— Жалкие насекомые…

Отвращение к людям снова подняло голову. Как с ними поступить? Что нужно сделать, чтобы они наконец одумались? Пройдет не триста, а тысяча лет, но они так ничего и не поймут.

В тот момент, когда он, стиснув зубы, погрузился в мрачные мысли, он внезапно почувствовал слабое движение в своих объятиях.

— Хви… Хви До…

Пересохший голос ударил по его барабанным перепонкам. В это мгновение гнев, подкативший к самому горлу, начал медленно утихать. Боль и страх снова потерять её развеялись, словно мираж.

Ах, слава богу. Какое счастье.

— Я здесь. Ён А. Я прямо здесь, рядом с тобой.

Это было обещание.

Обещание, что он больше никогда её не потеряет. Пусть в первый раз он по незнанию позволил этому случиться, но второго раза не будет.

А значит, сейчас ему нужно найти людей, которые швырнули её сюда. И узнать их мотивы.

Хви До молча смотрел на Ён А в своих объятиях, а затем расстегнул пуговицы своей рубашки. Чтобы укрыть её, одетую лишь в тонкую футболку, от ледяного утреннего воздуха.

Ён А подняла голову и посмотрела на него непонимающим взглядом. Хви До легко поднял её на руки и отнес подальше от Священного дерева, опустив на землю у относительно пологого входа.

— Побудь здесь немного. Я со всем разберусь.

— Что… о чем вы…

Хви До нежно откинул её перепачканные землей волосы. И поцеловал в круглый лоб.

— Сначала я уничтожу это дерево.

Он опустил Ён А на землю и уже собирался повернуться, как вдруг замер, почувствовав слабую хватку на своей руке.

— Хви До-сси, я… я в порядке. Поэтому. Давайте просто… скорее… уйдем отсюда…

— Просто уйдем? Они вломились в чужой дом, похитили тебя и бросили здесь. Они собирались принести тебя в жертву этому блядскому дереву. И ты предлагаешь просто уйти?

Пэк Ён А, молча глядя на него снизу вверх, лишь кивнула. Она такая красивая, но почему? В её глазах, излучавших странный свет, читалось нечто чужеродное.

— Я в по… порядке. Поэтому…

— Пун-а.

— На, Наури.

— Ты помнишь, как я подарил тебе шпильку?

Он заметил, как она вздрогнула от этих слов и её лицо окаменело. Не упуская этот момент, Хви До потребовал ответа.

— Отвечай.

— Да, да… конечно. Вы дарили. Я помню.

— Да, тебе, должно быть, было очень интересно. Как я, будучи в Цин, смог оказаться рядом с тобой в тот день.

— ……

В светло-карих глазах читалось непонимание. Хви До достал шпильку, которую захватил с собой при выходе из дома, и вложил ей в ладонь.

— Скажи. Так же, как ты звала меня тогда.

— Т-тогда…

— Триста лет назад. В тот день, когда ты погибла от рук Сим Хи Рён. Слова, которыми ты отчаянно звала меня.

— На… Наури, по… помогите… На… кхк!

В одно мгновение лицо Хви До исказилось. Его рука сама собой метнулась вперед и мертвой хваткой вцепилась в её тонкую шею.

— Кх-х!

Это не Ён А.

Шпилька, созданная реагировать только на Пун, не подала ни малейшего знака.

В то время он специально нашел ремесленника, работавшего с вещами Небесного Бога, чтобы сделать эту шпильку. Он с трудом уговорил того, кто обычно не создавал божественные артефакты направо и налево, сделать её для него.

Он влил в неё свои силы и попросил сделать так, чтобы она реагировала только на Пун, и мастер, как и подобает любимцу Небесного Бога, сделал так, что она узнавала и реинкарнацию своей хозяйки.

Какой же всё-таки великий мастер. У него даже промелькнула мысль, что когда-нибудь, если он решит навестить Небесного Бога, нужно будет захватить для него целую охапку человеческого макколи, которое тот так любит.

Хви До медленно ослабил хватку на шее Ён А. Но не отпустил полностью. Тогда Хи Рён, находясь в теле Ён А, просто посмотрела на него снизу вверх.

Блядь…

Он ведь обещал защитить её. Обещал, что защитит во что бы то ни стало. И вот к чему привело невыполнение этого обещания.

Он даже не успел разгадать смысл слова «Хоинмёльсу», о котором она ему рассказала.

Что касается «Хоин», то ради Пэк Ён А он готов был сделать это хоть сотню раз, но проблема заключалась в «мёльсу».

Что же тогда делать с этим проклятым злым духом?

Пока он был погружен в свои мрачные мысли, лицо Ён А вдруг приблизилось. На нём заиграла красивая улыбка. Словно считая всё это лишь досадным недоразумением, она протянула руку и погладила его по щеке.

Хлоп.

Хви До перехватил маленькую руку, ласкающую его щеку, и крепко сжал её.

— Кхк!

Ему было противно даже просто прикасаться к ней, каково же было Ён А, в чье тело вселился этот злой дух? Сейчас его мысли были заняты лишь тем, как изгнать эту тварь.

— Хви, Хви До-сси. Почему… почему вы так…

— Хватит…! А ну закрой свой рот! Сим Хи Рён.

В этот момент лицо Ён А едва заметно напряглось. С опозданием на полсекунды её веки задрожали, а взгляд беспокойно забегал. Однако, мгновенно взяв себя в руки, она шевельнула губами:

— Что… что вы такое говорите, Хви До-сси? Я — Пун. Я помню и то, что вы подарили мне шпильку, и то, что обещали забрать меня, когда вернетесь из Цин. И вдруг… Сим Хи Рён…

— Да, я собирался жениться на тебе, когда вернусь из Цин. На той самой Пун, которая, несмотря на то что с ней обращались как с преступницей, заботилась о Сим Хи Рён! Если бы ты, Сим Хи Рён, не вмешалась, всё бы так и было! И ты бы не погибла от моего меча!

Хви До хотел швырнуть на землю маленькую руку, зажатую в его ладони, но, стиснув зубы, сдержался. Пусть её разум и подчинен Сим Хи Рён, но тело-то принадлежит Ён А.

— Ты издевалась над Пун триста лет назад, и теперь притащилась сюда — чего ты добиваешься?! А ну выметайся немедленно!

Чувство беспомощности закипало под ногами. Кто-то уже принес Ён А в жертву, и душа Сим Хи Рён, впитав эту энергию как питательную среду, завладела её телом.

А значит, отделить Сим Хи Рён, которая пустила корни в Ён А, было практически невозможно. Тем более, что его собственные силы были запечатаны.

Нет, даже если бы у него были силы, это всё равно была бы проблема.

Даже если он прямо сейчас снимет печать и вернет свои силы, он не сможет разрубить Сим Хи Рён.

Если он применит Меч Четырёх Тигров, разрубающий души в этом мире, против живого человека, то, как и в тот день много лет назад, цикл перерождений того, кого поразит меч, прервется, и он будет уничтожен навсегда. И тогда он больше никогда, даже спустя целую вечность, не сможет увидеть Ён А.

Да, если только она не станет скитаться в виде призрака, как нынешняя Сим Хи Рён, это будет означать вечную разлуку.

Голова раскалывалась. Что делать в этой ситуации? Как избавиться от этого злого духа и вернуть Ён А?

Стиснув зубы, Хви До крепко схватил Ён А за второе запястье. Тогда Ён А, извиваясь, словно в припадке, посмотрела ему в глаза, роняя слезы.

— А-а… Больно, Хви До-сси…

Услышав этот знакомый голос, Хви До от неожиданности отпустил её запястье. Ён А тут же отскочила назад, и уголки её губ криво поползли вверх.

— Я — Пун, так почему вы так со мной поступаете?! Что мне сделать, чтобы вы мне поверили? Если я спрыгну вон оттуда, вы мне поверите?

Сказав это, Ён А указала на вершину горы. На мгновение промелькнувшее безумие в её глазах было настолько пугающим, что Хви До затаил дыхание.

— Поэтому, Хви До-сси, давайте спустимся. Мне здесь так страшно… Я всё время слышу какие-то странные голоса.

Она закрыла лицо своими маленькими ручками. И тут же разрыдалась в голос:

— Разве вы не… не любили меня? Вы же… любите меня. Так как вы можете так поступать? Вы не смогли защитить меня, когда я была Пун, и теперь собираетесь потерять меня нынешнюю? Хнык-хнык!

В затылке закололо.

Конечно, он знал, что сейчас перед ним не Ён А, но воспоминания о том дне, когда он в отчаянии потерял её, вонзились в сердце, словно кинжал.

Желваки на стиснутых челюстях Хви До заходили ходуном. Сколько бы вариантов он ни перебирал, все они вели к одному.

Хви До взял Ён А, которая громко рыдала, закрыв лицо руками, за руку и сжал её. А затем нежно провел рукой по её мокрой от слез щеке.

— Да, прости, что не смог защитить тебя тогда. Но теперь, кажется, я смогу тебя защитить. Когда сегодняшний день закончится и ты придешь в себя, меня здесь уже не будет.

— Что это… значит.

— Это значит, что я заберу тебя с собой. Сим Хи Рён.

В этот самый момент…

Вспых! С громким звуком взметнулось синее пламя. Очагом возгорания стали кончики пальцев Хви До. Синее пламя мгновенно разрослось и перекинулось на Ён А.

— Кья! Кья-а-ак!

— Не бойся, Сим Хи Рён. Мы пойдем с тобой вдвоем. Владелица тела, которое ты сейчас занимаешь, не пострадает, так что не переживай.

Это был огонь токкэби.

Единственная сила, которую он мог использовать, будучи лишенным своих основных способностей.

Огонь токкэби не может вспыхнуть где попало. Он должен использовать самого себя в качестве точки возгорания, чтобы вызвать огонь, и этот огонь не погаснет, пока его душа не превратится в пепел и не рассеется.

Короче говоря, огонь токкэби — это выбор самоуничтожения, доступный лишь тем, кто обречен на вечную жизнь.

Единственный способ разорвать связи с этим миром, спалив собственную душу.

Огонь, в который не может вмешаться даже Небесный Бог, пока на то есть воля самого создателя.

Он всё думал, зачем Небесный Бог оставил ему эту абсолютно бесполезную силу, — неужели как раз для этого момента?

Синее пламя, перетекающее от Хви До, замерцало на тыльной стороне её ладони. Это ледяное пламя не столько обжигало, сколько распространялось, медленно перекидываясь на её руку.