— Где ты узнала об этом узоре?
Лойд не ответил на её вопрос. Вместо этого он сменил тему, резко, почти грубо, как никогда раньше. Ария прищурилась, прежде чем заговорить.
— Он был выгравирован на теле фальшивой сирены.
Неприятная энергия, преследовавшая Арию, и фальшивая сирена. Почему-то он чувствовал, что они связаны. И у них обеих было кое-что общее. Невозможно выяснить, откуда берётся сила.
— Так что с твоим телом?
Должна быть причина, почему он внезапно заболел.
— Не поэтому ли тело Лойда болит?
Ария нервно спросила, поднимая листок с узором.
— Нет, это не имеет отношения к той силе. Я знаю, потому что сам её уничтожил.
Лойд покачал головой.
«Значит, ты болен по какой-то другой причине? Лойд, который никогда не простужался?»
У него никогда не было обычной лихорадки, кроме тех случаев, когда он страдал от принятия Божьей злобы. Вот почему Ария могла осознать, насколько серьёзна ситуация сейчас. К тому же Лойд никогда не показывал признаков болезни, если не был болен достаточно…
— Просто мне нехорошо, но это не так серьёзно. У меня никогда раньше такого не было, так что я решил, что лучше подготовиться заранее.
«Ложь».
Очевидно, это была ложь.
В этот миг Карлин, бежавший к ним, остановился в испуге. И Лойду он выглядел так, будто говорил: «Ты её ещё не убедил?».
— Карлин.
Ария позвала его по имени мягко, но твёрдо.
— Похоже, ты знаешь, почему Лойд болен.
Внезапно у Арии появился уникальный взгляд. Неотразимый, беспомощно притягивающий людей. Позади неё Лойд держался за лоб, поднял глаза и источал злобную убийственную энергию. Честный взгляд, говорящий, что он убьёт его, если тот скажет правду.
— Помогите мне.
Карлину ничего не оставалось, как сдаться, подняв обе руки.
— Просто будь честен.
Какой смысл скрывать, когда всё уже раскрыто.
— И Лойд, ты тоже не делай этого.
Зачем запугивать шамана, если он даже не может солгать перед ней и сказать честно? Пока Ария молча смотрела, Лойд нахмурился.
— Эт, это на самом деле…
— Ты не можешь просто сделать, как я говорю, хоть на мгновение?
Когда Карлин уже собирался рассказать правду, Лойд сказал, перебивая его:
— Я не говорю о том, чтобы скрывать. Я говорю об использовании обычной отвлекающей тактики. Во время расследования ты можешь работать вместе с семьёй Анджело и раскрыть доказательства, которые вы собрали до сих пор.
Это звучит правдоподобно. Если бы он сказал это с самого начала, Ария послушно бы ушла. Даже если бы он не говорил, что болен.
— Мне просто нужно это сделать, верно?
— Один день, всего один день, сделай, как я говорю.
После этого, даже если ты попросишь меня держаться от тебя подальше, я ни на миг не отойду от твоей стороны. Лойд произнёс и прижал тыльную сторону её ладони к своим губам и отстранился. Это был поцелуй, который давил на её сердце тяжелее обычного.
— Прямо сейчас у нас нет времени спорить вот так.
Лойд снова надавил на глаза и жестом указал на Винтера. Винтер, который уже некоторое время был в здравом уме, подошёл к Арии и протянул руку, чтобы почтительно услужить ей.
— Я буду сопровождать вас.
Один день. Было трудно отказать в его словах, когда он просил Арию спрятаться одной всего на один день.
— Всего один день.
Ария хотела стряхнуть руку, но не могла.
Как и ожидалось, Баттенберг немедленно вызвал Валентайн. Валентайн потащили без сопротивления. Лойд, Сабина, Тристан.
— …Если тебе есть что сказать, скажи.
Почему-то Лойд неожиданно оказался в одной карете с Тристаном. Тристан, сидевший напротив него, улыбнулся.
— Ты ещё не сказал моей дочери, не так ли?
— …
— На самом деле это потому, что я жив, ты стал таким сейчас.
— Заткнись… помолчи.
Это была правда, которую Карлин рассказал им без ведома Арии. Ария спасла многих людей, которые должны были умереть. Одним из них был Тристан.
— Кстати, я никогда не видел, чтобы кто-то из Великих Герцогов Валентайна доживал до моих лет.
В настоящее время Тристану за сорок. Он не молод, но слишком молод, чтобы умирать. Однако Тристан уже превысил среднюю продолжительность жизни кровного родственника Валентайна. Даже не потеряв рассудка.
— Это потому, что я, который должен был умереть, всё ещё жив и здоров, так что ты не можешь как следует проявить свою силу.
Сколько бы Божьей злобы ни было передано. Тристан пробормотал это и спросил Лойда, который с самого начала тёр глаза.
— Ты видишь впереди?
Услышав эти слова, Лойд на мгновение застыл. Тристан, казалось, заметил, что Лойд избегал его взгляда с самого начала, чтобы его отсутствие фокуса не было замечено.
— …Не о чем беспокоиться.
— Похоже, твоё зрение становится мутным.
И Тристан положил ладонь на лоб Лойда и сказал:
— У тебя тоже жар.
— Отпусти.
Лойд вздохнул, стряхивая руку Тристана, коснувшуюся его по своей воле.
— Даже так, я не могу просто винить тебя в том, что ты жив, что я вдруг стал таким.
— Ты меня утешаешь?
— Ха, утешаю? Что за чушь ты несёшь, когда ты даже не убит горем?
Лойд решил просто легко отмахнуться и игнорировать Тристана, действуя так, будто он один в этой ситуации.
— Моё тело никак не могло быть разрушено вот так по посредственной причине.
Что-то происходило. Он был беспомощен, потому что ещё не выяснил точную причину. Как только найдёт малейшую зацепку, он вырвет с корнем и уничтожит её.
«Нет».
Он уничтожит их всех до истечения дня. Что бы это ни было. Будь то герцог Баттенберг или Гарсия. Было выгодно взять верх, выбив их как можно скорее, пока его состояние не ухудшилось. Как и обещал Арии.
Конечно, путь Арии не был гладким. Если она отказывается отвечать на вызов и говорит, что уйдёт в другое место одна, Гарсия никак не могла отпустить её спокойно, сказав лишь: «О, правда?».
— В то время, когда Император убит, а Молодая Госпожа раскрыта как Сирена, было много хлопот и заговоров.
Карлин, тайком выбравшийся из замка Великого Герцога, говорил с Винтером и Арией, которая была по обе стороны от него. Гарсия набросится на неё без всяких колебаний, так что ключ — уйти как можно быстрее.
Но как только он это сказал…
— Пожалуйста, сдайтесь послушно.
Их поймали. В горах Инго, принадлежащих Валентайну, тем не менее.
— А?
Карлин издал ошеломлённый звук. Покрываясь холодным потом, он снова и снова активировал формацию заклинания перемещения, вырезанную на земле. Однако заклинание лишь на мгновение давало свет, но не активировалось.
— Нет, это бессмыслица.
Как такое возможно?
— У них есть сила аннулировать магию? Я никогда о таком не слышал!
Карлин невольно повысил голос, поражённый явлением, которого никогда раньше не испытывал. Если это очень сильная божественная сила, она может до некоторой степени блокировать заклинание. Но аннулировать его с самого начала? Это было невозможно.
— Никто не пострадает, если вы просто последуете за нами без сопротивления.
Это герцог Баттенберг насильно вызвал Валентайн под предлогом измены. Но прямо сейчас на пути Арии, Винтера и Карлина стояли рыцари Гарсии.
«Похоже, теперь некуда бежать».
Ария оглядела сверху вниз рыцарей в униформе паладинов. Затем достала свиток перемещения, который всегда носила за пазухой, и разорвала его.
«Я ожидала этого…»
Как и ожидалось, он вообще не сработал.
«Это потому, что свиток сделан из магии?»
Ария оглянулась на Карлина. Он, казалось, совсем не ожидал такой ситуации. Лойд, отправивший Арию вместе с Карлином, должно быть, тоже совсем этого не ожидал.
«Он видел, что только у Карлина была сила защитить меня в этой ситуации».
И они заранее нашли способ нейтрализовать силу шамана.
«Магия не работает».
У Винтера нет силы. Тогда всё, что осталось, песнь Сирены. Ария стиснула зубы и спросила.
— Что вы собираетесь со мной делать?
Тогда рыцари ответили без всякого волнения.
— Мы никогда не причиним вреда Сирене. Мы просто отведём вас в безопасное место.
Карлин нашёл это абсурдным и ответил вместо неё.
— Что, вредители разговаривают.
Было просто абсурдно, что люди, само существование которых было вредом, говорили о безопасности. Хотя внешне он притворялся спокойным, Карлин отчаянно придумывал способ выбраться отсюда.
— Чёрт возьми.
Выводом была лишь ругань.
Ария пробормотала тихий вздох вслед за Карлином.
— …Они поставили барьер.
Раз они решили прийти и забрать Сирену, они, должно быть, подготовились настолько. Но всё же Ария открыла рот.
— Вдоль священного потока,
Что спокойно здесь струится;
Оживлённый песнями птиц среди сосен.
Песнь покоя. Даже если они блокируют её барьером, это божественная сила. Божественная сила — это сила, которая не более чем энергия, заимствованная у силы Бога. Её было недостаточно, чтобы блокировать силу, основанную на настоящей силе Бога.
— По волнам, мерцающим ярко,
Беспечно гребя легко,
Мы скоро достигнем круч.
К тому же Ария теперь снова в добром здравии. Паладины, использовавшие божественную силу как барьер, в конце концов начали бороться, покрываясь холодным потом, по мере того как песнь Арии становилась длиннее.
Ария глубоко вздохнула и повысила голос насколько могла. Затем продолжила петь, изливая с подавляющей силой.
— Где щебечут птицы бодро.
Пусть бог хранит вас от опасностей,
— Кухт!..
— Кеух!
Барьер трещал и трясся безжалостно. Паладины почувствовали предел и крепко зажмурились. Это было, когда барьер вот-вот должен был сломаться.
— Леди Ария, я с нетерпением ждал новой встречи с вами.
Габриэль, укрепивший барьер прямо перед тем, как он должен был разбиться, принял энергию Арии и протянул ей руку.
— На мгновение, пожалуйста, успокойтесь.