— Без трусиков соблазнять мужа, который собирается на работу? Придётся отшлёпать.
Он звонко хлопнул её ладонью по упругой ягодице.
Муж нёс откровенный вздор, но жене было совершенно нечем крыть.
Может, я тоже утренняя извращенка? Ей даже нравилось происходящее: от каждого удара его ладони тело сладко вздрагивало от возбуждения, обильно источая влагу.
— С самого утра выставила меня конченым извращенцем, а теперь твердишь «нельзя»?
Юн Гон губами втянул её мягкую мочку и томно прошептал:
— Сознавайся. Обещаю учесть чистосердечное признание.
Твёрдым стволом плоти он потёрся о податливые лепестки и резко подался вперёд, заставив тесный бутон вновь истекать соком.
— В-войдите в меня. Я хочу.
Только что кричала, чтобы шёл на работу, а теперь «хочу».
За любой неожиданной выходкой Су Хён неизменно кроется какая-нибудь хитрость. Впрочем, как ни прячь, всё наружу — так что об обмане тут говорить не приходится.
Второй раунд отчаянных попыток соблазнения, начавшийся ещё прошлой ночью.
— Я требовал признания вины, а ты в любви признаешься. Делаешь меня слабым.
Сама она наверняка возомнила себя роковой обольстительницей, но эти неумелые попытки выглядели трогательно и до слёз мило. Неужели она настолько отчаянно хочет ребёнка, что готова переступить через всю свою стыдливость? Юн Гон недоумевал, и в глубине души шевельнулась лёгкая обида.
— Ну так направь его сама. Столько, сколько хочется.
Су Хён растерянно посмотрела на Юн Гона и нерешительно опустила ладони вниз. Она лишь однажды осмелилась первой дотронуться до его члена — когда пыталась соблазнить его, но тогда она была пьяна в стельку.
А сейчас, на трезвую голову, ясным утром, да ещё в доме свекрови — на такое требовалось собрать в кулак всю имеющуюся храбрость. Су Хён обеими руками с трудом обхватила огромный пульсирующий член.
И как это мне самой его вставлять? Я же ни разу не делала этого первой.
Влажно скользя, Су Хён провела широкой головкой вверх и вниз по своему клитору и тесному входу. При каждом соприкосновении с твёрдой плотью по сокровенным глубинам пробегали электрические разряды.
По правде говоря, Су Хён было безумно хорошо уже от этого. Вот только скажи она сейчас, что хочет остановиться, Юн Гон отшлёпал бы её по-настоящему.
— А-а… м-м-м… ах…
— Почему замерла? Даже если ты так заманчиво стонешь, пощады не жди.
— Он слишком большой… н-не помещается…
— И кто же ещё пару часов назад так жадно сжимал мой член, будто перекусить собирался?
— Вовсе…
Вовсе не я это была.
Усмехнувшись при виде её подрагивающих алых губ, Юн Гон перехватил ладонь Су Хён и одним резким движением глубоко вогнал свой фаллос в истекающее смазкой лоно.
— А-а! Ах… м-м… с-слишком глубоко!..
Юн Гон заполнил её тесное нутро до отказа, не оставив ни миллиметра свободного пространства. Низ живота словно распирало изнутри, и Су Хён инстинктивно задвигала бёдрами.
— До самого упора. Говорят, так легче забеременеть.
Су Хён посмотрела на мужа огромными, полными слёз глазами.
— Разве не этого ты добивалась?
Он всё знает. Знает истинную причину моих неуклюжих уловок.
Юн Гон ласково погладил её натянувшийся низ живота и мощно толкнулся вперёд.
— Не пророни ни единой капли, прими всё до конца.
Надо же, дожила до такого дня. Как говорится, за три года при школе и собака начнёт стихи читать, а я за два года замужества впервые сама соблазнила мужа!
По правде говоря, когда она натягивала его рубашку в спальне и снимала бельё, то и сама не верила, что решится. Мешать мужу собраться на службу? Совесть покалывала, к тому же хоть второй этаж и принадлежал им двоим, это всё-таки был дом свекрови.
Но если бы она не решилась на этот безумный порыв, другого шанса могло и не представиться.
Разумеется, лишь много позже она осознает, что этот драгоценный миг, казавшийся ступенью к счастью, стал началом череды бедствий.
От его сокрушительных толчков тяжёлый островной комод с глухим скрипом пополз по паркету гардеробной.
А вдруг внизу всё слышно? Они ведь прямо сейчас завтракают на первом этаже…
Су Хён попыталась мысленно сопоставить планировку: гардеробную на втором этаже и столовую этажом ниже.
Заметив, что от переживаний за шум её движения стали скованными, Юн Гон сжал её ягодицы и легко оторвал её от поверхности.
Удерживая её на весу, он яростно насаживал тело Су Хён на свой вздымающийся член.
— А-а-а!.. Что ты… ах!
Между ног всё пылало, словно туда вогнали раскалённый столб пламени. Но с каждым неистовым толчком Юн Гона Су Хён лишь отчаяннее цеплялась за его плечи.
Тело охватил пожар, руки и ноги беспомощно метались, а перед глазами всё плыло в хмельном тумане.
— Мне так хорошо… так хорошо… Поцелуй меня.
В эту минуту ей хотелось слиться с ним воедино до самого конца. Едва удерживаясь на грани обморока, Су Хён первая потянулась к его губам. Их горячее прерывистое дыхание смешалось, заполняя лёгкие.
Опасный, ослепляющий жар затопил всё её естество. Возникло пугающее чувство: если не удержать этот миг прямо сейчас, он ускользнёт навсегда.
Фаллос, стремительно терзавший нежные стенки, налился ещё большей твёрдостью. По мощным пульсирующим волнам поняв, что развязка близка, Су Хён изо всех сил сжала мышцы нутра.
— Малявка, расслабься.
— Н-не хочу!
— Су Хён.
— Нельзя! Не вынимайте!
Су Хён в отчаянии вцепилась в мужа. Она понимала, что он всё равно поступит по-своему, но надеялась хотя бы так донести до него свою мольбу и решимость.
— Я ясно сказал: сейчас не время.
Его голос прозвучал так холодно, что трудно было поверить, будто секунду назад этот человек задыхался от безумной похоти. Юн Гон безжалостно отстранил прильнувшую к нему жену.
Так я и знала. «Так легче забеременеть», «ни единой капли мимо» — и всё впустую!..
Обида обожгла горло, и Су Хён принялась колотить кулачками по его плечам и груди:
— Обманщик! Извращенец! Подонок!
— Если будешь так мило дерзить, у меня сорвёт крышу от возбуждения. И что ты станешь делать, если я совсем потеряю контроль?
— Пожалуйста! Не надо, не вынимайте! Оппа, давайте так! Вы же говорили, что кончите внутрь!..
Она навзрыд выкрикивала самые бесстыдные слова, которые в другое время не произнесла бы ни за что на свете, даже если бы он умолял.
С ума сойти, блядь.
Юн Гон с горькой усмешкой проглотил ругательство.
Она и понятия не имела, каких нечеловеческих усилий стоило ему сейчас удерживать себя на грани.
— Сделайте это внутри… я… я…
Сглотнув слюну, Су Хён выпалила с отчаянной решимостью — предел разврата, на который была способна её невинная душа:
— Я всё приму… ни капли не пророню, клянусь! Пожалуйста…
Но даже глядя в эти умоляющие, блестящие от слёз глаза, Юн Гон лишь ожесточил свою волю.
Он готов был положить к её ногам весь мир, но существовала черта, которую он не переступит ни при каких обстоятельствах. Всё, что могло причинить Су Хён хоть каплю боли, находилось под строжайшим запретом — будь то ребёнок или что угодно ещё.
— Вот как? Умница, хорошая моя девочка.
Поцеловав мокрую от слёз щёку, Юн Гон выдернул свой член из её тела. Только тогда всхлипывающая Су Хён осознала происходящее и отчаянно забилась в его руках:
— Нет! Не надо! Не вынимайте! Лжец! Негодяй!
Он прижал свой член, измазанный их общими соками, к её пояснице и животу.
Толчками брызнула мутная белая сперма, горячими струями омывая их сплетённые тела.
После оргазма в комнате повисли тихие, прерывистые всхлипы. Юн Гон бережно набросил свежую рубашку на плечи жены, уткнувшейся лицом в его грудь.
Но Су Хён в ярости сдёрнула рубашку и швырнула её на пол гардеробной.
— Лучше бы тебе одеться. Экономка Ким с минуты на минуту поднимется прибирать спальню.
Су Хён зло сверкнула мокрыми глазами и резко отвернулась. Юн Гон обхватил пальцами её миниатюрный подбородок, заставив посмотреть на себя:
— Не надо. Не прикасайтесь ко мне!
— Мы же договаривались не торопиться.
Они и правда договаривались подождать, но с каждым днём нетерпение Су Хён лишь крепло. Всякий раз, стоило ей увидеть на улице красивого ребёнка или услышать о чьей-то счастливой беременности.
Юн Гон тихо успокаивал Су Хён, а когда всхлипывания наконец утихли, бережно поднял её на руки.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/rasstatsya-s-zhenoy-649db9
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab
