Онлайн чтение книги Солнцестояние Solstice
1 - 34

— Хорошо.

Алессандро с готовностью принял предложение Ривер. Не колеблясь ни секунды. Так уверен в своей победе? Что ж, вполне в духе самоуверенного сотто-капо. Впрочем, учитывая, что эта вальяжная расслабленность была присуща ему с детства, удивляться тут нечему.

— Часы нужны?

— Это не турнир, да и обычно я ими не пользуюсь. Но если ты хочешь, возьмем.

— Тогда обойдемся без них. Думаю, это не займет много времени.

У Ривер тоже был козырь в рукаве. В детстве она ни разу не смогла его обыграть, но сейчас она была другой. Разве в средней и старшей школе не говорили, что она играет в шахматы на высоком уровне?

— Я белыми, вы черными. Так пойдет? Чтобы потом без претензий.

— Похоже, ты уверена в себе. Могу я ожидать интересной игры?

При расстановке фигур, которую сделал Алессандро, белые достались ей. Он не мог не знать, что белые имеют преимущество первого хода, так неужели считает меня противником, которому нужно поддаваться?

— Эти слова я верну вам.

Ривер выбрала пешку перед королем и двинула её на две клетки вперед.

— Решила пойти классическим путем? Свежий выбор для Лили Грей, которая всегда действует непредсказуемо.

Алессандро с легкой улыбкой взял черную фигуру. Стук фигуры о доску прозвучал как сигнал к началу битвы.

— Буду ждать с нетерпением.

***

Когда они, сохранив темп дебюта, благополучно завершили рокировку, у Ривер было преимущество. Снятые с доски фигуры обеих сторон уже образовали приличные горки рядом с доской. Ривер взялась за слона.

— Вы часто играете в шахматы с другими?

— Иногда. Обычно с Паоло. Марта и Сильвио в шахматах не разбираются.

— А когда не «обычно»?

Алессандро на мгновение замолчал, затем первым потянулся к фигуре. Он взял коня. Черный конь атаковал белого слона.

— Бывает, играю с крестным или другими капо.

Под крестным он, должно быть, имеет в виду консильери. Дамиано Джаннини, старый лис, у которого ни один из внедренных агентов не смог добыть информацию. С его-то острым умом и проницательностью он наверняка силен и в шахматах.

Значит ли это, что он часто бывает в этом особняке? Но за все это время Ривер ни разу с ним не сталкивалась.

Дамиано, наряду с Алессандро, был одним из тех, кто с наибольшей вероятностью знал о местонахождении Антонио. Если удастся встретить его в особняке, это будет отличный шанс прощупать обоих.

— И как они играют? Ваш крестный, наверное, хорош.

— Крестный играет хорошо. Даже у меня в последнее время с ним все чаще ничьи. А остальные — по-разному. Был один противник, который путал ладью со слоном.

— Если путает такие основы, значит, новичок. Не слишком ли это легко? Словно издевательство над человеком.

— Тогда я был младше, чем сейчас. Я учил его правилам с самых азов, так что это не было издевательством. Потом мы играли довольно часто, для новичка он справлялся неплохо.

Король оказался беззащитен, и Ривер закрылась от слона Алессандро конем, стоявшим поблизости. Черная ладья сместилась на одну клетку в сторону, и Ривер ответила продвижением пешки, нагнетая напряжение.

— Вот как. И как он сейчас поживает? Тот человек.

Почему это не давало ей покоя? Слова «когда я был младше», сорвавшиеся с его губ. Тревога и настороженность поднимались внутри, словно дым.

— Он умер. Очень давно.

При этих словах затаившийся разум забил тревогу. «Не лезь, не пытайся узнать больше». Но губы, словно живя своей жизнью, уже задали вопрос:

— Как это случилось?

Она хотела знать, что он скажет о её смерти.

Почувствует ли хоть каплю вины, сожаления?

Или... будет скорбеть?

— Его застрелили. В рождественскую ночь.

— Это... мне очень жаль.

Она изо всех сил старалась казаться спокойной, но следующие слова собеседника всё же потрясли её до основания.

— Да, жаль. Ведь убил его именно я...

...Ах.

— Я даже имени его уже не помню.

Теперь я уверена. От Соль Ха не осталось не то что шрама — даже пепла.

Почувствовалось, как что-то туго натянутое внутри с треском оборвалось. Это была или крупица привязанности, или извращенная надежда, или жалкая сентиментальность.

Следом мужчина сделал ход ферзем. Грубый, агрессивный стиль, совершенно непохожий на прежнюю осторожную игру, обрушился на неё, подавляя.

С этого момента Ривер начала беспомощно сдавать позиции. То ли в её поспешной игре проступила потеря самообладания, то ли он просто не упускал возможностей.

Стоило ей сделать ход — он наступал следом, еще ход — снова преследование. Партия стремительно перешла в эндшпиль. Когда ход вернулся к ней, Ривер вместо того, чтобы передвинуть фигуру, протянула руку для рукопожатия. Продолжать не было смысла.

Это было полное поражение.

— ...Я проиграла.

А ведь совсем недавно победа была почти у неё в кармане.

Во рту стало горько. Была ли эта горечь от поражения или от чего-то другого — знать не хотелось.

Алессандро, на что... на что я вообще надеялась?

Победитель с бесстрастным видом пожал протянутую руку.

— Неплохо. Твоя уверенность была небезосновательной.

— Не хочу слышать это от человека, который перевернул доску, как только ему представился шанс. Чего вы хотите? Какое желание?

Он некоторое время молчал. Казалось, он и вправду раздумывает, поэтому Ривер сидела смирно, ожидая ответа. Ей и самой нужно было время, чтобы успокоить внезапно опустевшее сердце.

Однако ответ, слетевший с плотно сжатых губ, оказался на удивление простым:

— Прямо сейчас — ничего.

— Совсем ничего? Вообще?

Сил не осталось. Впрочем, зачем этому мужчине право на желание? Даже без всяких громких поводов, если он захочет, я обязана отдать ему всё. Тело или что-то еще.

— Я мог бы загадать что угодно, лишь бы что-то сказать. Но мне кажется, ты бы не хотела, чтобы я потратил впустую шанс, который ты так хотела получить.

Что ж, такой ответ я могла принять. Но оставлять козырную карту в виде желания в руках противника было неприятно. Если бы он использовал его как легкую шутку, я была бы только рада, но вместо этого он задал острый встречный вопрос:

— Скажи честно. Похоже, это ты чего-то хотела. Ты ведь не любишь пари и азартные игры.

— Не люблю, но и не ненавижу.

— Знаю. Но ты сама предложила сыграть в шахматы на желание.

— Потому что игра с наградой куда интереснее, чем просто победа или поражение.

— И это всё?

— Вы мне не верите.

— Та Лили Грей, которую я знаю, действует весьма эффективно, поэтому мне кажется, что и в этот раз у тебя была какая-то цель.

Ривер демонстративно пожала плечами, притворяясь безразличной, но слова мужчины укололи её остро, словно шило. Откуда такая точность суждений?

«Он всё это время изучал меня».

Мурашки пробежали от затылка по плечам и спине. Она играла роль Лили Грей, но не думала, что чужая проницательность проникнет в неё так глубоко.

Всё это время не только Ривер наблюдала за Алессандро. У него была точно такая же возможность.

— Мне стало любопытно. Что же ты хотела настолько сильно, что даже предложила пари.

Ответ Ривер его явно не удовлетворил, и Алессандро не собирался отпускать эту тему.

— Думала, я так просто не соглашусь? Хотя я исполнял всё, что ты хотела сделать или просила. Ну, пусть этого было и немного.

Как отреагировать, чтобы не вызвать подозрений?

Когда она опомнилась, расстояние между ними уже сократилось. Его рука мягко обхватила её подбородок и потянула на себя. Поддаваясь этому движению, её верхняя часть тела наклонялась над столом всё ниже, пока она окончательно не потеряла равновесие.

— Так что говори. Сделка ведь не убыточная.

Руки, упершиеся в столешницу кофейного столика, мелко дрожали. Не от слабости, а от напряжения. Она сглотнула, и кадык дернулся.

В этот момент пламя в камине колыхнулось. Заметил ли он её напряжение? Оставалось надеяться, что окружающая темнота скрыла его насколько это возможно.

— Это секрет.

— Что?

Хватка на подбородке чуть ослабла. На этот раз она не упустит шанс.

— Если просто расскажу, будет неинтересно. У меня должно быть хоть что-то, что я скрываю, чтобы увидеть, как вы теряете терпение.

— ...

— Если так уж хотите знать, используйте желание, которое только что выиграли. Тогда расскажу.

Это было наполовину ставкой ва-банк. Провокационная сторона Лили работала хорошо, так что дерзость могла стать ключом к спасению. Было бы отлично, если бы он просто усмехнулся, мол, что за вздор, и отпустил...

Да, вот так, как сейчас.

Что-то теплое и грубое накрыло её губы. Язык увлажнил сухость и постучал по нижней губе, словно просясь внутрь. Прежде чем он успел приказать открыть рот, она слегка приоткрыла губы, и его язык естественно скользнул внутрь. Словно желая компенсировать тот поцелуй, что прервался в прошлый раз, начавшаяся мягко ласка быстро стала тягучей и глубокой.

Спустя некоторое время, после того как их языки сплетались снова и снова, мужчина, лишь наполовину отстранившись от её губ, прошептал:

— Лили, у меня есть много способов получить твой ответ и без всякого желания.