Контент удален!

Глава 50

Этот мужчина, несмотря на то, что являлся наследным принцем, добровольно выбрал покорность и смирение. Ричард всегда был исключительно внимателен к ней, и Кортни искренне это ценила. Однако в данную секунду её чувства были совсем иными. В ней вспыхнули гордость и легкое высокомерие, порожденные пьянящим осознанием того, что вся ситуация находится под её полным контролем.
Она мягко оттолкнула его ладонь, словно небрежно стряхивая с себя прикосновение.
— Довольно.
Ричард тут же выпрямился. На его лице по-прежнему читалось беспокойство за неё, но эрекция оставалась безупречной. Кортни это больше не удивляло. Покрутив в пальцах стек, она сухо произнесла:
— Начнем с десяти ударов.
— Да.
Она определила меру наказания и уже наметила цель, но оставалась небольшая заминка: какую позу ему приказать принять? Её разум, работавший сегодня на пределе возможностей, снова отозвался глухой пульсацией. «Ладно, пусть устраивается сам», — решила девушка.
— Встань сюда. И ложись.
Ричард на мгновение замешкался, прежде чем неловко подняться с колен. Его кожа всё ещё была испачкана следами недавнего оргазма. В обычных обстоятельствах ему было бы всё равно, но сейчас, забираясь на постель, где сидела Кортни, он испытывал почти стыд за свою неопрятность. Не подозревая о его внутренних терзаниях, Кортни поторопила его:
— Живее.
Скрепя сердце, Ричард пошел на компромисс: он взобрался на кровать и встал на четвереньки, стараясь держать тело на весу, чтобы не испачкать чистые простыни.
Пока он напрасно изводил себя мыслями о гигиене, Кортни была сосредоточена совсем на другом — на его мускулистых, невероятно упругих ягодицах и на покачивающемся, набухшем члене, тяжело свисающем между бедер. «Я хочу прикоснуться к нему», — промелькнуло у неё в голове. И в её нынешнем состоянии не было ни единой причины сдерживать свои порывы.
Она немедленно воплотила мысль в действие.
— Мнх… — как только её пальцы коснулись его кожи, Ричард издал глухой стон.
Крупная прозрачная капля смазки сорвалась с его распухшего кончика прямо на простыню. «Похоже, ему нравится абсолютно всё», — с удовлетворением подумала Кортни, неторопливо и властно оглаживая его ягодицы. Воодушевленная, она скользнула ладонью ниже, сжимая горячую, влажную плоть. Как и тогда, когда она касалась его стопой, член был твердым как камень. «Неужели у всех мужчин они такие огромные?» — растерянно подумала она. Стоило её пальцам слегка сжаться, как бедра Ричарда начали непроизвольно подаваться вперед и назад, ловя ласку.
— Хааах…!
— Стой смирно.
Кортни легонько шлепнула его свободной рукой, требуя покорности, но эта мнимая строгость лишь усугубила ситуацию. Из его пульсирующей плоти выделилось еще больше влаги.
— Ричард, ты опять протекаешь.
— Хаа… Прошу прощения… за то, что я так ужасно себя веду…
Слова, которые прежде вызвали бы у Кортни лишь брезгливое отторжение, теперь обрели для неё особый смысл. Она наконец поняла, почему он говорит в такой самоуничижительной манере — это каким-то образом невероятно заводило её саму. Девушка резко отдернула руку от его сочащегося члена и перехватила стек удобнее.
— Я начинаю.
— Да. Спасибо.
Ричард послушно замер. Кортни нервно сглотнула. «Начну осторожно, а там сориентируюсь по его реакции», — наметила она план действий. Прицелившись, она нанесла первый удар.
Шлеп!
Звук вышел куда более увесистым и плотным, чем она ожидала, — очевидно, сказывалось его атлетическое сложение. Кортни невольно вздрогнула от неожиданности, но Ричард даже не шелохнулся. Спустя секунду на его коже медленно проступил четкий багровый след, в точности как на её собственном бедре. Ладони Кортни мгновенно вспотели от волнения. Ей казалось, будто эту боль испытывает она сама.
«Нужно поскорее с этим покончить», — решила она. И один за другим, без перерыва, нанесла четыре быстрых удара: шлеп, шлеп, шлеп, шлеп! Гибкий хлыст раз за разом опускался на упругую плоть.
— Ууух… — после четвертого раза Ричард наконец тихо, сдавленно застонал.
Кожа сильно покраснела. Кортни сама поразилась тому, насколько яркими вышли отметины. Она вовсе не планировала бить только в одно место, но, будучи правшой, неосознанно сосредоточила все удары на правой стороне. Немного смутившись, она тихо спросила:
— Ричард, ты в порядке?
— Да… — его голос заметно дрожал.
Все еще колеблясь, Кортни осторожно коснулась ладонью горящей кожи. Под ее пальцами буквально полыхал жар. Когда она медленно провела подушечками пальцев по багровым полосам, Ричард снова рвано вздохнул:
— Ннгх, Кортни…
— Больно?
— Нет, дело не в этом…
Он так и не закончил фразу, но Кортни, убрав руку, заметила, что его член по-прежнему упрямо нацелен вверх, а с кончика безостановочно капает прозрачный сок. Вся её тревога оказалась напрасной. С ним всё было более чем в порядке.
Тогда Ричард умоляюще прошептал:
— А можно… теперь с другой стороны? Пожалуйста…
— Ты уверен, что тебя сейчас наказывают, а не балуют?
Ричард напрягся, прекрасно понимая, что его поймали на горячем. Потеряв прежнюю уверенность, он запинаясь выдавил:
— Мне больно… Но то, что наказываешь именно ты… меня невероятно возбуждает…
Не дав ему договорить, Кортни вновь взмахнула стеком, на этот раз нанося сильный, расчетливый удар. Шлеп! Хлыст опустился на левую ягодицу, придясь точно по натянутой мышце. Спина Ричарда выгнулась дугой, когда волна боли отозвалась во всем теле. Не давая ему опомниться, Кортни обрушила на него оставшиеся четыре удара, аккуратно распределяя их для симметрии.
Ричард шумно ахнул, его дыхание стало прерывистым и рваным. Кортни отбросила стек в сторону и крепко, властно сжала ладонью его раскаленный, пульсирующий член.
— Ааах — Хннх!
— Потерпи, — прошептала она ему на ухо, слегка сжимая пальцы. — И неважно, больно тебе сейчас или приятно.