и маму притащили во внутренний двор. В тот момент, когда она собиралась заговорить об Антонио, Ривер заметила то, что упустила. Из-за расфокуса она приняла их за часть фона, но теперь увидела: на фото было еще двое. Позади несчастливой семьи, поодаль, стояли женщина и мужчина. У женщины были черные азиатские глаза. Даже если бы фото было еще более размытым, она бы узнала их. Там были мама и папа.

— А это кто? Родственники? Или члены семьи?

Вопрос вырвался сам собой, прежде чем она успела подумать. Хотя она знала, что сейчас нужно спрашивать об Антонио.

— Неважно. Они всё равно мертвы.

От этого безразличного ответа нижняя губа Ривер задрожала от гнева. Они мертвы из-за тебя. Это ты их убил. Крик застрял в горле. Хотелось разбить рамку о его голову, но нельзя забывать о цели. Сейчас важен Антонио, а не память о родителях.

— В любом случае, вы очень похожи на отца. Особенно нос и подбородок.

— Похожи. Не только лицом.

— А чем еще? Характером? Хобби?

В этот момент пальцы Алессандро коснулись щеки Ривер. Хочет поцеловать? Но это прикосновение отличалось от прежних.

— Навыками, которым я научился у отца. Например…

Теплая, но грубоватая рука медленно скользнула по щеке к подбородку, и по спине побежали мурашки. Что-то не так. Ощущение опасности, угрозы. Ривер невольно затаила дыхание, а он прошептал:

— Как сильно нужно сжать горло, чтобы человек потерял сознание, куда ударить ножом, чтобы жертва умерла без крика, как вспороть живот, чтобы человек мучился как можно дольше… такие вещи.

Рука Алессандро не останавливалась. Медленное прикосновение скользило от подбородка по шее. Касание было мягким, но в голове выла сирена.

— Конечно, и в другом мы похожи. Как растоптать тех, кто лезет наверх, как убрать помехи, как держать в узде послушных псов. Говорят, я копия отца.

Ривер убедилась. Слухи о том, что Иль Дьяволо успешно воспитал преемника, не были преувеличением.

— …Значит, мой совет в Милане не был таким уж оригинальным.

Нужно было разрядить атмосферу, которая мгновенно стала ледяной. Ривер ответила легко, словно не почувствовав угрозы.

— Даже если бы я не сказала, вы бы и так отлично их выдрессировали.

— Но это было мило. Ты могла сказать прямо: «раздави их», но привела в пример картину.

Его пальцы задержались на шее Ривер, а затем легонько постучали по тонкой коже. Движения были легкими, как игра на пианино или шутка, но в них чувствовалась угроза.

— И… ты довольно смелая. Гораздо смелее тех, кто ползает у меня в ногах, дрожа за свою шкуру.

Слова звучали двусмысленно. Предупреждение? «Я могу свернуть тебе шею в любой момент, следи за языком»? Он забрал рамку из рук Ривер и положил её на стол лицом вниз. Словно тема закрыта.

— Кстати, я уже трижды говорил тебе не кусать губы. Всё еще не можешь оставить их в покое?

Большой палец Алессандро скользнул по подбородку и коснулся нижней губы. Проверял, остались ли следы зубов.

— Лучше, чем раньше. Говорю в четвертый раз: не кусай губы.

— Вам не нравится?

— Наоборот.

Рука мужчины соскользнула с шеи на плечо и притянула её к себе. Лица сблизились, кончики носов почти касались друг друга.

— Каждый раз, когда ты это делаешь, мне не хочется тебя отпускать.

На этот раз он точно поцелует. Ривер намеренно слегка прикусила нижнюю губу и отпустила. Лили Грей не отступила бы, а спровоцировала. Как и ожидалось, уголки его губ едва заметно дрогнули.

— Говорят, плохому учатся быстро.

— Решила, что заодно можно научиться и чему-то новому.

Она почувствовала, как напряглись его пальцы. От мысли, что он может сделать что-то большее, дыхание стало горячим.

— Слишком уж ты усердная ученица, Лили.

Неважно, если придется пожертвовать пешкой. Главное — взять короля. Ривер закрыла глаза. Стук в дверь раздался за мгновение до поцелуя.