Онлайн чтение книги
В собачьей будке
In the Doghouse
Глава 38
Сам инцидент был не таким уж серьезным. Он легко разрешился, да и она переживала вещи гораздо хуже. И нельзя сказать, что помощь наследного принца растрогала ее до слез.
Она просто чувствовала стыд и собственное несчастье. Раньше, когда она боролась в одиночку, было легче. Теперь же из-за глупостей ее семьи ей пришлось полагаться на его помощь еще до свадьбы. Казалось, будто все ее самые постыдные секреты выставили на всеобщее обозрение.
— Ик… ик…
Кортни сдавленно всхлипнула, тщетно пытаясь сдержать слезы.
— Кортни.
Ричард, наконец осознав происходящее, тут же пересел к ней. Он вытащил из кармана платок, который Кортни выхватила и принялась яростно вытирать лицо. Но слезы мгновенно хлынули снова, сводя все усилия на нет.
— Прости, ик… минутку… шмыг… Я сейчас успокоюсь, ик!
Кортни отчаянно пыталась взять себя в руки, но эмоции захлестнули ее с головой, не позволяя остановиться. Она даже не помнила, когда в последний раз так рыдала. Она вообще редко плакала, поскольку до смерти устала от Элизы, которая разражалась слезами по дюжине раз в день. Использовать слезы как оружие казалось ей чем-то отвратительным.
Она уж точно пришла сюда не для того, чтобы притворяться несчастной жертвой и давить на жалость. К тому же Ричарду нравился именно ее сильный характер. Но даже понимание этого не могло остановить проклятые слезы.
Ричард осторожно забрал из ее рук смятый платок.
— Кортни, если ты будешь так тереть лицо, то поранишься.
Он аккуратно сложил влажный платок и слегка промокнул ее заплаканные щеки. Кортни посмотрела на него сквозь пелену слез.
— Прости, шмыг… Я не хотела, чтобы так вышло…
— Кортни, за что ты извиняешься?
— За всё. За отца, за беспорядок, который устроил Фредерик… и за эти слёзы, ик… я правда не хотела…
Пока она говорила, слезы продолжали течь ручьем. Она попыталась отвернуться, но Ричард нежно придержал ее за подбородок.
— Почему плакать — это плохо?
Ричард осторожно обнял её, и её голова естественным образом прижалась к его груди. Она отчетливо слышала ровный стук его сердца.
Он не произнес ни одного дежурного слова утешения. Кортни прикусила губу, пытаясь сдержать рыдания, но дрожащие плечи выдавали ее с головой. Ричард медленно погладил ее по спине, словно успокаивая ребенка. Его прикосновение было нежным и лишенным всякого намека на пошлость. Это был жест искренней поддержки — то, чего она никогда раньше ни от кого не получала.
Постепенно ее плач утих. Когда она полностью успокоилась, Ричард наконец заговорил:
— Возможно, это прозвучит странно, но я даже немного рад.
— Чему ты рад?..
— Тому, что ты плачешь передо мной.
— Это… ещё одно из твоих извращенных предпочтений?
Когда Кортни спросила об этом, Ричард тихонько усмехнулся. Его грудь слегка приподнялась от смеха, заставив её плотнее прижаться к нему щекой.
В её представлении он, вероятно, оставался безумцем, чья голова была забита одной лишь похотью. Ричард этого не отрицал, но в своих чувствах к Кортни он был предельно искренен. Он жаждал любых её эмоций — будь то гнев, слёзы или жадность. И, конечно, он был бы особенно счастлив, если бы она сделала его мишенью для своего разочарования.
— Тебе никогда не нужно извиняться предо мной, Кортни. Ты можешь использовать меня в любое время и для чего угодно.
— Слово «использовать» звучит как-то…
— Я просто говорю правду. Если ты будешь так поступать, я буду только счастлив.
Кортни никак не могла до конца понять его, как бы хорошо ни узнавала. Но одно становилось очевидно — рядом с ним ей не нужно было прятать свои настоящие чувства.
Ей не нужно было притворяться сильной, а проявление уязвимости больше не казалось ошибкой. Он в любом случае нашел бы во всем этом свое странное удовольствие.
И по какой-то причине это невероятно её успокаивало. Если отбросить в сторону его титул наследного принца, мысль о браке с человеком, который так безоговорочно ей предан, уже не пугала. Его широкая грудь внушала надежность и доверие.
Внезапно почувствовав смущение, Кортни тихо пробормотала:
— Спасибо, Ричард. Правда…
Ричард, до этого сидевший скованно, притянул ее еще ближе. Казалось, от его тела исходило еще больше тепла. Кортни неловко заерзала, но Ричард крепко обнял ее, а его голос прозвучал так же горячо, как и его тело:
— У меня сердце сейчас вот-вот разорвётся, но я приму свою награду через три дня.
Он коротко поцеловал её в ухо и нехотя отстранился. Лицо Кортни вспыхнуло, переняв жар его тела. Она заговорила с наигранным раздражением, хотя на самом деле была не против:
— Ты… сейчас возбужден?
— А как ты думаешь?
— Убирайся отсюда. Немедленно.
— Еще немного, пожалуйста.
Ричард не отпускал ее, и Кортни, ворча для вида, позволила себе еще побыть в его объятиях. Пока она сидела неподвижно, звук его сердцебиения становился все громче, ритмично стуча в ее ухе. А может, это было биение ее собственного сердца.
Внезапно всё стало очень реальным. Через три дня они поженятся. И сегодня она поняла нечто важное. Она выходит замуж за Ричарда не из-за безвыходности, долгов или проблемных родственников. И именно благодаря этому она смогла простить свою никчемную семью в последний раз.
Кортни подумала про себя:
«Хорошо, что Ричард — безнадежный извращенец. Вот почему он выбрал именно меня».
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления
закрыть