Контент удален!

Когда ещё совсем маленькая девочка, подгоняемая родителями, смутно представляла себе будущего мужа, ей становилось страшно. А вдруг он глупый и заносчивый, как мальчишки-ровесники, которые важничают, раз они сынки богачей? А если он толстый и некрасивый?

Концерну «Эйч-Эс» была нужна мощная поддержка «Помдо», и чувства ребёнка с самого начала ничего не значили. Этот брак просто должен был состояться.

Се Ра согласилась в надежде, что если У Тхэ с ранних лет будет общаться с девочкой, выросшей в похожих условиях, то в будущем он сможет создать спокойную семью.

День первой встречи, когда председатель Хан с женой приехали в особняк председателя Пома.

Все страхи оказались напрасны: будущий муж, Пом У Тхэ, стоявший в прихожей, был безупречен. Ослепительно красивое лицо, высокий рост, взгляд, с мягкой улыбкой обращённый к ней. Чхэ Ён показалось, что она увидела сказочного принца на белом коне.

— Добро пожаловать, председатель Хан.

Се Ра с сияющей улыбкой встретила гостей, а Чхэ Ён невольно крепко вцепилась в отцовскую штанину и юркнула ему за спину. От одного того, что она встретилась взглядом с У Тхэ, лицо её запылало так, что, казалось, вот-вот лопнет.

— Ха-ха. Простите. Она у нас пока очень застенчивая.

Председатель Хан смущённо засмеялся и силой вытащил Чхэ Ён вперёд.

— Чхэ Ён, ну что ты. Поздоровайся же.

— Здравствуйте…

Чхэ Ён кое-как выдавила приветствие, и Се Ра ласково погладила её по голове.

— Привет! Рада с тобой познакомиться, Чхэ Ён.

У Тхэ, наблюдавший за ними, медленно подошёл к Чхэ Ён и опустился на одно колено, чтобы оказаться с ней вровень.

— Привет, Чхэ Ён.

Невероятно ласковый, мягкий голос защекотал ей слух. У Тхэ мягко сощурил глаза в улыбке и протянул маленькую руку.

— Давай с тобой дружить.

— …

Спокойных сияющих глаз, в которых отражалась она, оказалось достаточно, чтобы разом поглотить весь мир маленькой Чхэ Ён. Когда их руки соприкоснулись, сердце заколотилось так, что, казалось, вот-вот разорвётся. Оно стучало так громко, будто билось у самого уха. Она ни на миг не могла оторвать глаз от этого прекрасного лица, от его сияющей улыбки.

У Тхэ повёл Чхэ Ён показывать особняк. Но взгляд Чхэ Ён был прикован лишь к лицу У Тхэ, который вёл её за руку. Чхэ Ён шла, как заворожённая глядя на него снизу вверх, — и в конце концов не заметила невысокий порожек в саду, споткнулась и упала.

— Ай!..

Она содрала коленку и захныкала, а У Тхэ достал из кармана носовой платок, осторожно стёр пыль и туго перевязал ей колено, чтобы больше не шла кровь.

— Ты как? Наверное, очень больно. Только бы шрама не осталось.

— У-у…

— Не плачь. Всё хорошо, Чхэ Ён.

От того, как заботливо У Тхэ вытирал ей слёзы своими тёплыми руками, Чхэ Ён смутилась и заплакала ещё громче.

— А-а-а, оппа…

— Ну-ну, всё хорошо. Пойдём в дом.

Се Ра, издали с умилением наблюдавшая за детьми, с облегчением решила, что они, кажется, поладят.

— Дорогой, как же хорошо. Похоже, дети подружатся, правда?

И Чже тоже довольно кивнул. Председатель Хан с женой, успокоившись, неторопливо подняли чашки. Пока тёплую гостиную наполнял дружный смех взрослых, мир маленькой Чхэ Ён уже переворачивался с ног на голову.

Говорят, любовь — как авария, что налетает без предупреждения. Поначалу её взгляд беспомощно приковала ослепительная внешность, но ласковость, с которой он опустился на колено вровень с ней, взрослое, тёплое участие, с которым он перевязал ей рану и вытер слёзы, разом покорили сердце маленькой девочки.

Смутный страх перерос в восхищение, незнакомая настороженность — в мучительную лихорадку. Это была первая любовь в её жизни. Чхэ Ён крепко сжимала край рубашки У Тхэ, и щёки её пылали.

И она даже во сне не могла представить, что эта встреча станет мучительной болью, которая со временем выест её душу до самого дна.

* * *

С тех пор как У Тхэ увидел в приюте Хэ Су, незаметно прошло три года.

В дни, когда Чхэ Ён приезжала в особняк, У Тхэ открывал ящик стола и доставал фотографии Хэ Су.

Он думал, что достаточно в меру с ней поиграть — и всё, но, пока не решилась его учёба в Америке, они виделись по расписанию всё чаще.

У Тхэ подыгрывал этой скучной игре в дочки-матери и прилежно исполнял свою роль. Он нутром чуял тревогу, которую испытывали из-за него родители, и, чтобы подрезать на корню росток их подозрений и успокоить их, такую игру следовало вести как ни в чём не бывало. Хан Чхэ Ён была удобным инструментом, чтобы отвести им глаза.

— Ха.

Но когда спектакль заканчивался и он оставался один, скрыть поднимавшееся раздражение он не мог.

Хан Чхэ Ён, которая заливалась краской от одного его прикосновения и разражалась слезами от малейшей царапины, была скучной, предсказуемой и ужасно надоедливой.

В дни, когда приходилось иметь дело с человеком, все ходы которого читались насквозь, ему сама собой вспоминалась та сирота, что поливала его площадной бранью. Стоило ему вспомнить тот завораживающий миг, когда она, как её ни топчи, так и не заплакала, — и на губах невольно появлялась лёгкая улыбка.

Чи Хэ Су заметно подросла, но яд в чёрных глазах, бивший из-под мрачного выражения лица, был всё тот же.

Давно уже пора было потерять интерес и выбросить её в мусорку — почему же эта невзрачная игрушка с каждым днём всё сильнее притягивает взгляд? Что с ней делать теперь, когда я уеду в Америку? Се Ра всё равно будет исправно ей помогать из чувства вины за то, что помешала удочерению. Тогда что — выбросить её, или понаблюдать ещё?

У Тхэ постукивал пальцем по столу, и взгляд его холодно потяжелел.

Тук-тук.

Се Ра осторожно постучала и вошла в комнату.

— У Тхэ, ты ведь помнишь, что сегодня приезжает Чхэ Ён?

— Да, мама.

— Вы так хорошо ладите, приятно смотреть.

У Тхэ тихо прильнул к Се Ра и медленно повёл глазами. Казалось, ответ сам свалился ему в руки с неожиданной стороны, и уголки его губ чуть приподнялись.

Через несколько часов Чхэ Ён поднялась в комнату У Тхэ.

Это была последняя встреча с Чхэ Ён перед его отъездом на учёбу в Америку. В комнату лилось ленивое послеполуденное солнце, но лицо Чхэ Ён, сидевшей напротив, было полно сожаления. Она лишь теребила край остывающей чашки, а потом осторожно заговорила:

— Оппа, когда ты уедешь в Америку, мы ведь будем редко видеться?

— На каникулах буду приезжать.

— Оппа… знаешь, ты мне нравишься. Когда я вырасту, я обязательно выйду за тебя…

— Спасибо, Чхэ Ён.

За ласково сощуренными глазами мысли У Тхэ быстро завертелись. Как бы поинтереснее использовать эту глупую, наивную игрушку?

— Чхэ Ён. Мне кажется, в Америке я буду часто о тебе думать.

— Оппа…

Глаза Чхэ Ён увлажнились, и У Тхэ ласково взял её за обе руки и бесконечно мягким голосом начал расставлять ловушку.

— Только, Чхэ Ён, меня кое-что очень тревожит.

— Да? Что?

— Вообще-то я тайно помогаю одной девочке из приюта. Когда я уеду в Америку, я больше не смогу о ней заботиться. Вот беда.

От его слов Чхэ Ён округлила глаза. Для дочери богатого семейства, всю жизнь росшей как оранжерейный цветок, всё это было очень далеко.

— Приют?..

— Да. Место, где живут дети, которые потеряли родителей и им очень тяжело. Фонд, конечно, будет помогать им по обязанности, но рядом с этой девочкой нет никого, кто бы по-настоящему, по-родному утешал её.

— Ах…

— Мы ведь должны жить, помогая тем, кому трудно, правда? Чхэ Ён, у нас ведь с тобой общее будущее, да?

Можно было поручить слежку кому-нибудь из сотрудников, но девочке чуть постарше, почти ровеснице, Чи Хэ Су легко откроется и поверит Хан Чхэ Ён — лучшей карты не придумать. К тому же нужно было показывать окружающим, что он поддерживает связь с Чхэ Ён, так что надо было заставить её действовать самой.

Щёки Чхэ Ён вспыхнули так, что, казалось, вот-вот лопнут. Охваченная восторгом оттого, что У Тхэ признал её своей будущей невестой, Чхэ Ён энергично закивала.

— Да, оппа, я… я это сделаю! Я буду заботиться об этой девочке вместо тебя.

— Чхэ Ён, у меня правда есть только ты. А, и ещё…

— Да, оппа.

— Ни в коем случае не рассказывай ей обо мне. Она пока не знает, кто ей помогает. Пусть думает, что это ты сама ей помогаешь, пусть верит, что наша Чхэ Ён — по-настоящему хорошая онни. Тогда потом у неё появятся хорошие старшие брат и сестра, и она будет счастлива, правда?

— Если ты так о ней заботишься, значит, и я должна ею дорожить!

— Тогда ты будешь писать мне письма каждый раз, когда съездишь в приют?

— А? Письма?

От странной просьбы Чхэ Ён заморгала и переспросила:

— Можно же просто по телефону?..

У Тхэ, будто огорчившись, опустил глаза и чуть крепче сжал её руки.

— Звонить я, конечно, тоже буду. Но мне хочется подольше хранить то, что ты сама напишешь своим почерком, наблюдая за ней. Хочу оставить на память, как мы вместе кому-то помогали.

— Ах…

У Тхэ ласково посмотрел Чхэ Ён в глаза и вбил последний гвоздь:

— Обещаешь? Я тебе верю.

Он сцепил с ней мизинцы и широко улыбнулся. От этой улыбки Чхэ Ён больше незачем было раздумывать.

— Да, оппа.

Человек, которого она любит, обещал ей общее будущее и доверял ей. Узнай родители, что у неё с У Тхэ настолько близкие отношения, они наверняка обрадуются и похвалят её. Опьянённая острым счастьем, захлестнувшим её с головой, Чхэ Ён совсем потеряла рассудок и крепко сжала обе руки У Тхэ.

— Обещаю! Чтобы ты во мне не разочаровался, я буду хорошо заботиться о ней и исправно писать тебе письма!

Не зная, что держит в руках яд, Чхэ Ён без тени сомнения выпила его залпом.