— Это всё, чем я могу вам помочь.
Габриэль, всё ещё потевший, коснулся лба и пробормотал, прикрывая затылок ладонью.
— Если я буду активно помогать вам, метка дьявола активируется снова, и мне промоют мозги.
Если это случится, он снова схватит Арию за лодыжку. На слова Габриэля Ария ответила, не оглядываясь.
— Этого достаточно. Это конец.
Словно полностью разорвать их отношения. Звучало так, будто она больше никогда его не увидит.
— Клетка открыта, так что лети куда угодно.
Ария ушла только с этими словами. Это было странное заявление, словно Габриэль, а не она, был заточён в клетке и наконец освобождён. Габриэль, на мгновение застывший в пустой комнате, откуда ушла Ария, медленно ответил.
— …Да.
Ария побежала. В тот миг, когда она прибыла в подземный лабиринт, о котором рассказал ей Габриэль, она на мгновение потерялась, куда идти. Вскоре она смогла сориентироваться.
«Звуки разговора».
Она слышала звук громких разговоров. Более того, был также звук чего-то ломающегося, рушащегося и пронзающего одновременно. Она бежала без цели в направлении звука.
И когда она наконец прибыла…
— Не могу поверить, что ты зашла так далеко.
Там была Вероника, улыбающаяся довольно, с чистым лицом. Одна сторона её лица, которая только что была ужасно расплавлена, была чистой, без следа искажения.
— Не то чтобы я полностью не рассматривала возможность такого исхода.
— …
— Разве Габриэль не сказал тебе, что когда ты придёшь сюда, я буду сильнее, чем раньше?
Вероника пробормотала проникновенным голосом.
— Спасибо, но выступать за справедливость можно, только если у тебя есть силы противостоять мне. На этом этапе ты уже не храбрая, а просто глупая и безрассудная.
Но Ария больше не обращала внимания на то, что говорила Вероника. Потому что перед Вероникой был Лойд, чьё тело свисало, словно труп.
— …Лойд?
Это сон? Или она просто увидела галлюцинацию? Тело Лойда сидело, прислонившись к стене, даже не двигаясь. Ария сжала губы.
— Лойд.
Она звала его по имени снова и снова. Подошла и опустилась на колени. Вероника просто наблюдала за этой сценой. Словно ей было интересно смотреть на Арию. Ария упала на колени, крепко держа Лойда за плечи и обнимая его.
«Он не дышит».
Нет, это, должно быть, иллюзия. Ария прижала Лойда крепче и опустила голову с бледным лицом. Она приблизила ухо к его лицу. Дыхания не слышно. Она приложила пальцы к его шее. Пульса нет. Даже сердце… Его и без того белая кожа стала бледной и постепенно теряла тепло.
«Нет, это нелепо».
Ария думала, держа слабую руку Лойда и делясь с ним своим теплом.
«Кровь даже не течёт».
Человек не может умереть внезапно, не показывая никаких признаков ранения. Да, значит, он просто потерял сознание.
«Он сказал, что ему нехорошо».
Ему было так больно, что он потерял сознание. Принимая иррациональное решение, она запела песнь исцеления. Пела и пела снова. Если она так сделает, Лойд, который полностью перестал дышать, откроет глаза.
— Прекрати.
Вероника произнесла, перестав смеяться, так как больше не могла этого выносить.
— Он мёртв.
Пробуждая Арию к реальности, которую она игнорировала, и топча её.
— Нет, он не мёртв. Как он может быть мёртв, когда выглядит так, будто спит…
— Я продала его дьяволу.
Бросая её в грязь.
— Что?
— Я продала душу Великого Герцога Валентайна дьяволу.
Ария медленно подняла голову. В отличие от её жалко капающих слёз, её глаза были глубоко посажены, словно вмещали ад.
— Божья злоба, которую носит душа Великого Герцога, должно быть, сейчас пересекает ад.
Вероника могла сердечно смеяться. Всё благодаря тому, что все хлопотные дела решались разом.
— Если я не могу заполучить Божью злобу, правильно избавиться от неё. И ещё потому, что я убрала препятствия, которые испортят моё блестящее будущее.
Ад? Лойд попал в ад после того, как его душу продали дьяволу? Если душа уже покинула этот мир, было бы правильно считать его мёртвым, как сказала Вероника.
«Он… мёртв».
Этого не может быть.
— Я определённо сдержала обещание отдать тебя в руки Габриэля. Но теперь, когда ты здесь, этот дурак выпустил тебя из своей клетки.
Тогда она подняла губы.
— Теперь я могу делать, что хочу.
Веронике было интересно. Когда Ария сталкивается с крупным кризисом и преодолевает его, Вероника получает в свои руки большую силу. Так что, если Ария умрёт и вернётся к жизни?
«Что, если она окажется на грани смерти, а я исцелю её прямо перед смертью?»
Что, если Ария будет повторять это бесконечно? Сколько силы получит Вероника?
— Как и ожидалось, я должна использовать тебя больше.
Злоба, которую она получила от дьявола, всё ещё была нестабильной, извиваясь внутри неё. Вероника без колебаний схватила Арию за волосы. Она оттащила Арию от Лойда. Ария не кричала и не стонала, её глаза всё ещё были устремлены на Лойда. Хотя было очевидно, что она не может дотянуться до него, она протягивала к нему руку. Веронике начинала надоедать эта неизменная реакция. Поэтому она подняла силу Бога и выстрелила в Арию.
— …!
Пока Ария не посмотрела на неё.
Взрыв!
Пока не произошло изменения в выражении лица Арии. Слабое человеческое тело. Вероника схватила Арию за воротник, когда та стала рваной в мгновение ока, испуская слабое дыхание, и подняла её.
— Ну, будь хорошей девочкой? Пора исцеляться.
Вероника намеревалась показать Арию священникам до того, как она умрёт. В этот миг Ария сжала губы. Было очевидно, что она собирается запеть, поэтому Вероника откровенно рассмеялась над этим.
— Ха, что ты можешь сделать с силой Сирены?
Но Ария с пустыми глазами без фокуса, не заботясь, начала петь. Она пела песнь дьяволу.
— Приди, сладкая смерть.
Лицо Вероники, которая пыталась смеяться над Арией, застыло. Дыхание Арии, постепенно затухавшее на протяжении песни, вскоре полностью остановилось.
Маммон притворялся беспечным, но в настоящее время прыгал от радости от неожиданной прибыли.
«Божья злоба!»
Было бы лучше, если бы это была Божья благосклонность, но он всё равно получил часть Бога. Когда это было? Появится ли такая возможность снова в следующие сотни или тысячи лет?
«Никогда».
Была ли у других дьяволов такая удача в руках?
«Никогда!»
Получить половину Божьих чувств. Это то, чего его отец, Сатана, никогда не испытывал! Он не мог скрыть волнения при мысли, что скоро сможет завладеть Божьей злобой. Он действовал в одиночку, в полной тайне, так как не хотел делить эту удачу, которая больше никогда не повторится. Мысль о том, что только он сможет смаковать Божьи чувства одно за другим, уже вызывала у него слюнки.
«Кстати…»
Маммон оглянулся на Лойда, который молча следовал за ним со спокойным лицом. Должно быть, он тот, кто тащит человеческие души в ад, но он не знал, почему сейчас чувствует себя проводником в ад.
«Это потому, что этот человек совсем не боится?»
Тогда Лойд должен бояться Маммона.
— Твою душу будут пытать без конца и мучить вечно.
— …
— Начнём с лавы?
Дьявол Алчности угрожал. Тогда Лойд, молча шедший, вбирая глазами пейзажи ада, ответил.
— Должен внести ясность.
— Что?
— Ты не попадёшь в ад.
Пейзаж ада, казалось, двигался, как человеческий мир. Форма может быть такой. Но реальность была совершенно иной. Следов природы даже не было видно, здания были в руинах, а души кусали друг друга, словно монстры. То ли потому, что рядом с Лойдом был дьявол, то ли потому, что их подавляла неведомая сила, они даже не смели приближаться к нему.
— Я не хочу показывать Арии ничего подобного до конца жизни.
Мир, полный красного и чёрного. Разве не было бы лучше, если бы это был совершенно иной пейзаж, чем на земле? Это было ещё более отвратительно, так как, казалось, воплощало мир на грани разрушения.
— Теперь ты в аду, — подчеркнул Маммон.
Он на самом деле потерял дар речи, услышав слова Лойда. Они сейчас в аду, разве можно в здравом уме говорить, что он не попадёт в ад?
— Ты, кажется, отрицаешь реальность!
Маммон трещал птичьим клювом и изрёк сладострастную речь.
— Слушай, человек. Ты сейчас в аду, и скоро будешь заточён в моём замке, и твои чувства будут вырывать до конца жизни. Пока даже малейшего света твоей души не останется!
Лойд слушал слова со скучающим выражением.
— Придётся показать тебе, что я видел…
В этот миг Маммон невольно повернул голову, проверил фигуру вдалеке, и его тело напряглось.
— Оте… отец…
Это был Сатана. С появлением Сатаны души, жадно пожиравшие друг друга, исчезли в одно мгновение.
— Я же, кажется, говорил не называть меня так.
После разрушения Бога дьяволам было строго запрещено заключать контракты с людьми. Однако Маммон нарушил правила, заключил контракт с людьми и тайком прокрался в ад, словно крыса. Увидев, как Сатана, Дьявол Гнева, без колебаний выражает свой гнев, Маммон срочно придумал оправдание.
— Но Сатана. Это человек с «Божьей злобой»!
— …Что?
Только тогда Сатана внимательно осмотрел Лойда. И вскоре его лицо исказилось, как у якши.
— Человек с Божьей злобой? Ты же не говоришь о Великом Герцоге Валентайне?
— Ве, верно. Но как ты мог дать титул простому человеку…
— Этот бесполезный идиот!
— Кхук!
Маммон, раздавленный подавляющей силой, грызся, словно умирающий червь.
— Разве ты не знаешь, что семья Валентайн — потомки полубога Ноя!