«Точно! Печенье!»

Как только Соль Ха выбежала на большую дорогу, она резко развернулась. Только сейчас она вспомнила, что оставила на кровати печенье, которое мама испекла специально для Сандро.

«Я и так не приготовила ему отдельного подарка, не могу же я прийти без печенья!»

Она не дарила ему подарков ни в прошлом году, ни в этом. Родители запрещали ей покидать пределы этого района, а раз некуда идти, то и карманные деньги ей были ни к чему.

Она прибавила шагу, бегом возвращаясь по грунтовой дороге. Она обещала быть к полудню, если поторопиться, то еще можно успеть. Едва распахнув знакомые серые ворота и войдя в дом, Соль Ха взбежала на второй этаж.

Так и есть. Коробка с печеньем, украшенная белоснежной лентой, лежала на кровати там, где она её оставила. Бережно прижав коробку к груди, она уже собиралась спуститься по лестнице, когда до неё донесся приглушенный голос мамы.

— Это всё ради Соль Ха. Ничего не поделаешь. Я знаю, что это опасно, но мы должны рискнуть. Еще четыре дня, и с этим будет покончено.

Услышав свое имя, Соль Ха невольно навострила уши. Похоже, мама с кем-то разговаривала по телефону в спальне.

— ФБР или что там еще — мне уже всё это надоело. Когда вернемся в Америку, я уволюсь. Пока мы здесь, я видела слишком много грязи.

Мама, видимо, не знала, что Соль Ха вернулась домой. Но почему-то, в отличие от того, как она говорила раньше, её голос звучал сердито. Что-то случилось за это время?

— О, прекрасно тебя понимаю. Ты-то только и делал, что чинил забор в саду да подрезал ветки. Знала бы я, во что ввязываюсь, ни за что бы не согласилась... Что там опять про директора? Плевать. Теперь даже если сам президент приедет, я не изменю своего решения, так что собирай вещи.

Соль Ха, слегка приоткрыв дверь спальни, широко раскрыла глаза. Обычно идеально чистый пол был завален вещами. Большой чемодан лежал раскрытым, доверху набитый одеждой.

И ноутбук.

Ноутбук на кровати был включен. Взгляд Соль Ха упал на экран, плотно заполненный текстом, и она начала читать про себя, запинаясь:

«Экстренное прекращение... немедленно... ФБР... время возвращения?»

Что это? Слишком много сложных слов, которые трудно понять и произнести. И ничего интересного.

Мама все еще не замечала Соль Ха, стоявшую позади.

— Хочешь стать хорошим мужем для Синтии, пора подарить Нейту братика или сестренку... Но ты же знаешь: пока мы в ФБР, всё это пустые мечты.

ФБР? Что это? Кажется, она видела это слово на экране ноутбука.

— В любом случае, подумай хорошенько, когда вернемся в Штаты. Поскольку мы уходим самовольно, нас, скорее всего, понизят, но, по крайней мере, мы будем жить в безопасности рядом с семьей. Ты же хотел открыть кемпинг? Вот и отлично. Лучше уж...

— Мама?

Как только Соль Ха подала голос, мама резко обернулась. Её лицо мгновенно побледнело. Она просто позвала её, неужели это так страшно? Мама тут же захлопнула телефон и спросила спокойным голосом:

— Разве ты не ушла к Сандро?

— Я забыла печенье.

Соль Ха показала коробку с печеньем.

— С кем ты разговаривала? С дядей Дэнни?

Дядя Дэнни работал садовником у Сандро. Он был давним другом мамы и папы, и, как она слышала, папа помог ему устроиться на работу, когда тот испытывал трудности после переезда в этот район.

Когда дядя Дэнни заходил к ним в гости, он всегда давал Соль Ха много сладостей или шоколада. Говорил, что она напоминает ему сына, который живет далеко. Почему-то мама всегда наказывала не спрашивать дядю Дэнни о сыне, когда тот приходит.

Мама кивнула, и Соль Ха тут же задала другой вопрос, который её интересовал:

— А что такое ФБР?

Брови мамы поползли вверх. Похоже, она не собиралась отвечать.

— Это тоже только для взрослых?

Иногда родители не выпускали Соль Ха из комнаты, говоря, что им нужно поговорить о взрослых делах. Особенно в дни, когда приходил дядя Дэнни. Что за секреты у взрослых?

Пока она думала, не спросить ли об этом у Сандро, мама легонько поцеловала её в лоб и сказала:

— Ничего особенного. Это про компанию, где мы с папой работаем. Скучно, правда?

— У-у, не люблю про работу.

Соль Ха тут же потеряла интерес, и мама поспешно добавила:

— Соль Ха, беги скорее, а то опоздаешь. Алессандро, наверное, ждет.

— Ну да... А куда мы поедем? Может, в путешествие?

При слове «путешествие» она уже начала радоваться. Для Соль Ха, которая никогда не покидала этот район, Сеул, где родилась мама, и Сиэтл, где родился папа, казались невероятно далекими.

Но ответ оказался еще более неожиданным.

— ...Не в путешествие. Мы возвращаемся в Америку.

В Америку. Она уже почти не помнила это место.

Она помнила, как много раз плакала, когда они только приехали в Италию, и просилась обратно. Как ей было грустно от того, что здесь нет друзей-сверстников, и она не может ходить в садик или школу.

— Теперь ты сможешь ходить в школу и завести новых друзей. Помнишь, я рассказывала, что у дяди Дэнни есть сын? Он хочет познакомить тебя с ним. Говорят, он твой ровесник.

— ...

— И ты ведь хотела завести питомца? Когда вернемся, сможем взять щенка или котенка...

Но слова мамы ничуть не утешали Соль Ха.

Учиться она могла и с мамой и папой, так что школа была не нужна, а с тех пор, как она подружилась с Сандро, каждый день был полон радости. Конечно, сидеть дома было скучновато, но уезжать туда, где нет Сандро, она не хотела.

— ...Но если мы уедем, я больше не увижу Сандро.

Мама, расписывавшая прелести Нью-Йорка, осеклась. Соль Ха теребила ленту на коробке с печеньем и спросила:

— Когда мы уезжаем? Завтра? Послезавтра? Только не говорите, что сегодня вечером.

— Соль Ха.

— Мне нужно время, чтобы попрощаться. Если я уеду, ничего не сказав, Сандро точно...

Слезы готовы были брызнуть из глаз, губы задрожали, и мама поспешно обняла её. Поглаживая по спине и утешая, мама ласково прошептала:

— Конечно, ты попрощаешься. Мы не уезжаем прямо сегодня, так что не плачь.

— ...Правда?

— Конечно, правда. И потом, сейчас ведь можно общаться по электронной почте или телефону.

Мама вытянула рукав свитшота и вытерла мокрые глаза Соль Ха.

— Когда переедем в новый дом, пригласим Алессандро в гости. Пусть не часто, но иногда вы сможете видеться. Америка и Италия далеко друг от друга, так что пусть приезжает с ночевкой на несколько дней. Хорошо?

Соль Ха обдумала эти слова. Если они смогут общаться и иногда видеться, значит, это не расставание навсегда. Она не знала точно, насколько далеко Америка от Италии, но, наверное, за час-два доехать можно.

Алессандро говорил, что тоже никогда не путешествовал. Если Соль Ха пригласит его, это станет его первым путешествием, и он наверняка с радостью примчится. Эта мысль немного успокоила её.

— Тогда ладно.

Но едва расслабившееся лицо мамы снова напряглось от следующего вопроса Соль Ха.

— Можно я скажу ему сегодня заранее? Что мы скоро переезжаем.

— Нет, нельзя!

Голос мамы повысился, пусть и совсем немного. Испуганная Соль Ха заморгала, не смея спросить почему. Она видела маму такой только тогда, когда сама капризничала сверх меры.

— ...Сегодня ведь его день рождения. Если он услышит такую новость в свой праздник, Алессандро расстроится, не так ли?

В этом был смысл. Если бы Сандро сказал ей такое в её день рождения, она бы, наверное, разрыдалась прямо на месте.

— Давай не сегодня, а в другой раз. Хорошо?

— По моему мнению, сегодня лучше сохранить это в секрете. Ты же говорила, что после Рождества вы идете кататься на коньках с Сандро? Как насчет того, чтобы сказать тогда?

До катания на коньках оставалось целых пять дней. Это не особый день, так что тогда можно будет сказать.

— Не сегодня, давай поговорим в следующий раз. Поняла?

Когда Соль Ха кивнула, мама поплотнее запахнула ей пальто. Её рука, гладившая аккуратно причесанные волосы дочери, была такой же нежной, как и всегда.

— Соль Ха, беги скорее. А то опоздаешь.

***

Праздничный торт был очень вкусным. Сказали, что его испек повар, работающий в доме. Непонятно почему, но, как и в прошлом году, родители Сандро не пришли на праздник. Лишь тот дядя, который иногда здоровался с Соль Ха, взорвал одну маленькую хлопушку — вот и всё празднование.

В доме столько людей, а поздравить с днем рождения некому. Обычно все только и твердят «молодой господин, молодой господин», а в такой день даже носа не кажуть — разве это не слишком?

— Сандро, а тот дядя в этом году не придет?

— Какой?

— Ну, тот, который приходил с подарком на твой прошлый день рождения. Высокий такой, в очках.

— А, ты про крестного?

Имя она забыла, но он ей понравился. Он был первым взрослым, который поздоровался с Соль Ха за руку. Папа Сандро был страшноватым, а вот дядя с хлопушкой и дядя в очках казались хорошими.

— У него дела, в этот раз не сможет приехать.

— Понятно...

Сам Сандро, казалось, не переживал, но приунывшая Соль Ха лишь тыкала вилкой в маленькую фигурку, украшавшую торт.

А может, Сандро в глубине души тоже грустит. Кому понравится проводить день рождения без мамы и папы, да еще второй раз подряд?

Жаль, что она не смогла подарить что-то получше печенья. Может, тогда Сандро был бы счастливее?

Что бы такое понравилось имениннику? Соль Ха напрягла извилины. Ноче ушел на стрижку, так что погулять с ним не получится, в шахматы они и так часто играют, тогда...

А!

— Слушай, Сандро.

А что, если сделать то, чего они никогда не делали?

— Давай сходим посмотреть на море? Только мы вдвоем.

— Море?

— Ага, море. Нам ведь обычно не разрешают туда ходить.

Дом Сандро стоял почти на краю утеса, а внизу было море. Говорили, что если открыть заднюю калитку в саду и спуститься по склону, можно выйти на песчаный пляж, доступный только семье Раньери.

Но взрослые не разрешали туда ходить. Говорили, что там сильное течение и это опасно.

— Даже в день рождения вряд ли разрешат.

— Зачем спрашивать разрешение? Конечно, мы пойдем тайком от взрослых!

— Но если отец узнает...

— Просто сходим так, чтобы не поймали. Это будет наш секрет. Ну как?

И Соль Ха не забыла добавить шепотом то, что наверняка должно было заинтересовать Алессандро:

— Похоже на приключение из книги. Будет весело, правда?

И, как и ожидалось, на этот раз мальчик снова первым шагнул навстречу.