Лойд на мгновение уставился в пустоту с откровенно недовольным видом. Он крепко держал Арию одной рукой, а другой резко взмахнул, словно пытаясь что-то схватить. Как ловят надоедливых насекомых.
И разжал пустую ладонь с ещё более озадаченным выражением лица.
— В чём дело?
Ария, почувствовав неладное, осторожно посмотрела туда, куда был устремлён его взгляд.
— Что это… призрак?
— Призрак? Ты видишь форму?
Лойд спросил удивлённо. Она ответила, моргая полузакрытыми глазами, одурманенная жаром и слабостью.
— Я не вижу хорошо. Но там что-то движется, как дым. Очень… плохое чувство.
Как дым. Лойд прищурился, повторяя про себя её слова.
Он лишь чувствовал энергию — смутную, ускользающую, — но, казалось, она неотступно следовала за Арией.
«Из замка Валентайн».
С того самого момента, как её состояние резко ухудшилось без видимой причины. Теперь он, кажется, понимал, что имела в виду Ария, говоря о «плохом чувстве».
«Словно за ней наблюдают».
Это не было откровенным злым намерением — преследовать её, чтобы убить или покалечить. Скорее, ощущение, будто за ней следят, как за подопытным существом в лаборатории. Холодно. Бесстрастно. Изучающе.
От этого становилось только гаже.
Он на мгновение задумался, затем протянул руку к Арии, которая, казалось, уже не могла держать глаза открытыми.
Прикрыл её горячие веки ладонью.
— Отдохни.
Внутри пещеры не было даже примитивных ловушек. Ни стражи, ни следов чьего-либо присутствия. Хотя здесь росла чудесная трава, способная обезвредить любые токсины.
Причина была очевидна.
«Вероятно, ещё не было никого, кто мог бы установить здесь ловушки».
В легенде о ледяном цветке говорилось: есть тот, кто защищает цветок. Но здесь было пусто.
Без колебаний Лойд направился к месту, которое заметил ранее. Колючие лозы сплелись так плотно, что, казалось, намеренно преграждали проход. А в просвете между ними расцвёл ледяной цветок.
«Цветы цветут».
Лойд почувствовал, как в груди что-то отпустило. Ещё ранняя зима, но цветы уже были в полном цвету.
Он осторожно усадил Арию к себе на колени и сорвал один.
— Надень перчатку и трогай!
Ария издала сдавленный, испуганный вздох и попыталась осмотреть его руку. На самом деле ей самой предстояло съесть эти цветы, но что такого в том, чтобы просто коснуться их на мгновение?
Лойд, вопреки обычному, легко проигнорировал её протест и поднёс цветок к её губам.
Ария недовольно посмотрела на лепестки, но прожевала их, спорить сейчас было бессмысленно.
— Лойд безрассуден с собственным телом…
Проглотив цветок, она надула губы. Но Лойд первым спросил о её состоянии.
— Ты в порядке?
Ах.
Ария тоже понимала важность момента, так что расспросы пришлось отложить.
Она на мгновение задумалась над его вопросом, потом озадаченно ответила:
— Хм… кажется, ничего особенного не происходит?
Она не знала, подействовало ли уже. В теле не было никаких изменений, кроме лёгкой дрожи от холода, которая преследовала её с самого входа в пещеру.
Лойд тем временем проверил свою руку. Она была в полном порядке.
«Я даже не получил обморожения».
Это противоречило репутации ледяного цветка, который, по слухам, замораживал всё, к чему прикасался. Если его тело, принявшее Божью злобу, было исключительно сильным — это одно. Но если с самого начала не было никакого эффекта…
— Тогда это не ледяной цветок?
— Не может быть. Он выглядит точно так же, как на изображениях, которые мы исследовали.
Синие лепестки, напоминающие розу. Стебли, бесконечно тянущиеся из глубины пещеры, словно лозы. Листья, обильные, как кроны лесных деревьев.
— …Подожди.
Это было только начало пещеры.
Лойд сорвал ещё один цветок и зажал в кулаке. Если бы это был настоящий ледяной цветок, его рука уже должна была замёрзнуть, покрыться волдырями, прийти в негодность. Но он всё ещё был в порядке.
Он раздавил лепестки в ладони.
— Это не ледяной цветок.
— Не может быть…
Ария не изучала это одна. Таланты Валентайна и Анджело — Винсент, Винтер, все, кого можно было привлечь, охотно присоединились. Они нашли достаточно доказательств, что ледяной цветок не просто легенда. Обнаружили фразу в старом документе, которая, казалось, указывала, где искать.
— Эта пещера точно та самая.
Ария говорила уверенно. Лойд не спорил.
— Да. Это не меняет того, что ледяные цветы здесь. Просто среди них есть настоящие.
— Настоящие…
Ария на мгновение ошеломлённо уставилась на лозу. Бесчисленные синие розы, похожие на ледяные цветы, были в полном цвету.
— Тогда всё это — подделки.
Почему-то всё оказалось слишком легко. Легендарную траву нельзя добыть так просто.
Мгновение глядя на колючки, Лойд вытащил меч. Одной рукой он держал Арию в объятиях, другой начал ловко рассекать лозы.
Ария застенчиво спросила:
— Лойд, ты когда-нибудь подрезал деревья?
— Думаешь, да?
Нет, не похоже. Но как умело он резал: ни один стебель с острыми колючками не задел Арию. Хотя лозы были толстыми и пышными, как вековые деревья.
Благодаря этому они легко проникли глубже.
— Пещера довольно глубокая.
Лойд пробормотал. Она действительно оказалась длиннее, чем можно было предположить снаружи.
«Она тянется бесконечно».
Ария уставилась на стену. Лозы больше не преграждали путь, но продолжали тянуться вдоль стен вглубь. Словно направляли их.
— Ах!
Она внезапно вздрогнула и коснулась лба.
— Я только что вспомнила…
— В чём дело?
В холодном поту от внезапного прилива дежавю она продолжила:
— Должно быть, я видела это. Где-то здесь.
Если они продолжат идти, то наверняка…
Она не успела закончить. Быстрые шаги Лойда привели их к концу пещеры прежде, чем она заметила.
— …Дверь.
Перед ними была большая каменная дверь.
— Где ты её видела?
— Не знаю. Кажется, во сне…
Ария пробормотала. Дверь. На ней были следы человеческого прикосновения. Это не могла быть просто естественная пещера.
— Хм.
Лойд легонько постучал кулаком по каменной створе, потом на мгновение опустил Арию на землю.
— Подожди, Лойд. Ты же не собираешься делать то, о чём я думаю?
Он поднял кулак к двери, потом мягко опустил. Помолчал. И, повернувшись спиной, небрежно ответил:
— Нет.
Нет? Что «нет»? Он ведь собирался выломать каменные ворота голыми руками.
— Это место, где чувствуется сила Бога.
Ария рассматривала узоры, плотно выгравированные на камне. Она знала, что они будут состоять из незнакомых знаков.
Но…
«Я могу это прочесть».
Она наконец поняла, откуда взялось дежавю.
— Это память Хуана.
Память «первой Сирены», которую она давно не использовала и почти забыла. Информация, дремавшая в глубинах сознания, быстро всплыла на поверхность.
«Это язык Антлатиды».
Древний, вымерший язык. Даже Винсент едва мог истолковать его обрывки. Но теперь, через память Хуана, она читала его так же легко, как родной.
Ария провела ладонью по каменной створе и прочла вслух:
«Я отдам всё своё сердце детям, пробудившим во мне счастье. Когда настанет день, и равновесие мира окажется под угрозой, пробудите меня ото сна».
— Что?
— Так здесь сказано.
Лойд помолчал, переваривая услышанное, потом пробормотал:
— Разве Бог — не единственное существо в этом мире, кто может говорить о равновесии мира?
— Да. Верно.
Это походило на слова, сказанные Богом народу древней Антлатиды. Но они не были двусмысленными и жёсткими, как оракулы, что передают жрецы в храмах. Скорее, они напоминали любовное письмо. Письмо тем, кто был Ему по-настоящему дорог.
«Кстати, даже дети Антлатиды называли Бога Шадра, словно имя друга».
Ария прочла другие знаки, выбитые чуть ниже божественных строк.
«Докажи свою последнюю совесть».